Страница 37 из 67
В дом вошла возмущённая до глубины души, прямым ходом направляясь к кабинету, но, услышав разговор на повышенных тонах, не сдержалась и заняла наблюдательный пост, по ходу дела прислушиваясь к мужской ругани. Складывалось такое впечатление, что ругаться в этом доме не умею одна лишь я.
– Я не понимаю, что ты от меня хочешь. – Упрямо повторял который раз Кислый. Его скрипучий голос я смогу узнать где угодно.
– Просто выясни, что к чему. Я не хочу, чтобы из-за незначительной мелочи, дело пошло не так.
– Дело?! Дело?! Что ты называешь делом, Шах?! Ты как с этой девкой связываешься, видимые и невидимые тормоза слетают! Зачем, ну, зачем ты вообще влез в её жизнь? Тебе мало показалось?! – Отчитывал Кислый Диму, а так как разговор шёл про меня, можно было слушать и слушать. Не просто слова – песня. – Что и кому ты хотел доказать, а? Кто ты вообще для неё?!
– Она моя жена.
– Жена? Я не спросил кто она для тебя, я спросил кто ты для неё. Молчишь? – Как из пулемёта тараторил Кислый. – И молчи, мы оба знаем ответ на этот вопрос. Ты старый заезженный хрен с бугра. Вот ты кто. Она не знает тебя, она боится тебя. Она нашла себе сопливого пацанёнка, который наделал бы ей детишек. Который не за волосы её в ЗАГС приволок, хорошенечко припугнув для полноты эффекта. Он предложение ей сделал, Дим. Ты считаешь, она этого не достойна?
Что тут сказать, беру свои слова обратно, Кислый чуткий, трепетный, аки лань.
– Что ты можешь ей дать?! Деньги твои? Да плевала она на эти деньги! На твою заботу. Ей мужик нужен. Здоровый и живой. Понимаешь? Жи-вой. А ты прошлым живёшь. Ты не видишь будущего.
– Рядом с ней всё не так.
– Не так, а как? Что изменилось? Что изменилось в твоей жизни с прошлого вечера? Может, ты смог уснуть не натрахавшись до потери сознания? Может, тебе жена, – Кислый неприятно хмыкнул, – жена… – Повторил пренебрежительно. – Дала она тебе? Нет? А зачем тогда в дом привёл?
– Я не животное, чтобы трахаться и жрать, Лёх. И я хочу, чтобы она была рядом. Она меня другим делает.
А дальше получилось совсем тихо я половины я не расслышала.
– Ты её что?! – Раскричался Кислый ещё громче. – Ты вообще где слово это услышал, Шах? От очередной своей шалавы? Мало перепортил? Так и эта уж не целка… твоими стараниями. Да тебе через одну в городе показывай, ты их с любого ракурса узнаешь, хоть задом тебе поставь, хоть передом. Не только имя и фамилию назовёшь, а ещё и порядковый номер из блокнотика.
– Кислый, ты утрируешь. – Отмахнулся Дима, но Кислый явно был в ударе.
– Мать моя женщина, – хлопнул в ладоши, – это чем вы тут с ней ночью занимались? Орфографический словарь Ожегова штудировали? Ладно, ладно, допустим, ты её хочешь. Но, чёрт! Я этого не понимаю. Шах, я понял тебя тогда, когда ты девчушку эту привёл, а она глазищами хлопала, смотрела на тебя и дышать боялась. Понимал, когда ты захотел оприходовать её. Кто такую не захочет? Промолчал, когда тебе приспичило сделать всё красиво и жениться, но… какого ты сейчас влез в её размеренную жизнь? А?
– Со мной ей будет лучше.
– Да с чего бы?!
– Зря я тебя, Лёх, слушал, нужно было сразу её вернуть. – Произнёс Дима тихо, а я насторожилась, потому что и Кислый замолчал.
– Шах, только не говори…
– Уже сказал, Лёх. Я уже всё решил. Давно. Не хотел просто твой бред выслушивать.
Непереводимый поток некультурных выражений я пропустила, плотно приткнув ладони к ушным раковинам.
– И какого хрена ты столько лет молчал?
– Так нужно было.
– Кому?
Ответ я не услышала, наверно, Дима совсем распереживался. Вот и Кислый говорит, что потасканный… При мысли о Диме, вспомнила его выходящим из душа вчера вечером. Он обалденный. И смотрит на меня особенно. Прежде я думала, что это было первое детское впечатление, а сейчас, когда его безумный взгляд разглядела, снова чувствовала это. Словно я для него единственная, самая лучшая, других просто не существует. Это ощущение ни с каким другим не перепутать.
Перекинувшись ещё несколькими фразами, мужчины из кабинета вышли, а я так заслушалась, что даже сбежать забыла. Проходящему мимо Кислому улыбнулась, под его задорный отборный мат. А при взгляде на Диму, невинно потупила взгляд.
– Ну, и чего ты здесь сидишь? – Спросил он по-доброму, не понятно чему усмехаясь.
– Не успела сбежать. – Как хорошая девочка призналась я и захлопала ресницами под фырканье Кислого и обворожительную Димину улыбку.
Как там Кислый сказал?.. Каждую вторую?.. Ну, ну. Думаю, тут диагноз намного серьёзнее. Я вот, с высоты своего воробьиного полёта, хоть сейчас готова под танк ради него.
– А зачем подслушивала?
– Так интересно же! Я вас, Кислый, реально зауважала. – Посмотрела на перекошенное от удивления лицо мужчины. – Вы бились с ним как лев за мою девичью честь! Что же ты, Дима, так хило сопротивлялся?
Он подошёл ближе, вглядываясь в мои глаза, присел перед лестницей на корточки, оказываясь буквально на голову ниже.
– Мышка, ты почему не спряталась в свою норку? – Заговорщицки шепнул, прикрывая рот тыльной стороной кисти, а я улыбнулась.