Страница 3 из 54
Так ничего и не выяснив, без пяти два он направился в комнату 752 развивать эстетические чувства пятнадцати учеников-мясников, обозначенных в расписании как «Мяс. I». Как водится, они опоздали и были в подпитии.
– Мы пили за здоровье Билла, – возвестил один из них, когда они в десять минут третьего ввалились в класс.
– Что вы говорите! – отозвался Уилт, раздавая учащимся экземпляры «Повелителя мух». – Ну и как он?
– Чертовски плохо, – отозвался верзила, на кожаной куртке которого сзади было написано «От-зынь!». – Его выворачивает наизнанку. У него день рождения, он выпил четыре рюмки водки и коктейль…
– Мы остановилась на том, как Пигги попадает в лес, – сказал Уилт, пытаясь отвлечь их внимание от дня рождения. Он взял тряпку и стер с доски изображение противозачаточного колпачка.
– Это отличительный знак мистера Седвика, – сказал один из мясников. – Он всю дорогу распространяется о противозачаточных средствах и тому подобном. У него такой пунктик.
– Пунктик? – переспросил Уилт, стараясь быть лояльным.
– Ну, знаете, насчет контроля за рождаемостью. Он ведь когда-то был католиком, верно? А теперь он уже не католик, вот и старается наверстать упущенное, – сказал невысокий парнишка с бледным лицом, развертывая шоколадку.
– Кто-нибудь должен рассказать ему о противозачаточных таблетках, – вмешался другой парень, поднимая голову с парты и глядя на Уилта заспанными глазами. – С резинкой ни фига не чувствуешь. С таблеткой куда лучше.
– Наверное, ты прав. – сказал Уилт. – Но я слышал, бывают и осложнения.
– Ну, это кто и как берется за дело. – заявил парень с бакенбардами.
Уилт неохотно вернулся к «Повелителю мух». Он читал эту книгу, наверное, уже в двухсотый раз.
– Так вот. Пигги попадает в лес и… – начал он, но его тут же пережил еще один ученик, который, судя по всему, разделял отвращение Уилта к приключениям Пигги.
– Осложнения дают только те таблетки, где много половых гормонов.
– Половых гормонов? Очень интересно, – заметил Уилт. – Похоже, ты хорошо в этом разбираешься.
– Одна старуха, что живет на. нашей улице, получила тромб в ноге…
– Глупая старуха, – сказал парень с шоколадкой.
– Слушайте, – вмешался Уилт, – или мы будем разбираться, что Питер знает по поводу побочных эффектов противозачаточных таблеток, или мы будем дальше читать про Пигги.
– А пошла она, эта Пигги, – заявили бакенбарды.
– Прекрасно, – сказал Уилт с облегчением. – Тогда сидите тихо.
– Итак, – сказал Питер, – эта баба. правда, она не такая уж и старая, ей где-то около тридцати, так вот она пила таблетки, и у нее появился тромб, и доктор сказал моей тетке, что все дело в гормонах и что ей лучше пить другие таблетки. Так вот ее мужу пришлось пойти на стерилизацию, чтобы у нее больше не было тромба.
– Пусть меня застрелят, чтоб я такое над собой позволил, – заявил парень с шоколадкой. – Я хочу, чтобы у меня там все было как положено.
– Каждому – свое, – сказал Уилт.
– Никому не позволю подступиться к моему хозяйству с проклятым ножом, – сказали бакенбарды.
– Да кому ты нужен? – заметил кто-то.
– А как насчет того мужика, чью жену ты трахнул? – спросил парень с шоколадкой. – Уверен, он не имел бы ничего против.
Уилт еще раз прибегнул к помощи поросенка и вернул их к обсуждению проблем стерилизации.
– Кстати, – сказал Питер, – теперь это не то, чтобы раз и навсегда. Они теперь могут тебе вставить такой маленький золотой краник, и ты можешь его повернуть, если захочешь потомства.
– Да иди ты! Все вранье!
– Ну, бесплатно тебе это никто не сделает, надо заплатить. Я читал об этом в журнале, в Америке уже эксперименты проводят.
– А что если прокладка полетит? – спросил парень с шоколадкой.
– Позовешь водопроводчика.
Уилт сидел и слушал, как мясники из первой группы разглагольствовали о стерилизации и противозачаточных спиралях, об индейцах, которым бесплатно раздают приемники, о самолете, приземлившимся в Одли Энде с грузом нелегальных иммигрантов, о том, что сказал чей-то брат, полицейский в Брикстоне, о черных, о том, что ирландцы еще хуже и о бомбах, а потом опять о католиках и контроле за рождаемостью, о том, что кто это захочет жить в Ирландии, где даже презервативов не купишь, и опять о таблетках. И все это время Уилт напряженно думал, как бы ему избавиться от Евы. Посадить ее на диету из противозачаточных таблеток с высоким содержанием гормонов? Если их растереть и смешать с овалтином, который она принимает перед сном, то есть надежда, что она быстренько вся покроется тромбами. Но он тут же выбросил эту идею из головы. От одной мысли о Еве с тромбами выворачивало наизнанку. Кроме того, таблетки могли не подействовать. Нет, надо придумать что-то более эффективное и надежное. Лучше всего подошел бы несчастный случай.
По окончании урока Уилт собрал свои книги и направился в учительскую. У него было «окно». По пути он прошел мимо строящегося административного корпуса. Участок уже был расчищен, и строители бурили шурфы под фундамент. Уилт остановился и стал смотреть, как буровая машина медленно вгрызается в землю. Рыли большие ямы. Широкие. Тело вполне поместится.
– На какую глубину копаете? – спросил он одного из рабочих.
– Тридцать футов.
– Тридцать футов? – переспросил Уилт. – А когда бетон будете заливать?
– В понедельник утром, если повезет, – сказал рабочий.
Уилт пошел дальше. Ему пришла в голову жуткая идея.
2
Это был один из лучших дней Евы Уилт. У нее были просто дни, отличные дни и другие, которые она называла «один из таких дней». В «просто» дни все шло своим чередом, она стирала, пылесосила гостиную, мыла окна, убирала постели, драила ванну, посыпала антисептиком унитаз, отправлялась в Центр общественной гармонии, где помогала ксерокопировать или разбирать старую одежду к распродаже, иными словами, помогала, как могла. Потом возвращалась домой обедать, после чего шла в библиотеку или к Мэвис, Сюзан или Джин попить чаю и поговорить про жизнь и про то, как редко теперь Генри спит с ней и как она упустила свой шанс, отказав в свое время клерку, который теперь уже управляющий, затем возвращалась домой и готовила Генри ужин. Потом шла на занятия йогой, составлением букетов, медитацией или керамикой, и наконец забиралась в постель с чувством выполненного долга.
В «один из таких дней» все шло наперекосяк. Хотя она делала то же самое, все валилось из рук. Например, сгорал предохранитель в пылесосе, или забивался сток в раковине, куда попал кусочек морковки. В такие дни пришедшего с работы Генри ждало либо молчание, либо град упреков по поводу его многочисленных ошибок и Недостатков. В такие дни Генри обычно особенно долго гулял с собакой и спал беспокойно, то и дело поднимаясь, чтобы пойти в туалет, сводя этим на нет благотворное действие антисептика, которым Ева посыпала края унитаза, и тем самым давая ей предлог поутру снова наброситься на него с упреками и напоминаниями о всех его недостатках.
– Что же я, черт побери, должен делать? – спросил он однажды. – Если я спускаю воду, ты жалуешься, что я не даю тебе спать, а если я не спускаю воду. ты говоришь, что утром на. все это противно смотреть.
– Да. противно, и, кроме того, зачем это ты смываешь антисептик с боков унитаза? И не отпирайся! Я сама видела. Ты прицеливаешься по кругу, чтобы порошка совсем не осталось. Ты делаешь это специально.
– Если я буду спускать воду, он и так весь смоется, да еще и ты проснешься, – сказал Уилт, сознавая, что у него действительно, выработалась привычка метиться именно в порошок. Чем-то он ему был противен.
– Почему ты не можешь дождаться утра? И вообще, так тебе и надо, – сказала она, предупреждая его очевидный ответ. – Меньше надо пива пить. Ты должен гулять с Клемом, а не наливаться в. этой ужасной забегаловке.