Страница 156 из 189
– Конечно пап, сходи. Ты не беспокойся, мне совсем не страшно здесь находится. У меня есть теперь друг – Аркаша любовно погладил своего новоприобретенного "друга" – он меня защитит, если что-то случится. Так что иди, только быстрее возвращайся, и поесть что-нибудь было бы неплохо. Я же, как поел вчера, так и все, больше ни крошки во рту не было.
– Ну да, ну да, я помню. Я быстро, туда и сюда, я мигом. Тебе точно не страшно?
– Пап, ну за кого ты меня принимаешь, я же уже большой мальчик.
Андрей Иванович посмотрел на своего сына и подумал, что за всеми этими хлопотами, как-то не успел углядеть, что сын его действительно стремительно взрослел, даже его относительно небольшой рост не влиял на его общее впечатление взрослости.
– Наверное, и детей коснулись неприятности, и фантастические приключения, заставив тех мигом перепрыгнуть из детства в юность, а может и еще выше. – Подумал доктор, уже идя по тоннелю.
Ощущение что выспался и отдохнул было первым, что ощутил Виктор после того как открыл глаза. Настроение довольного собой человека, ощущение наполненности свежестью, энергией переполняло все его тело. Это было удивительное чувство, и насколько он себя помнил, подобное было у него только в далеком детстве. Последнее же время он просыпался в тревожном ожидании, в предчувствии появления очередной неприятности. Он невольно вслушался в свой организм, и ему показалось, что само тело сообщает о его состоянии, даже позыв сходить по малой нужде ему преподносится как дело под пунктом номер один. Все это было бы странным, если бы не воспринималось как обыденное явление. Впечатление от этого ощущения как от чего-то нового не последовало. Зато удивили изменения, произошедшие с органами чувств. Зрение, обоняние, слух, стали ощущаться намного четче, и он мог чувствовать их как все вместе, так и по отдельности. Раньше это было естественным, и он просто не обращал внимания на все что присуще человеку. Сейчас же он мог, сконцентрировав внимание на одном из чувств, усилить многократно его действие. Например, слух. Виктор был уверен что, сосредоточив внимание на этом органе чувств, он услышит все в округе, ему казалось, что он даже различает шум морского прибоя, хотя и знал, что рядом нет моря, оно далеко отсюда. Он на всякий случай приняв сидячее положение огляделся в поисках этого моря, но кроме того что он находится в том же зале, он не увидел ничего похожего на воду. Даже то, что раньше он видел в пещере озеро полное воды, как оказалось, сейчас он точно знал, что это не вода, а субстанция имеющая вид воды. Усилив зрительный нерв, он мог теперь четко рассмотреть, что же находится в этом зале. Раньше они так и не успели все это рассмотреть, а сейчас он не напрягаясь, в том же полумраке, мог увидеть стены и потолок зала. И он его поразил, это был зал, явно созданный руками, следы этой деятельности, оставленные в результате его благоустройства, встречались повсеместно, как например дверь, ведущая в другую от пещеры сторону, ее он заметил сразу. Отметив про себя, что обычным зрением ему это сделать, было бы очень трудно. Дверь сливалась со стеной, ни ручек, ни каких-то других приспособлений указывающих на ее присутствие здесь, ничего подобного он не увидел. Но знание что это дверь, причем очень большая, скорее даже не дверь, а ворота, ведущие в другой зал, у него сформировалось очень четко, и он откуда-то знал, как их открыть. От таких необычных и разнообразных ощущений у Виктора даже закружилась голова. Он чувствовал или просто знал, что в его голове сосредоточено очень много информации. Вот только как ею пользоваться он пока не представлял. Обычно для подобного извлечения из головы, какой либо информации ему не приходилось задумываться, как это сделать, он просто думал и все. Сейчас же это не канало, он чувствовал что ему для того чтобы привести в действие свою думалку надо или щелкнуть пальцами, или еще какие-то действия совершить, что-то типа своеобразного включателя в сознании привести в действие. Правда тот факт, что он как всегда еще и думает, указывало, что все осталось в прежнем состоянии, а то, что появилось новое в его голове, вскоре станет также понятным и обыденным.
– Может надо как в компьютере включить его, затем найти нужный файл и, нажав на одну из клавиш на клавиатуре запустить информацию?
Он явно что-то так и сделал, во всяком случае, перед ним прямо в воздухе возникла решетка с линиями, а затем на ней появились символы, слова, цифры. Совсем, так же как и при включении настоящего земного компьютера. Он уже знал что для того чтобы получить информацию, или просто считать ее с этого устройства надо перевести этот интерфейс в интерактивную фазу и получить хоть что-то понятное для пользователя, то есть для него, для Виктора. И уже только после этого Виктор сможет выдавать последующие команды. Пока он еще не представляет, как это сделать, все-таки это не земной компьютер, хотя действия по его включению очень похожие. Голосом или мысленно переключать всякие там кнопки, переключатели, регуляторы или еще какие-то устройства позволяющие привести в действие то, что появилось в его голове – это ему еще предстоит понять.
Его взгляд остановился на первой строчке. Она моментально приблизилась, увеличиваясь в размерах до приемлемого для глаз прочтения текста. Ему с его новым зрением ничего не стоило увидеть и на более далеком расстоянии, но так все-таки было более привычно и удобно читать. Одновременно с этим у него в голове уже появилось то, что он собирался прочитать, и надобность в чтении сама по себе отпала, так как это была точная копия того что он видел. Теперь становилось понятно, что стоит ему только сосредоточиться на чем-то, как у него тут же появится понятие, что же он видит. Ему пришлось немного потренироваться, чтобы понять более лучше, с чем же ему придется работать, а порой и просто общаться.
Этот интерфейс пользователя, а иначе это и не назовешь, ибо только с его помощью можно взаимодействовать с другими устройствами. И как ему казалось, вернее он уже знал, можно будет и с машинами, и аппаратурой уже созданными человеком, или только еще проектируемыми к созданию, контактировать.
Спроецированная перед глазами схема была видна только ему, он мог ее приближать, отдалять, уменьшать в размерах и наоборот увеличивать. Мог, сконцентрировав взгляд на каком-то знаке или участке схемы выхватить какую-то мелкую деталь и увеличив ее до приемлемых размеров рассмотреть ее со всех сторон, при этом видеть все мелкие штришки которые в обычном зрении будут невидимые. Поражало то, что он мог вытащить эту деталь из схемы и рассматривать ее уже в трехмерном изображении. Это была в прямом смысле созданная голограмма, она при этом могла заполнять весь объем помещения, и создавалось впечатление, что ты ее можешь потрогать руками. Никакого при этом голопроектора не было, был только мозг Виктора, в котором и появлялось желание увидеть деталь, или всю машину целиком.
Самое удивительное это то, что эту голограмму он мог видеть в цвете, и без особых помех. Не было никакого мерцания. Как еще можно это использовать Виктор пока не знал. Не зря его предупредил его "друг", что усвоение знаний помещенных в его голову очень долгое занятие, так оно и есть. Он только и успел понять, что он всем этим может управлять, причем лишь незначительным усилием сосредотачивая свои импульсы воли на конкретном объекте. Его уже не удивило, что он может вызвать полное описание, или ТТХ объекта, и даже полную техдокументацию масштабируясь и обозначаясь в доступных для его понимания и зрения ракурсах. И при этом у него было чувство, что он все это уже знает, и это его не удивляло, воспринималось все как данность.
– Вот бы подобное мне на земле пригодилось, особенно когда я учился в архитектурном институте. – Пришло в голову Виктора в ходе изучения доступной информации – я бы горя не знал.
Продолжая изучать неожиданно свалившиеся в его голову новые знания, он не переставал удивляться и восхищаться открывающимися перед ним возможностями. Он, оказывается, вполне свободно мог создать схему любого механизма хоть чуть-чуть знакомого ему в его бытность жителя Земли, причем моментально, стоило только представить то, что ему надо увидеть. Мог восстановить в памяти никогда невидимую им карту звездного неба, мог рассказать, или вернее прочитать, а еще вернее просто представить планету населенную никогда им не только не видимыми, но и не слышанными им ранее народами и даже спроецировать любого прямоходящего мыслящего существа, и рассмотреть, что он из себя представляет. Но он пока не углублялся в подробное изучение, ему как он понимал это и не к чему, он мог в любой момент вызвать в памяти все, что будет нужно в той или иной ситуации.