Страница 3 из 72
Установлено, что женщины превосходят мужчин в вербальных способностях, мужчины же сильнее женщин в визуально-пространственных способностях, у мужчин выше математические итехнические способности, что предопределяет во многом особенности профессионального выбора мужчин и женщин.
Сравнивая взрослых мужчин с теми, какими они были в 13-14 лет, известный ученый И. С. Кон выделяет следующие типы развития их личности.
Первый тип. Мужчины, отличавшиеся в 13-14 лет надежностью, продуктивностью, честолюбием, хорошими способностями, широтой интересов, самообладанием, прямотой характера, дружелюбием, философским складом ума и сравнительной удовлетворенностью собой, сохранили эти свойства и в 45-летнем возрасте. Такие люди высоко ценят независимость и объективность, имеют высокие показатели по интеллектуальной эффективности, чувству благополучия.
Второй тип. Подростки, проявившие бунтарство, болтливость, любовь к рискованным поступкам и отступавшие от принятого образа мышления, раздражительные и агрессивные, становятся в дальнейшем зачастую неуравновешенными мужчинами со слабым самоконтролем, для которых характерны импульсивность и непостоянство. Склонность драматизировать свои жизненные ситуации, непредсказуемость поведения характеризует их и во взрослом возрасте. Представители данного типа чаще, чем другие, меняют работу.
Третий тип. Для лиц этого типа — с повышенным самоконтролем — в подростковом возрасте были характерны повышенная эмоциональная чувствительность и самоуглубленность. Будучи подростками, они плохо чувствовали себя в неопределенных ситуациях, легко отчаивались в успехе, были зависимы и недоверчивы. Достигнув сорокалетия, такие мужчины остались столь же ранимы, предпочитая уходить от сложных обстоятельств, испытывать жалость к себе, напряженность в общении с другими людьми. Среди представителей данного типа наиболее высокий процент холостяков.
Однако следует отметить, что некоторые мужчины сильно меняются со временем. У части из них, например, бурная, напряженная юность сменяется спокойной, размеренной жизнью в зрелые годы.
Существуют определенные типы личностей и среди женщин. Довольно интересно классификация женщин была описана О. Вейнингером в 1910 г. в книге «Пол и характер», где даны характеристики двух полярных типов «кокеток — некокеток», а также женщин конфликтных («мегер») — неконфликтных. Автор, в частности, утверждал, что «кокетки» неразборчивы в любовных связях, любят кошек, ухаживание и соприкосновение, любят принимать подарки. Но они эмоционально черствы к детям. «Некокетки», напротив, очень привязаны к детям, любят дарить подарки, ухаживать за другими, вместо кошек предпочитают собак. В личной жизни относятся, как правило, к однолюбам, из них вырастают хорошие педагоги и воспитатели, а также медицинские работники.
«Мегеры», по мнению О. Вейнингера, склонны к конфликтам, интригам и разрушению, переносу своих недостатков на других. Они повышенно консервативны, но смелы и драчливы. «Немегеры» — более склонны созидать, чем разрушать, неконфликтны и неагрессивны. Кстати, в ряде других исследований данные типы были выделены не только у женщин, но и у мужчин, что свидетельствует о генетическом единстве полов.
Как интересно получается: мы — мужчины и женщины — разные, а изучают нас и помогают нам одни и те же специалисты, психологи.
Но даже психологи не всегда знают, а еще реже сталкиваются с загадочными явлениями психики человека.
Глава 1. Загадочные явления психики
Необычные люди
Люди-некрофилы
Некрофил — антипод жизни. Его неудержимо влечет ко всему, что не растет, не меняется, ко всему механическому. Но движет его поведением не только тяга к омертвевшему, но и стремление разрушить жизнеспособное. Жизнь с ее внутренней неконтролируемостью, ибо в ней нет механического устройства, пугает и даже страшит некрофила.
Глубокое интимное побуждение некрофила — вернуться к ночи первоздания, к неорганическому миру. Лозунг жизни некрофила — «Да здравствует смерть!». В сновидениях ему предстают жуткие картины, насилие, гибель и омертвение… И в телевизионном зрелище ему тоже близки картины смерти, траура, истязаний.
Несколько лет назад один из российских журналов опубликовал небольшую заметку о том, как на глазах толпы умирал мальчик, оказавшийся в зоне тока высокого напряжения. Подростка можно было спасти, но никто из очевидцев трагедии не сделал такой попытки. Все были буквально заворожены картиной мучительно длящейся агонии. Свидетели, как выяснилось, наблюдали за эпизодом и оценивали его так, словно все это многократно и в разных ракурсах развертывалось на домашнем экране.
Заметка констатировала факт. Она не содержала ни осуждения, ни размышления. Рассказывалось о событии, не выходящем за рамки ежедневной хроники происшествий. Но не будем спешить с моральной оценкой этой истории. Попробуем войти в атмосферу эпизода. Не правда ли, информация побуждает не только к изобличению преступной пассивности или скрытого палачества? Она заставляет «самоопределиться».
Представим себя на минуту среди этой зачарованной толпы. Поразмыслим неторопливо, с необходимой внутренней сосредоточенностью… Как поступил бы каждый из нас? Вы лично? Проявили самостоятельность или уступили бы инстинкту стадности?
Газеты писали о том, что в США был создан «клуб для избранных», где показывали документальные и художественные ленты, в которых жертва мучительно расставалась с жизнью. Садисты приходили «побалдеть». Но для гурманов «кровавого» зрелища снимались особые ленты. Собирались палачи (все это снималось на пленку) и обсуждали, кого бы умертвить, при этом с наибольшим художественным эффектом.
Возникали кандидатуры, однако некоторые из них отклонялись по причине неполного соответствия высоким некрофильским стандартам. Наконец подбиралась жертва, которая вполне годилась для волнующего кровавого зрелища. Но просто удавить — это неинтересно. Таким путем художественные ленты не рождаются. Обдумывались планы замедленного убийства, которое позволило бы заглянуть жертве в глаза, ощутить ее предсмертный ужас, не пропустить последний вздох. Хорошо бы жертву после длительных терзаний чуть-чуть оживить и начать все сначала.
К сожалению, уже и в России известны подобные факты.
Журналистка Кристин Чаббак поступила на работу в филиал телевизионной компании Эй-би-си во Флориде. Ее обязанность состояла в том, чтобы готовить репортажи об уличных происшествиях — драках, перестрелках полицейских с бандитами, грабежах и изнасилованиях. Директор телестанции постоянно требовал от репортеров кровавых подробностей, мотивируя это тем, что зрители в душе садисты и убийцы. И вот однажды разразилась незапланированная сенсация. Кристин прервала репортаж и обратилась к телезрителям: «В соответствии с нашим пристрастием демонстрировать пролитую кровь в ее натуральном виде вы сейчас увидите первоклассные кадры». Она приставила к виску кольт и спустила курок.
Кровавые сцены на экране — не новость. Но речь-то идет не просто о чудачествах истерички, о труднопреодолимом влечении к смерти, которое постоянно искушает человека, мотивы самоубийства тоже важны. Стало быть, можно говорить о специфической ситуации, когда потребность в эффектном зрелище дороже самой жизни.
Некрофильство заразительно. Вспомним «Страдания молодого Вертера». Сколько молодых людей свели счеты с жизнью по рецепту юного романтика. Нередко телевизионные ленты рисуют картины универсальной катастрофы. Выжженная земля. Внезапно прерванные жизни. Адовы муки. И вот что примечательно — после сцен жуткой расправы некрофиловы пророки предвещают идиллию. Грешники будут уничтожены, наступит миллениум — тысячелетнее царство. Но счастье немыслимо без воздаяния. Воскрешение и вкушение полных радостей невозможно без предварительного кровопускания.