Страница 24 из 41
Землетрясение 1668 года ощущалось с интенсивностью: в Тифлисе — 7-8 баллов, в Алаверди — 8-9 баллов, в Аварии (Дагестан) — более или равно 7-8 баллам.
С запада, из осевой части Главного хребта, сведений до сих пор не было. Взгляните сами на карту, думайте, опровергайте. А я пойду дальше. В зону.
Следить за текущей литературой — профессиональная рутина. Просматривая еженедельные выставки, изредка натыкаешься на такие публикации, на которые набрасываешься, что называется, «с ходу». Так было и в этот раз. Но тут опять не обойтись без того, чтобы сделать
Установить факт древнего землетрясения — это полдела. Знание о землетрясении, да еще сильнейшем, полноценно использовать можно лишь в случае, если установить, какая геологическая структура — зона разлома — возьмет на себя ответственность за событие. И зона эта обязана по масштабу быть «под стать» величине события. А вот этого-то как раз в 80-е годы я и не знал. За что и подвергался... ну, скажем, критике. В этом незнании лежала одна из причин общего недоверия ко всей конструкции. Вполне резонная.
Кавказ — молодое складчатое сооружение, так нас учили. С тех пор в Ардоне, Тереке, Арагви и других бесчисленных потоках сколько воды утекло — и представить трудно. И сильным землетрясениям Кавказ подвергался неоднократно. Но еще больше подвергался он... смелым гипотезам и построениям по поводу внутреннего строения. И каждый исследователь опирался так или иначе на факты.
Только факты эти собирались главным образом на склонах, по долинам, одним словом, в местах относительно доступных (да простят меня коллеги за столь легкое определение их невероятных трудов — я сам полжизни проработал в горах, еще более суровых и труднодоступных, какую цену платишь там за факты — знаю). Великое Кавказское землетрясение приходилось связывать уже в 80-е годы с Центральным Кавказом. А там 3- 4 проходимых перевала, остальное — льды, снега, скальные участки, недоступные даже летом. Как составить надежный структурный разрез, кондиционную карту? Вот и довольствовались логическими построениями, правдоподобными гипотетическими представлениями, аналогиями.
Недаром и на моей карте пунктов сейсмических наблюдений осевая зона оказалась незаполненной — некому было оттуда доставить надежные сведения. И я при построении изосейст оконтурил ее лишь примерно. Тогда я мог только предполагать связь этого крупнейшего события с некоей весьма протяженной и мощной Осекавказской зоной. Характер, реальная структура таковой, если она вообще существовала, оставались лишь предметом рассуждений, домыслов и полемики, вовлекаться в которые я не считал для себя возможным. Считая — свое дело здесь сделал. А оно, между прочим, включало два важных положения. Первое — то, что глубина очага землетрясения определялась в 40-60 километров, для Кавказских землетрясений величина совершенно необычная (как, впрочем, и энергия, и охваченная площадь). Второе — по форме изосейст надо было предположить, что само землетрясение явилось горизонтальным срывом крупного блока к северу по восходящей глубинной поверхности смещения, скорее всего резко вздернутой вверх с выходом на свет Божий именно в протяженной Осекавказской зоне. Таким, довольно общего характера представлением я и ограничился 20 лет назад. И отвлекся надолго на другие вопросы и районы, предоставив коллегам оспаривать и забывать написанное (что успешно и происходило в течение десятилетия). И вот...
Сейсмический разрыв от очень сильного землетрясения на Центральном Кавказе.
Недавно при знакомстве с очередной выставкой новой научной литературы в одном изданном в Тбилиси сборнике обратил внимание на статью коллеги, с которым работаем на одном этаже и часто встречаемся. Через день в руках были две его статьи с материалами по Осекавказской зоне. Геолог настоящий, в течение многих лет он изучат Большой Кавказ, поставив задачу понять соотношение древнего ядра (фундамента) Большого Кавказа и складчатого чехла. Для этого района это был подход новый, обещающий. И вот что коллега М.Л. Сомин выяснил.
Вершинная часть Главного Кавказского хребта располагается над одной или несколькими крупными и протяженными зонами вертикальных тектонических нарушений. Нарушения возникли в нынешнем виде на альпийской, то есть поздней стадии геологического развития, проникают в глубину земной коры и ничто не мешает им быть активными и в новейшей геологической истории. Все это должно было возникнуть и развиваться в условиях поперечного к хребту сжатия.
Скорее всего, многие специалисты с выводами коллеги не согласятся. Но уж очень они «подходят» для объяснения крупнейшего Кавказского землетрясения по положению и предполагавшемуся механизму очага (о чем коллега-геолог совсем не знал). Между тем еще ранее в приосевой части Кавказа стали замечать такие разрывы на поверхности, которые напрямую указывали на прошлые очень сильные землетрясения здесь. Изучить их в нужной мере пока нет возможности, но и само наличие говорит о многом.
Но уже сегодня ясно, что Осекавказскую зону следует рассматривать в качестве крупнейшей сейсмогенерирующей на всем Кавказе и — что ныне особенно важно — она тянется вдоль всего Кавказского южного рубежа Европейской России.
Один из поселков после Спитакского землетрясения 1988 г. Фото автора.
Рано или поздно событие, подобное таковым в 1668 году и как будто в 741 году, повторится. И тогда... неспециалистам лучше об этом не знать, специалисты же легко составят себе представление по таким аналогиям, как 1960 год в Чили, 1964 гоп на Аляске и другим. До этого, впрочем, еще очень-очень много чего и где произойдет. И знания наших потомков возрастут неоценимо. Должно возрасти и умение.
В с<Кавказском детективе» 1984 года автор писал: «...Мы не можем складывать руки. Надо искать дополнительные материалы, оттачивать аргументы, находить новые подходы». Эта нацеленность за двадцать лет принесла на Большом Кавказе два новых ростка. Хватит ли следующих 20 лет, чтобы их взлелеять и приблизиться к истине, не знаю. Но ведь написанное адресовано не одному человеку, не одной жизни. И не только по поводу одного землетрясения.
Ну, а если хотите в конце прочесть то, что называется заключением, — извольте.
Знание — побеждает, серьезное исследование — находит дорогу, упорство — вознаграждается, правда — торжествует. Ко всем этим тривиальным сентенциям я бы только прибавил — «если...» А многоточие каждый может расшифровать сам. Одним словом, давно сказано: «В России надо жить долго». Если повезет — выживешь. Если повезет вдвойне — можешь дожить и до включения в общую копилку. Хотя бы одной твоей разработки, одной идеи. Пусть даже анонимно.
P.S. Этот очерк уже две недели лежал в столе распечатанным в ожидании оказии в Редакцию, когда я получил очередной, апрельский номер журнала «Знание — сила» и наткнулся в нем на заключение известного биолога: «Я пришел к выводу, что период неприятия длительностью в 25 лет — или лаг-период — в судьбе многих открытий есть некоторая инварианта. Этот феномен связан с психологией научного творчества. Знание эксперта всегда личностное — скрытое, интуитивное, до поры до времени трудно верифицируемое».
А днем раньше прочел в пятилетием отчете родного института такой приговор: «Предположение о возможности возникновения в структурах Большого Кавказа землетрясений с М — 8 представляется ошибочным».
Может быть, еще пять лет у меня в запасе есть?