Страница 118 из 150
— Я не знаю, — Охэйо пожал плечами. — Ну, можно сказать, что и гипер… Тем более, что быстрее света в нем путешествовать вполне возможно, и энергию извлечь, — путем поимки флуктуаций, хотя это и рискованно. Кстати, что интересно, в вашей вселенной явно была магия, — только названная «взаимодействием квантовых функций». По крайней мере, у людей, совершенно определенно, есть души, и притом, бессмертные, которые несут информацию, — но НЕ несут материи или энергии, и потому не могут быть наблюдаемы иначе, как с помощью других душ. Некоторые из них развились до того, что научились менять физический носитель, — это мы, сарьют, естественно, — и считывать напрямую информацию, которая явно существует отдельно. По крайней мере, образы многих далеких миров могут быть уловлены и усмотрены, хотя бы во сне. О прямом и непосредственном влиянии душ на материальный мир мне ничего не известно, однако, некоторые… личности, — он покосился на Вайми, — считают, что души есть ни что иное, как те же колебания координатных осей метрики, только не совпадающих с материей, а значит, при надлежащем развитии, могут влиять на реальность, вплоть до прямого синтеза и уничтожения материи…
— Что же ты намерен делать? — спросил Анмай, опомнившись. Голова у него пошла кругом: он изо всех сил старался совместить это откровение с уже известным ему.
Охэйо искоса посмотрел на него.
— Знаешь, сколько я себя помню, я старался понять окружающий мир до самых крайних его пределов. Это было бесполезное занятие, Вэру, и глупое, — но теперь, как ни странно, оно обрело жизненно важное значение. Вообще, что такое Вселенная? Весь мир, который мы можем увидеть. Но ведь там, за горизонтом видимости, она не кончается. Размер одной Вселенной, — одного пространства, — почти бесконечен, а вот его многообразие — нет. Из чистой статистики следует, что миллиардов за сто световых лет у каждого из нас есть двойник, не просто похожий, а в точности такой же, и живущий в неотличимом от нашего мире. Это — Сверх-Вселенная первого уровня, мы в одной из них. Их вовсе не бесконечно много: число возможных вариантов с разной физикой, числом измерений, — в том числе и времени, — составляет 10^118. Они соприкасаются, как клетки на шахматной доске, и разделены Листами. Это как раз то, в чем вы путешествуете, — Сверх-Вселенная второго уровня. Существуют ещё браны, на которых размещаются пространства. Каждую создает свой Творящий Взрыв, и все они плавают в объемлющем пространстве. Это, — Сверх-Вселенная третьего уровня, в которую вы хотите попасть. Но, знаешь, есть ещё основной принцип квантовой механики, — принцип неопределенности. Исход любого события не может быть решен, пока его не увидит наблюдатель, — а с физической точки зрения это ересь. Единственная альтернатива, — никаких событий не происходит, квантовые функции образуют невообразимо сложную, но неподвижную сеть, и единственное, что движется, — сознание наблюдателя. Когда он выбирает что-то, то просто переносится в другую, параллельную Вселенную, соответствующую его выбору. Их также должно быть 10^118.
— И что всё это значит?
— Это значит, Вэру, что времени не существует. Есть лишь одна вечная Реальность, населенная нематериальными сознаниями. Собственно, как ещё объяснить феномены Хары и сарьют? Эта Реальность неизменна, меняется лишь её восприятие, и мы, — наши сознания, — скользим по ней, — снова и снова, без конца. Ничто не в силах разорвать этого круга. Даже если выйти в объемлющее пространство, и достичь другой Сверх-Вселенной, ты окажешься всего лишь в другом домене этой Реальности, или даже в другой части своего пространства, — сколько бы их ни было, математически они все идентичны.
— Значит, нет никакого выхода?
— Разнообразие Сверх-Вселенных огромно, — но оно не бесконечно, Вэру. Всё оно может быть описано с помощью замкнутых математических выражений, — и я, наконец, это сделал. Они занимают не более одного гигабайта, — один гигабайт уравнений вмещает ВСЁ. А ведь они могут быть и другими. Понимаешь? Математика первична. Реальность, — лишь её производная. А, раз так, единственные вещи, которых действительно бесконечно много, — это математики. Они существуют там, — в бесконечномерном объемлющем пространстве, за метасингулярностью. Что оно такое, мы не в силах представить. К тому же, это отрицательная бесконечность измерений.
— Как это? Как может быть измерений меньше одного?
— А как возможны отрицательные числа? Антипространство отличается от обычного только одним: в обычном пространстве с ростом числа измерений радиус действия сил экспоненциально падает. В отрицательном он экспоненциально возрастает. Это значит, что там всё взаимодействует со всем, — в бесчисленных возможностях.
Существует Сверх-Вселенная математик, — и вот она поистине безмерна. Здесь скрыт секрет Бесконечности: Бесконечностей бесконечно много. Последнего числа не существует. Мы в силах создать математику, иную, чем наша. Здесь — выход.
— Но разве мы сможем достичь его?
— Да или нет… но у нас просто нет выбора.
Какое-то время Анмай сидел неподвижно. Он узнал слишком много и слишком быстро. В голове у него царил хаос, и он воспринимал реальность лишь отчасти. Опомнившись, он встряхнул волосами и осмотрелся. Хьютай, казалось, дремала с закрытыми глазами. Её лицо было хмурым. Глаза Айэта растерянно блуждали: он явно не вполне понимал, что это с ним. Охэйо зевал. Только Вайми сидел прямо и спокойно: усталости симайа не знали.
— Это лишь малая часть того, что я могу передать, — сказал он. — Но больше ты уже не воспримешь, пока не выспишься.
Анмай помотал головой. Спать ему совершенно не хотелось. Ему хотелось знать, — как можно больше.
— У вас есть хоть какие-то сведения о том, что стало с Йэннимуром потом, — после Ухода? — спросил он.
Охэйо скосил на него свои странные зеленые глаза.
— О Втором Йэннимуре? Есть, хотя это немногим больше, чем сны, — из тех, что снятся самой Реальности. Мы знаем лишь, что Второй Йэннимур был построен. Ничего о том, каким он стал, только конец его истории: возможно, это были происки Мроо, возможно, сами симайа что-то напутали, возможно, само будущее стало слишком странным, но равновесие между гиперповерхностями три-браны там нарушилось, и колебания потенциалов начали катастрофически нарастать. Тогда тысячи тысяч Нэйрист, вместивших всех, кто ещё не разучился хотеть, покинули родное мироздание, миновали все остальные, измененные разумом, и углубились в Эккайа — Внешние Пределы. Это произошло в 470 386 135 году Йэннимура.
Никто не узнал, что сталось с Ушедшими: никто из них не вернулся назад. Хотели ли они построить, наконец, свой собственный мир? Или, быть может, последовав за многими из Древних к Бесконечности, «сорвались» с браны и ушли в объемлющее пространство? Возможно, это была попытка достичь трехмерного многообразия другой три-браны, возможно — попытка выйти за пределы бытия, однако конечная цель этого исхода осталась неизвестной. Безусловно одно: Йэннимур не мог исчезнуть просто так. Возможно, Золотой Народ превзошел все иные сверхрасы, но их новая культура расцвела в такой бездне пространства, что никто из оставшихся просто не мог узнать об этом. Может быть, золотые айа знали, кого найдут там, за краем Бесконечности.
— Так значит, вы знаете, куда они ушли? — спросил Анмай. Его сердце бешено колотилось, щеки горели от стыда: он отстал, непоправимо отстал от своей расы…
— После Йалис-Йэ были ещё катастрофы, иногда худшие, — сказал Охэйо. — Эти сведения мы получили из вторых рук. Неизвестно, насколько им можно доверять…
— А я? — спросил Анмай. — Что ты там говорил о части Создателя?
Охэйо вздохнул.
— Ты, — это не только то, что можно записать на матрицу, но ещё, в какой-то мере, и сарьют. Правда, твоя Неделимая Сущность довольно своеобразная, — не сознание, а «наследственная память», скорее. Все твои видения — оттуда. Сама эта штука, — ОЧЕНЬ древняя, она сбежала ещё от меня. А ко мне она сбежала от кого-то ещё. Хотя вопрос наличия у файа Неделимой Сущности, пусть и с очень ограниченным доступом к ней, я думаю, сам по себе крайне интересен. Души у вас же нет. А Неделимая Сущность — и есть душа, причем, активная.