Страница 69 из 98
И вот прошло уже несколько дней, миновал День Богатого Года, а воин все так же лежал в своей келье. О колдуне было известно лишь узкому кругу лиц, и старший мандарин не собирался уведомлять Канцелярию Повелителя Драконов о его появлении. Сделать это — все равно, что расписаться в собственной беспомощности, что также вело к снятию с должности. Поэтому Танг решил тянуть до последнего, целиком положившись на волю Красной Смерти, так как никому другому справиться с заданием уж точно было не по силам. Все, что ему оставалось, это пытаться отследить перемещения колдуна и надеяться на скорейшее возвращение Красной Смерти в строй, хотя надежда эта угасала с каждым днем.
Уже к полудню я жалел, что принял в нашу дружную мужскую компанию эту шумную девчонку. Единственная подходящая ей компания — это сборище точно таких же шумных девчонок. А такие старые суровые колдуны как я, или молодые озабоченные монахи, как Есай, рядом с ними вообще никаким боком не стояли.
Определенно, не следует принимать важные решения с утра. Чем же таким она меня зацепила? Своей историей, в общих чертах похожей на мою собственную? Чушь! Эта история из серии 'дерьмо случается' — множество человек по всему миру и во все времена переживали нечто подобное. Тогда, может, дело в артефакте? Тоже не слишком убедительная версия, я ведь никогда не гонялся за волшебными безделушками. Что еще может быть? Неожиданно проснулась тяга к наставничеству? Ну… это уже ближе. В мои-то годы, а до сих пор не при ученике! Хотя девчонка для этой роли малопригодна. Скорее всего, я взял ее для того, чтобы узнать: каково это, быть наставником и передавать свои умения новому поколению. Вот узнаю — и сбагрю эту девку при первой же возможности!
Монашек, кстати, тоже был не в восторге от новой попутчицы. У него сразу с ней не заладилось — попытался подкатить в своей излюбленной обходительной манере и без предупреждения получил в глаз. Наверное, никогда не настанет тот день, когда я увижу его лицо без синяков, ссадин и прочих следов бурной монашеской жизни. Теперь вот сидит рядом и бубнит что-то непонятное — не иначе молитву для изгнания злых духов.
А Пэй устроилась сзади. Утром я дал ей простенькое задание — попробовать сконцентрировать силу меж ладоней. Начальное упражнение для любого обладателя Дара. Уверен, девчонка уже давно бы справилась, если бы сосредоточилась и перестала донимать меня дурацкими вопросами, которые я все равно игнорировал. Интересно, все наставники проходят через подобное? Может, стоит как-нибудь ее наказать?
— Сосредоточься на деле. Пока я не увижу хоть какой-нибудь результат, уход за мулами на тебе.
— Эй, так нечестно!
— Не нравится — можешь спрыгивать. Не забывай, что сама к нам напросилась.
Пэй наконец замолкла, но даже сидя к ней спиной, я ощутил на себе ее сердитый взгляд. Приподняв шляпу, я развернулся и одарил ее своим самым лютым прищуром, на который только был способен. Пусть знает, с кем связалась!
— Не капризничай, не принцесса, — буркнул я оцепеневшей девчонке.
Монах удивленно посмотрел на притихшую попутчицу, потом на меня, пожал плечами и уставился на дорогу.
Спокойствие длилось недолго — уже через двадцать минут далеко впереди я разглядел поваленное дерево, преграждающее дорогу. Разбойничья засада. Забавно. Разные страны, разные времена, а техника разбойничьих засад одна на всех: дерево поперек дороги, лучники на деревьях да головорезы в кустах. Хотя… зачем заново изобретать колесо? Во избежание подобных неприятностей в прогрессивных странах (например, в Хилзготе) вырубали лес вдоль главных дорог. Здесь, видимо, до этого еще не дошли.
— Впереди враг. — Скучающим голосом предупредил я. — Готовьтесь к бою, мы либо прорвемся, либо сгинем.
— Ты о чем? — Вмиг сбросив с себя сонливость, спросил монах.
— Засада, — просто ответил я.
— Наверняка это люди Гао! — вырвалось у Пэй. — Это они обычно потрошат торгашей у самого въезда на тракт!
— Что будем делать? — Нервно спросил Есай, крепко сжав посох.
— Сойдемся с ними в рукопашной. Поздравляю, у тебя, наконец, появилась возможность продемонстрировать свое умение обращаться с этой твоей палкой.
— Это посох! И я никогда не утверждал, что у меня есть какое-то там умение!
— Да брось, ты же странствующий монах! Вы должны уметь постоять за себя, ведь не просто так вам эти посохи дадены!
— Ты что, серьезно?!
— Почему бы и нет?
— А сам ты с ними не справишься?
— Справлюсь, конечно. Но я только магией могу, так что давай теперь ты, по старинке, без колдовства.
— Ну Зен! — Заканючил монах.
— Что 'Зен'? — Рявкнул я. — Опять вся грязная работа достанется мне, а ты потом будешь нос воротить и проклинать мой Дар. Дескать, наколдовал тут всякого!
Есай хотел еще что-то промямлить, но почему-то не стал. Просто задумчиво посмотрел на приближающееся место засады. Он что, всерьез прикидывает, как бы разобраться с бандитами?
— Извини меня, Зен. — Неожиданно серьезно сказал он.
— За что именно ты извиняешься?
— За то, что сразу не понял кто ты такой. — Ответил он и вновь замолчал.
Интересное умозаключение, понять бы еще к чему оно.
— Ведь ты и твоя магия едины, а я постоянно настаивал на том, чтобы ты отказался от этой своей части. Знаешь, я, как и многие другие жители Края Драконов, просто боюсь колдовства. С детства нам говорят, что ничего хорошего от него не жди. Путешествуя рядом с тобой, я отчасти убедился в правдивости этого утверждения. Ты жег дома, создавал чудищ, убивал людей, но все это ты делал по собственной воле, а твой Дар был лишь инструментом. Тем не менее, с его помощью ты вытащил меня из клетки и защищал в дальнейшем. Я понимаю твой Дар и принимаю тебя вместе с ним.
— Эк ты загнул, — пробормотал я, малость огорошенный таким неожиданным признанием,.
— Только не подумай, что я говорю это тебе только потому, что перед нами очередная опасность. Всерьез я задумался над этим после того, как понял, что тебя нельзя мерить нашими мерками. Это ведь относится не только к вере, но и ко всему остальному. Именно поэтому я извиняюсь за то, что воспринимал тебя отдельно от твоего Дара.
И что я мог на это ответить? Монах на удивление быстро сообразил то, что иногда не доходит и до самих обладателей Дара (особенно тех, что белой масти): дело не в Даре, а в человеке, который им пользуется.
— Спасибо. — Сказал, наконец, я. — А теперь забирайся к Пэй, и не высовывайтесь из повозки.
— Что ты собираешься делать? — Поинтересовалась Пэй. — Если это и правда одна из бригад Гао, то они очень серьезные ребята.
— И не таких обламывали, прорвемся. — Заверил я, уже начав создавать над повозкой защитные чары.
'Не побежден, еще не побежден!' — Эта мысль возвращалась к нему снова и снова, яростно наматывая круги в черепной коробке. Он видел его лицо, видел его глаза. Он боялся его, боялся его взгляда. И он был счастлив.
До сих пор он боялся только своего собственного взгляда. Он не держал в своих покоях зеркал. Ему не хотелось смотреть на чудовище, которое в них обитает. Однако каждый раз после поединка, он заглядывал в блестящую поверхность клинка, заглядывал в свою Бездну, и только потом убирал меч в ножны. Да до сих пор он не встречал чудовища, страшнее его самого, и вот эта встреча, наконец, состоялась. Страх перед новым чудовищем был сильнее страха перед собой. Поэтому он и был счастлив.
Красная смерть открыл глаза. Через узкое окошко под потолком просачивался лунный свет. Воин попробовал встать. Тело совершенно не болело, но чувствовалась слабость. Ничего, она скоро пройдет. Бинты, покрывающие руки, ноги и грудь немного стесняли движения, но воин понимал, что избавляться от них пока рано. Он огляделся. Вещи обнаружились рядом. Красная Смерть неторопливо облачился в пожалованный когда-то самим Повелителем Драконов наряд. Теперь на улицу, на свежий воздух. Находиться в келье, провонявшей лекарствами и тем, что некоторые деликатно называют «запахом болезни», он уже не мог. Ночью коридоры Горной Обители пусты и темны, но Красная Смерть без труда нашел дорогу к средней площадке. Выйдя на нее, воин первым делом взглянул на небо.