Страница 18 из 51
Ровно в шесть часов раздался звук в дверь. Радуясь, что появился, наконец, тот, кто сможет развеять ее страхи, Алекс подбежала к двери. Последние две минуты она тупо сидела на стуле, как парализованная, и теперь обретя способность к движениям, никак не могла вспомнить, что ее так напугало. Однако ее просто трясло от страха и нервного напряжения. Поэтому она распахнула дверь, даже не спросив, кто за ней находится.
В комнату вошел совершенно не знакомый, огромный и неопрятный мужчина, к тому же абсолютно пьяный.
– А-а-ааа, – крикнул он с порога, – заждалась малышка! А хозяин мне уже сказал, что ты меня здесь ждешь. Сколько ты берешь за один раз? А за ночь?
– Вы… ошиблись номером, – пролепетала Алекс, – я жду здесь своего знакомого.
– Так я и есть он, – радостно сообщил мужик. – Это номер три. И полчаса назад я вручил тебе от него ключ. Вижу-вижу, вот он лежит на столике. Вот этот самый ключик с зеленой биркой. Я же Бенни! Ты не узнала старика Бенни?
Алекс завизжала так громко, что стекла окон ответили ей стоном, но на незнакомца это не произвело никакого впечатления.
– Чего ты орешь? – почти нежно спросил он, пытаясь заключить ее в свои медвежьи объятия. – Я не просил на сегодня девственницу.
Алекс вывернулась из-под его руки и перебежала на другой конец комнаты.
– Или вы сейчас же уйдете, – крикнула она, – или я вызываю полицию!
Она потянулась к телефону, но бугай опередил ее, сбросив аппарат с тумбочки.
– Совсем с ума сошла? – спросил он скучным голосом. – Или ты в образе? Пойдем-ка в кроватку, если не желаешь шампанского. Я тебя согрею, а то ты вся дрожишь.
Алекс и вправду колотила крупная дрожь, ее голова тряслась как у старухи, а руки ходили ходуном.
«Я же знала, что меня поджидает маньяк, – проклинала она себя. – Первая мысль никогда не бывает ошибочной. И этот тип – совершенно точно кто-то другой, а не Арлекин. Из него можно выкроить двоих Арлекинов, и еще останется».
Она попыталась обойти его сбоку, чтобы попасть к двери. Но в тесной комнате для маневров не хватало места. Пьяный запросто поймал ее, прижав локтем к подмышке.
– Все-все, – сказал он примирительно. – Пошумели и будя. Теперь за дело. Где тут наш ротик?
Он потянулся мокрыми губами к лицу Алекс, которую держал обеими руками, как куклу. В это мгновение, словно другая сущность, холодная и расчетливая, заняла место внутри Алекс. Она вдруг ощутила ледяное спокойствие. Самообладание вернулось к ней, руки перестали дрожать, дыхание успокоилось, сердце забилось ровно и сильно.
Она улыбнулась толстяку и приникла к нему, прекратив бессмысленное сопротивление. Он довольно ухмыльнулся и тут же облапил ее, беззастенчиво запустив руки ей под юбку. Левой рукой Алекс обняла его за толстую потную шею. Его горячие пальцы уже коснулись ее тонких трусиков, когда Алекс молниеносным рывком вынула из кармана пистолет и приставила его к груди толстяка. Он дернулся назад, с испугом и удивлением уставившись на небольшой серебристый браунинг в ее руке. Ствол не дрожал. Алекс была холодна, как айсберг. Спокойно и буднично, как будто делала это уже в сотый раз, она щелкнула предохранителем. Палец нажал на спусковой крючок. Раздался глухой выстрел, как будто что-то разбилось, и толстяк рухнул на пол, увлекая Алекс за собой. Он судорожно вцепился в плечи Алекс так, что освободиться из объятий умирающего не было никакой возможности. Она вырывалась и дергалась, пытаясь сбросить с себя неподъемную тушу. Из открытого рта толстяка хлынула алая кровь: пуля пробила легкое. Тяжелое тело давило на нее, не давая вздохнуть. Наконец невероятным усилием ей удалось скинуть с себя толстяка. Труп стукнулся о пол, но скрюченные предсмертной судорогой пальцы намертво вцепились в ее плечи. Она пыталась разжать пальцы, но безуспешно. Разжать их можно было только клещами. Тогда она выскользнула из тонкой шерстяной кофточки, оставив ее в руках мертвеца, и отползла в угол комнаты.
Внезапно силы оставили ее. Нервная дрожь с такой мощью охватила Алекс, что застучали зубы. Сжавшись в комочек и обхватив себя руками, она испуганными глазами смотрела на тело, распростертое посреди комнаты. Тысячи мыслей проносились в ее голове: теперь ее посадят, потому что все сразу же поймут, кто это сделал. Мертвец держал в руках ее одежду – хозяин мотеля наверняка видел их обоих, – и по всей комнате она оставила уйму следов. А самое страшное, что ее начнут расспрашивать, чем она занималась в мотеле в такое время. Что тогда отвечать? И Ленни начнет спрашивать… и где пистолет? Ах вот он, так и лежит на полу. Его нужно срочно забрать и избавиться любым образом.
Пока она предавалась горестным мыслям, в комнате что-то изменилось. Словно бы потемнело. Огромная летучая мышь отделилась от потолка и мягко опустилась на тело, прикрыв его кожистыми крыльями. Алекс заворожено смотрела на это действо, испытывая не страх, а только любопытство. Ее мучил вопрос, откуда мышь взялась на потолке, и была ли она там до прихода пьяного незнакомца? Если была, то значит, Алекс хоть в чем-то повезло в этот вечер. Глупо, наверное, сидя на полу в отдаленном мотеле рядом с трупом и поедающим его монстром, размышлять и взвешивать, в чем и кому сегодня повезло. Но в этом была вся Алекс, ей нравилось, чтобы выбор принадлежал кому угодно, только не ей самой.
Монстр поднял голову и внимательно посмотрел прямо в глаза Алекс. Открылся красный рот, обнажая острые зубы.
– Ты все забыла, – сказал он. – Такси ждет возле порога.
Глаза Алекс мгновенно сделались пустыми и прозрачными, словно ни одна мысль никогда не посещала ее хорошенькую голову. Она поднялась с пола, взяла сумочку и пистолет, надела пальто и ровным шагов вышла из комнаты. Глядя на нее, никто бы не подумал, что эта женщина только что пережила смертельное потрясение. Она села в машину и внятно сказала:
– Дом семьи Карми, пожалуйста.
– Ну и ну, – сказал Ленни, увидев входящую жену.
Он валялся на диване в гостиной перед включенным телевизором. Но заслышав, как у ворот остановился автомобиль – выглянул окно, и сумел-таки увидеть желтый огонек отъезжающего такси.
– Ты где это была?
– Гуляла, – хмуро ответила Алекс. – Дышала воздухом.
Она попыталась улыбнуться, но вдруг покачнулась и ничком упала на пол.
Организм не выдержал нервного напряжения, в котором она провела весь вечер. Хотя она и не помнила того, что произошло, но амнезия отнюдь не является лекарем для нервного стресса. Срочно вызванный Арчибальд подтвердил, что это был обморок, но теперь она спит.
– Обморок перешел в сон? – удивился Ленни.
– Да, так бывает при некоторых видах нервного переутомления. Организму срочно требуется отдых, он отключает сознание на необходимое для восстановления время.
– А чем это могло быть вызвано? – развел руками Ленни.
Арчи потер лоб:
– Видите ли, Леонид. Событий было много, и не все приятные. Взять хотя бы смерть вашей няньки. Возможно, что и вчерашний маскарад дополнил неблагоприятный фон. Вы ведь были на нем? Свет, музыка, пестрота, волнение – все это является нагрузкой на нервную систему. Когда она завтра проснется, я бы хотел с ней поговорить.
– Конечно, – согласился Ленни, – раз это необходимо.
Для себя он решил любыми путями добиться правды. Как бы там ни было, но Алекс отсутствовала больше двух часов. Где-то же она провела все это время. Невозможно гулять по морозу два часа. Хотя от обиды человек может сделать все, что угодно. Ее уход из дома, ее обморок он почему-то связывал с тем, что напился на маскараде и очень ее расстроил. Ленни чувствовал себя виноватым перед ней и поклялся загладить вину, сделав все, что в его силах.
Ночь она проспала спокойно и проснулась только к полудню. Он застал ее, сидящей в постели. На все его вопросы она отвечала только одно – «не помню», глядя на него ясными и честными глазами. Алекс и вправду не помнила ничего из того, что приключилось. Помнила только такси, в котором она ехала, а вот куда или откуда – напрочь отшибло.