Страница 4 из 5
Когда от некогда достаточно крепкого существа не осталось ни малейшего следа, мини-медведи бледно-розовой окраски принялись энергично закапываться в грунт. Вскоре от всего этого шабаша остались лишь кусочек пожухлой лианы да несколько холмиков на поверхности. Воцарилась тишина.
— «Я сейчас обернусь обезьяной!» — мысленно воскликнул Джерри, позабыв в своем возбуждении, что сам он пребывал в состоянии Контакта, а не находился среди старших сокурсников, которые порой этой фразой пародировали слова присяги космических зоологов.
Все ясно: это была целиком симбиотическая планета!
После только что прослеженной вакханалии внеземной жизни и смерти для Джерри уже не составило труда стыковать в единую цепочку все жизненные формы. Итак, насекомые появлялись из кокона, выраставшего в виде бурдюка на конце лианы; став взрослыми особями, они размножались весьма странным способом: откладывали яйца медведя в тело медведеобразного создания, после чего погибали. Но в момент смерти их пожирали оставшиеся в живых медведи, и они становились зернами. Попадая в подземные тоннели через естественные выделения проглотивших их животных, они в свою очередь прорастали корнями и становились потом деревьями.
А последние при нападении медведей на выраставшие на концах их веток-лиан «бурдюки» порождали мини-кузнечиков, потом, выделяя сок, оплодотворяли яйца, отложенные взрослыми насекомыми в тушах погибавших медведей…
Едва Джерри начинал уточнять весь этот цикл растений-животных-насекомых, у него начинала кружиться голова. Значит, так: сдохшая взрослая особь насекомого, пройдя через пищеварительный тракт медведя, развивалась потом в дерево. Кокон, выраставший из него и стимулируемый ударами лап обреченного медведя, давал жизнь новым насекомым. А из яиц насекомых, отложенных в теле мертвого медведя и стимулированных соком дерева, быстренько вылуплялись детишки-животные…
Короче, получалось, что насекомое плюс медведь давали начало дереву, дерево плюс медведь порождали насекомое, а оно плюс дерево производили на свет медведя. Все три системы опирались на не включенную в эту схему питательную среду почвы. Насекомое и сок вызывали к жизни мини-животные в самой плоти околевавшего взрослого животного. Погибшее насекомое и живой медведь давали в итоге дерево в самом естестве дерева (если рассматривать мертвые листья и кору как составные части почвы). Шлепки животного по дереву приводили к появлению насекомых…
«Черт побери! — мысленно взорвался Джерри. — Но не в самой плоти насекомых. Это не могло бы…»
Он еще раз все тщательно обдумал и взвесил. Действительно, деревья, получалось, выступали родителями насекомых, насекомые — родителями медведей, те в свою очередь — родителями деревьев… Но если взглянуть на проблему с другой стороны, то плоть медведей порождала новых медвежат; переваренные медведем насекомые вызывали (через деревья) появление на свет новых насекомых, а деревья (посредством насекомых) сотворяли другие деревья…
Мысли Джерри ходили по кругу, и он безуспешно пытался выбраться из этого запутанного лабиринта. Он понимал, что ученые отныне потратят годы, чтобы разобраться, какой вид давал начало другому. По сложности это намного превосходило классическую проблему первичности яйца и курицы. Когда он опубликует свой отчет, немало специалистов в области эволюции будут ложиться спать с головной болью…
Беззвучная молния — Контакт прерван.
— Я уже подготовил к запуску первую запись, — сообщил Боб Риддер, пока Джерри снимал контактный шлем и проводил рукой по белоснежной копне волос, предварительно промассировав свое молодое загорелое лицо. — Хотя вы, быть может, пожелаете немного отдохнуть?
— Во втором сеансе с тем первым существом надобность отпала, — покачал головой Джерри. — Я понял его жизненный цикл благодаря Контакту со вторым видом.
— Неужели? — В голосе Боба слышалось недоумение. — Но ведь это весьма необычно, не так ли?
— Вся эта дьявольская планета не укладывается ни в какие рамки, — буркнул Джерри, вставая с кушетки. Он лениво потянулся в сладкой истоме джунглей. — Вы поймете, что я имел в виду, когда ознакомитесь со второй записью.
Боб понял, что Джерри, который для космического зоолога восстанавливался очень быстро, сейчас не был расположен к разговору. Значит, для выяснения интересующих его подробностей придется дождаться расшифровки записи Контакта.
В тот же день попозже, час спустя после взлета корабля с планеты, Боб закончил читать отчет Норкрисса. К этому времени Вирида уже исчезала из виду, а звездолет готовился войти в гиперпространство, взяв курс на Землю.
Боб прошел коридором в общий зал, чтобы выпить чашечку кофе. Джерри уже находился там. Быстро справившись с кофеваркой, Боб подсел к своему начальнику и поспешил задать ему тот вопрос, который мучил его все время после прочтения доклада.
— Лейтенант… я по поводу этого второго Контакта. Вы поняли, что сняли контроль за вашим «хозяином» до того, как заметили другого медведя, направлявшегося колотить кокон?
— Вы хотите тем самым сказать, что у меня был шанс погибнуть в облике «моего» медведя, если бы тот поддался искушению самому броситься к кокону и начать его раскачивать?
— Вот именно, лейтенант, — ответил Боб. — Конечно, я знаю, что вы можете восстановить свой контроль над подопечным в любой момент, если сочтете создавшееся положение опасным. И все же, не слишком ли вы рисковали?
Джерри отрицательно покачал головой и сделал глоток кофе.
— Строго говоря, я не расценил этот импульс к саморазрушению у моего «хозяина» как по-настоящему глубокий. Вы, должно быть, заметили, что я назвал этот импульс безумием, тягой к смерти, за которой последовал взрыв инстинкта самосохранения. Это, в сущности, не было неодолимым стремлением умереть. Как «мой», все остальные медведи, оставшиеся сидеть в своих норах, вели себя гораздо спокойнее, чем тот, что принялся колошматить этот бурдюк.
— Но почему это происходило именно так? Почему это создание, а не какое-нибудь другое, испытало всеобъемлющее стремление к самоистреблению?
Лицо Джерри от напряженного раздумья собралось мелкими морщинками.
— Я бы не хотел знать ответ на этот вопрос. То, что я подозреваю, не совпадает с тем, чего бы я желал: речь идет о четко заведенном порядке. Что — го неизвестное нам в их биологии толкает по очереди идти на самоликвидацию. А тот ритуал, что я наблюдал, был так непохож на… поведение животного, был настолько последовательным и детерминированным….
Глаза Боба расширились, поскольку до него дошло, что хотел сказать Джерри.
— Вы думаете, что у них заведен внутренний протокол? Что если по каким-либо причинам некое существо в этой цепочке не сыграет свою роль, то следующее за ним будет ждать вечно, но так и не выполнит свою функцию?
— Да, именно это я и хочу сказать, — согласился Джерри. — И очень надеюсь, что ошибаюсь.
— Но на этот раз ведь действовало именно то создание, чья очередь как раз и подошла, — выдавил из себя Боб, моргая. — Мы же не нарушили экологический цикл, не правда ли?
— На Вириде все процессы протекают очень быстро, — задумчиво произнес Джерри. — Если подсчитать время между кладкой яиц и их созреванием, то деревья должны достигать зрелости примерно за месяц. А мы ухитрились сжечь с полдюжины лиан при посадке и, вероятно, намного больше при взлете.
— Но чуть разредив деревья, мы специально выбросили несколько бомб с углекислым газом, — как-то неуверенно протянул техник. — Да и пожар затушили за несколько секунд.
— Что никоим образом не повлияло на уже выжженные нами лианы! — вздохнул Джерри. — И если то, что я думаю насчет протокола, соответствует действительности…
— …то жизненный цикл на планете будет прерван? — выдохнул техник.
— Поживем — увидим, — уклонился от ответа Джерри. — На возвращение уйдет месяц, потом понадобится еще полгода для прибытия первой волны специалистов по обустройству колонии и началу промышленной разработки планеты. Так что давайте подождем.