Страница 38 из 56
Скорее он поверит, что ожила покойная жена короля Ричарда.
Эмори неожиданно вспомнил слова Бертрана, сказанные им при появлении в замке: «Я прибыл сразу, как только узнал». О чем он узнал? О смерти собак? Или о чьей-то еще? Задавшись этим вопросом, Эмори посмотрел на жену. Эмма разглядывала стоявшую у дверей пару с нескрываемой подозрительностью. Затем перевела взгляд на трупы несчастных собак, лежавших перед очагом, а потом посмотрела в глаза Эмори. Ее губы искривились в горькой усмешке. Эмори вздрогнул под этим взглядом: чувство вины проснулось в нем, сжимая сердце мертвой хваткой.
— Мы не станем задерживаться, дожидаясь угощения, — надменно объявила леди Аскот, словно кто-то ей его предлагал. — Мы торопимся ко двору. Поехали, Бертран! — Круто повернувшись, она шагнула через порог и исчезла за дверью. Сын поспешно последовал за ней.
Эмори обернулся к четырем солдатам, которых ранее посылал за женой:
— Следуйте за ними и удостоверьтесь, что они покинули мои земли!
Те немедленно отправились выполнять приказание.
Эмори оглянулся на жену и увидел, что она снова быстро поднимается по лестнице.
— Мне пойти вернуть ее?
В ответ на вопрос Маленького Джорджа Эмори лишь вздохнул и отрицательно покачал головой.
— Как я понимаю, ты пришел к выводу, что жена невиновна в том, что в твоей кружке оказался яд? — тихо заметил Блейк с явным облегчением в голосе.
Эмори посмотрел на друга, затем направился к столу и устало опустился на скамью. Он вновь взялся за свою кружку и, обращаясь к подошедшим приятелям, пробурчал:
— Последнее время у меня какая-то полоса невезения.
— Да уж, — покачал головой Блейк. — Не помню, когда еще у тебя было столько неприятностей. За несколько недель ты трижды чуть не погиб. — И видя, что Эмори хмуро молчит, спросил: — О чем раздумываешь?
— Я размышляю о том, как странно получилось, что разбойники снова напали на меня. По словам солдат Эммы, прежде ничего подобного не случалось в их краях. Да, грабили, такое бывало, но пытаться убить… Они даже не требовали мой кошелек. Зачем же тогда нападали?
— Возможно, они испугались, что новый владелец замка выгонит их из леса? — предположил Маленький Джордж.
— А они не подумали, что таким образом вынудят меня пойти на это?..
Блейк кивнул:
— Они явно стремились тебя убить.
— Да, то есть вели себя как наемники. Брови Маленького Джорджа полезли вверх:
— Значит, ты не считаешь, что это месть за прошлую службу?
— Нет.
— И не подозреваешь свою жену в злодейском умысле?
Эмори уныло покачал головой и высказал только что пришедшую ему в голову мысль:
— Именно Эмма заявила, что псов отравили. Если бы не она, мы продолжали бы думать, что это результат какой-то болезни.
Оба приятеля кивнули, признавая справедливость замечания. Затем Блейк озадаченно заметил:
— Дружище, ты вроде не рад, что Эмма здесь ни при чем?
— Это верно, — грустно признался Эмори. — То есть, конечно, я счастлив, что жена не хочет моей смерти… но как подумаю, во что мне обойдется мое несправедливое обвинение…
— Она тебя простит, — успокоил его Блейк, кладя руку на плечо друга. — По-моему, твоя жена испытывает к тебе сильную симпатию.
После этих слов Эмори повеселел и выпрямился.
— Ты так думаешь? — спросил он с надеждой.
Однако выражение радости на его лице быстро померкло, сменившись кислой миной: Эмори вспомнил взгляд жены, который она на него бросила, прежде чем уйти. В нем точно не было ни малейшей симпатии.
— Ты думаешь, все три события связаны между собой? Разбойники, наемники и отрава? — вернул его Блейк к более животрепещущей теме.
— Не три, а четыре.
— Четыре?
— Да. Свадьба, два нападения и яд. — Эмори помолчал, давая друзьям время осмыслить сказанное. — Нападения начались на другой день после свадьбы. Кому выгодно, чтобы я умер?
Блейк мрачно почесал подбородок.
— Бертрану.
— Вот именно. Его первые слова, обращенные к Эмме, заставили меня подумать об этом.
— «Я прибыл, как только узнал…» — задумчиво повторил Маленький Джордж и поднял брови: — Что, собственно, он узнал такого?
— Видимо, он узнал о моей смерти.
— Но ты же не умер! Так как же?..
— Не умер, но он знал, что его подручный подлил Эмори яд в кружку и тот его выпил. А раз так, то наутро Эмори должны были найти мертвым, — объяснил Блейк, подхватывая на лету догадку Эмори. — Эмори постарался, чтобы никто не видел, как он выливает свой эль в собачью миску: не хотел обидеть жену.
— Может быть, стоит отправить письмо королю? Он примет меры против Бертрана.
Но Эмори покачал головой:
— Доказательств нет. А без них король ничего не станет делать.
Блейк понимающе покивал и удивленно вскинул голову, когда Эмори стал подниматься из-за стола:
— Ты куда?
— Я должен поговорить с женой.
— Но ведь нам надо решить, что делать.
— Удвойте стражу, следите за всеми, кто приходит в замок и уходит из него. Проверьте, все ли на месте, не пропал ли кто.
— Пропал? — недоуменно переспросил Маленький Джордж.
— Кто-то же подлил яд в мою кружку! Это не всякий мог бы сделать. Скорее всего тут замешан кто-то из живущих в замке. Этот человек и донес Бертрану, что дело сделано, после чего тот заявился сюда нынче утром.
— Предатель среди нас?! — прервал его Блейк и крепко выругался, вынужденный признать справедливость такого предположения.
Маленький Джордж нахмурился, обдумывая сказанное:
— Но если предатель из здешних, то он должен знать, что леди Эмма все время поит тебя травами, а значит, именно ее обвинят в твоей смерти. Разве не так?
— Так, — сухо согласился Эмори. — Это заставляет думать, что злоумышленник не слишком хочет, чтобы Эмма оставалась хозяйкой замка.
Его приятели удивленно переглянулись. Затем Маленький Джордж произнес с расстановкой:
— Тогда это не может быть Бертран. Совершенно очевидно, что он лелеет надежду заполучить ее в жены.
— Верно, но может быть, этого не желает леди Аскот? — возразил Эмори.
— Возможно, ты прав, — согласился Блейк. — Леди Аскот — женщина властная и грубая. Не думаю, что Эмма легко ей подчинится. Она слишком горда и вспыльчива и не позволит унижать себя. Посмотрите, чем она ответила на пренебрежение лорда Фалька: терпела, терпела да и отправилась жаловаться королю. Нет, леди Аскот вряд ли захочет, чтобы Эмма осталась в замке.
Эмори кивнул, соглашаясь со справедливостью этих слов, но внимание его привлекла фраза: «Она слишком горда и вспыльчива и не позволит унижать себя». Да, его жена такая! И он очень боялся, что именно эти черты ее характера не позволят ей простить его.
Глава 11
— Повар и посудомойки клянутся, что, кроме них и леди Эммы, вчера днем на кухню заходили только две швеи.
При этом известии Блейк пронзительно взглянул на Маленького Джорджа.
— Работницы де Ласси? — Помощник Эмори угрюмо кивнул. — Проклятие! Кто именно?
— Молодая со светлыми волосами и та, с которой милуется Сиберт. Она заговорила с леди Эммой, когда та варила свое зелье.
Блейк помрачнел:
— Ты рассказал об этом Эмори?
— Нет, он все еще был наверху, когда я… Святой Симеон! — растерянно выдохнул Маленький Джордж. Глаза его были устремлены куда-то за спину Блейка.
Блейк поспешно оглянулся и затрясся от хохота, шедшего, казалось, из самой глубины его существа.
Изумленный взгляд был направлен на приближающегося Эмори. На нем был надет только что сшитый придворный наряд. Старые залатанные штаны в обтяжку сменили отличные новые, а поношенную тунику — щегольской дублет цвета зеленого мха с такими длинными рукавами, что они волочились по земле. На голове у него красовалась шляпа, напоминавшая тюрбан с невероятно пышным пером, которое торчало дыбом и бурно раскачивалось по ветру при каждом шаге владельца. Но не это больше всего рассмешило Блейка, а походка друга. Эмори не шел, а шествовал в их сторону каким-то преувеличенно маршевым шагом. На лице его было написано явное отвращение. Чертыхаясь, он пересек двор, направляясь в их сторону.