Страница 20 из 41
Впрочем, у космологов есть утешение. Как видно из сказанного, науке космологии, вопреки утверждениям пессимистов, явно не грозит преждевременный конец из-за недостатка новых вопросов, проблем и загадок. И, соответственно, нам с вами тоже еще будет чему удивляться.
Книжный магазин
Эдуард Вирапян
Разорванный маршрут
Сесиль Морисон. Крестоносцы /Пер. с французского Е.В. Морозовой/ М.: Весь мир, 2003
Идея Крестовых походов возникла в западном христианстве, хотя прямых подтверждений этому нет. Однако восточные христиане ее поддер жали.
Пока походы для них не представляли опасности, они кормили крестоносцев, оказывали им всякое содействие. Когда те, встретив на пути огромные трудности и нехватку продовольствия, забыв о целях пути, стали захватывать и грабить их земли, восточные христиане изменили свою политику. Правильно ли это было или нет, сказать трудно. Ведь до сих пор нет ясности, чьи финансовые интересы походы представляли? Кто был их истинным инициатором? И если бы они увенчались успехом, что могло произойти потом? Книга Морисон на эти вопросы не дает ответа. Конечно, это не спасает ее от вымысла, и все же автор старался максимально точно приблизиться к событиям: «Сначала крестоносцы сами финансировали свое предприятие... Во время Первого крестового похода желание ехать было столь велико, что крестоносцы продавали все свое имущество, чем вызвали катастрофическое падение цен».
Будучи не только известным французским историком-медиевистом, но и специалистом по финансовым вопросам прошлого, Морисон обращает внимание на финансы и в данной книге. И предлагает разные решения и в связи с финансовыми проблемами, и с Крестовыми походами в целом.
Михаил Вартбург
Кто бы мог подумать?
В современной физике существует ряд проблем, связанных с бесконечностью и, в частности, с возможностью — или невозможностью — бесконечного уменьшения размеров. Если вещество может быть стиснуто до бесконечно малых размеров, то оно окажется способным достигать бесконечных плотностей и температур, что не наблюдается нигде в природе. Это может, например, произойти при образовании «черной дыры», когда вещество звезды, по достижении ею определенных условий, «коллапсирует», то есть проваливается под влиянием собственного веса внутрь самого себя. Чем больше уплотняется такое «провалившееся в себя» вещество, тем больше притяжение его частей друг к другу и тем энергичнее оно продолжает сжиматься, пока не сожмется в бесконечно малую точку с бесконечно большими физическими параметрами, что не представимо даже теоретически.
Один из путей устранения такой теоретической трудности состоит в предположении, опять же теоретическом, что сжать что-нибудь до бесконечно малых размеров невозможно, так как этому препятствует сама структура пространства. Если, например, природа устроила так, что пространство (а также, разумеется, время, ибо оно неразрывно связано с пространством, как это показал Эйнштейн) является «квантованным», то описанная выше трудность с бесконечностью автоматически исчезнет. Ведь «квантованность» чего-то, по самому смыслу этого слова, означает, что это что-то состоит из конечных и далее неделимых порций-квантов, меньше которых ничего существовать не может. В случае пространства это означало бы, что оно представляет собой не гладкую непрерывность, а своего рода решетку из мельчайших, более неделимых клеток. Спрашивать, что происходит «внутри» такой клетки, так же бессмысленно, как спрашивать, что происходит «внутри» любого другого, по определению неделимого объекта.
Гипотеза о квантованности пространства-времени была выдвинута давно, и уже тогда были теоретически рассчитаны вероятные размеры длины, меньше которых в природе не бывает. Эта длина — она получила, естественно, название «планковской» — составляет, согласно таким расчетам, 10~35 сантиметров. Зная скорость света, можно рассчитать отсюда также минимальную протяженность промежутка времени. Но можно ли практически, на опыте проверить, существует или не существует такая квантованность? Ведь эти величины так малы, что подобраться к таким минимальным длинам и промежуткам времени представляется невозможным.
Тем не менее два американских астронома, Ричард Льё и Ллойд Хиллман, подсчитали, что достаточно далекая галактика может служить вполне надежным орудием проверки их теоретических рассуждений, и выбрали галактику находящуюся на расстоянии четырех миллиардов световых лет от Земли. Наблюдения показали, что пространство оказалось гладким.
Означает ли это, что вопрос решен и гипотеза о квантованности пространства-времени должна отныне считаться несостоятельной? Как бы не так! Коллеги-теоретики немедленно заявили, что результат не убедителен.
И вопрос остался открытым.
На сайте Хаббловского космического телескопа есть замечательная коллекция фотоснимков, фиксирующих галактики в процессе поедания своих ближних. Оказывается, не только люди едят себе подобных—в космосе каннибализм тоже не в диковинку.
Казалось бы, уж где-где, а в космическом пространстве пустого места сколько угодно. Лети себе куда хочешь, никто тебе не мешает. Верно, одиночные галактики редко встречают себе подобных. Но почти 10 процентов всех галактик в видимом космосе объединены в скопления, включающие сотни, а то и тысячи галактик, совершающих сложный гравитационный танец друг относительно друга. Представить себе вид неба с планеты одной из звезд одной из галактик такого скопления — никакого воображения не хватит. Ведь даже одна простая средняя галактика насчитывает от миллиона до миллиарда звезд. Наш Млечный Путь — галактика из больших — содержит около ста миллиардов звезд в спиральном диске диаметром в 50 тысяч световых лет.
Самым распространенным объединением галактик в космосе являются, однако, не скопления и не одиночные галактики, а группы по четыре- пять галактик на близком расстоянии. Наш Млечный Путь, например, входит в такую группу, именуемую Местной. Она содержит пять галактик, а доминируют в ней два гиганта — мы и туманность Андромеды. Но хотя галактики-соседи должны вроде бы и относиться друг к другу по-соседски, а не получается. Стоит малой галактике подойти слишком близко к большой, и она становится ее жертвой. Большая ее пожирает.
Как это происходит? Главную роль в космическом каннибализме играет гравитационное притяжение. Большая галактика своим притяжением попросту разрывает малую на куски, а потом куски — на отдельные звезды. Эти звезды меняют свои орбиты и зачастую образуют протяженный размытый диск вокруг галактики-победительницы. Проходят миллионы лет, и они окончательно становятся ее послушными членами.
Может показаться, что процесс, растянутый на миллионы лет, происходит без всяких драматических эффектов. Это, однако, не так. При сближении двух галактик первыми соприкасаются облака межзвездного газа. За счет быстрого взаимного проникновения их плотность резко возрастает, они разогреваются, и растущее давление превращает эти газопылевые облака в центры формирования новых звезд. В галакгике-каннибале начинается бурный, взрывоподобный процесс звездообразования, сопровождающийся вспышками, взрывами и выбрасыванием наружу чудовищно протяженных струй пыли и газа. Молодые новые звезды высоко энергетичны и потому их изучают в коротковолновом диапазоне. Они кажутся синими, и по этой примете их легко распознать. Один из недавно выявленных случаев галактического каннибализма был обнаружен благодаря наличию на периферии каннибала ореола новых синих звезд. Трагедия эта произошла пару миллионов лет назад в созвездии Центавра, неподалеку от нас.