Страница 52 из 102
-- Леон, на коврик. Место! Выхожу один я на дорогу. Работаем.
Не доезжая десяти метров до места происшествия, Кирилл спокойно тормознул и вышел из машины, не забыв приоткрыть правую дверцу.
Команда в сборе. Оценим обстановочку. У самого пересечения двух лесных дорожек почти под прямым углом к обочине замызганная темно-красная "нива". За ней впритык жемчужный "порш" и Вирта, в испуге съежившаяся у левого переднего колеса, спрятав обе руки под длинным свободным свитером.
Диспозиция ясна. Косим под фраеров.
-- Вы чего, мужики?
Из распахнутой левой дверцы "нивы" на такого тупого проезжающего издевательски смотрели ствол десантного АКМС и бритый качок за рулем в камуфляже мышиной расцветки. Второй камуфляжник с боксерским ежиком излишне картинно расставил ноги на правой обочине и презрительно держал под прицелом помпового ружья Вирту. Еще парочка камуфляжных быков с сигаретами в зубах, ухмыляясь, перегородила Кириллу дорогу. У одного бритого за поясом ТТ, а усатый в камуфляжных штанах и телогрейке на жирном голом торсе ухарски поигрывает резиновой ментовской дубинкой.
Жирный в телогрейке исчерпывающе удовлетворил любопытство подъехавшего:
-- Дорожный налог собираем, дядя. С тебя тоже полагается...
-- У меня есть, что вам надо, дяденьки, -- вмешалась в мужской разговор маленькая испуганная девочка Вирта.
Она изящно распрямилась, левой рукой задрала до подбородка свитер. Всем видно? Залихватски свистнув, она по-цыгански передернула обоими плечами, лихо тряхнув круглыми сиськами и с правой вогнала из Стечкина две пули в раскоряченную промежность идиота с помповым ружьем, а через микросекунду еще одну в лоб бандита, уже начавшегося гнуться в мгновенном болевом шоке. Леон, раньше свистка метнувшийся из правой дверцы "фольксвагена", в беззвучном и неуловимом броске перекрыл сектор обстрела камуфляжнику с автоматом. Кирилл из Стечкина и его двойник с АКСУ, взвившийся над багажником "порше", срезали двоих на дороге. А того, что за рулем уже без автомата, отнятого без единого выстрела Леоном, дружно взялись добивать из трех стволов, не сразу отметив, что понапрасну расходуют боекомплект.
-- Отставить стрельбу. Леон, вырубай свой резонатор, нечего нас инфразвуком стращать, -- распорядился Кирилл. -- Окончен бал, погасли свечи. Всем перекур.
Вирта блаженно облокотилась о багажник трофейной "нивы", как в свисток дунула в ствол пистолета и мечтательно произнесла:
-- Как хорошо человек с ружьем стоял. Классическая поза для стрельбы в стоячем положении. "Отстрели мне яйца", называется. Мне бы еще одного такого...
-- Потренируйся на том усатом, -- ехидно предложил ей двойник Кирилла, стволом автомата указав на недобитого дорожного налоговика, корчившегося в двух метрах от них.
-- Нечего мне тут боеприпас изводить, -- оборвал подчиненных старший команды Кирилл, и сержантским голосом распорядился: -- Кончай пикник на обочине! Трофейное оружие и боекомплект собрать, трофеи, эффектора в багажник и вперед, я замыкающим. А ты, Леон, займись безрогими тушами, наведешь ужас на всю окрестную скотину круче, чем на мясокомбинате. До шоссе догонишь.
Подождав пока машины отъедут, пес неспешно приблизился к телу тяжелораненого бандита, поводил из стороны в сторону черным носом и в два приема резко отделил от туловища голову. Через пять минут он разделался с остальными тушами в камуфляже, превратив перекресток лесных дорог в анатомический театр. Энергии хватало, и он прожег скорчером дыру в бензобаке, а затем длиннейшими стелющимися прыжками бросился догонять колонну. Прежде чем присоединиться к команде, боевой пес Леон успел смыть с себя чужую кровь, с наслаждением побарахтавшись в чистом лесном ручейке, протекавшем под бревенчатым мостком на тихой лесной дорожке, усыпанной сосновыми иголками. Сразу за мостиком его ждали товарищи по оружию.
Первой кровью, пролитой его подопечными во всех смыслах, Кирилл Дербанов остался доволен. Чужакам не удалось сделать ни единого выстрела. Пикник на обочине удался на славу. С такой командой, чувствующей и понимающей друг друга, никаких операций разрабатывать не надо, все само собой получается, спонтанным боевым порядком.
Интересно, а сможет ли он сам когда-нибудь распоряжаться двойником-эффектором без помощи Вирты? Или это та команда, без и вне которой им не жить?
До своих царскосельских хором, больше напоминавших блокгауз бревенчатыми стенами и узкими окнами-бойницами в одну створку на первом этаже, команда добралась без происшествий. После лесного приключения трехэтажный особняк в Царском Селе, куда Кирилл отныне перебрался на постоянное место жительства, стал для него еще больше походить на оборонительное сооружение прошлого века, предназначенное для ведения пулеметно-артиллерийского кругового огня. Не беда, что он пока только разжился двумя трофейными Калашниковыми. Надо полагать, что если все так и дальше пойдет, то пулеметы и артиллерийские орудия -- дело наживное. По крайней мере, одних пистолетов у них уже шесть штук. Надо бы еще в Хатежине пару цинков патронов раздобыть. Не помешал бы сейчас и "лендровер" для разъездов по сельской местности к ближайшему орешнику за новою метлой. Хозяйство, будь оно неладно! Надо еще сестру-хозяйку Вирту представить жопастой Катьке и сисястой Инке. Хотя пусть она для них будет матерью-настоятельницей, главной келейницей и любовницей хозяина. Быть по сему. А теперь во благовремении и необходимой пропорции пора выпить и закусить.
За завтраком Кирилл попросил кухарку Катерину и горничную Ингу любить Вирту не меньше хозяина, поскольку жаловать их новая хозяйка большого дома намеревается в дальнейшем сама. Так же как самодержавно казнить и миловать весь обслуживающий персонал. Обслугу Вирта немедленно взяла в суровый оборот несколькими снисходительными пожеланиями и парой змеино-ласковых взглядов не хуже Дашки-покойницы. Большого труда это ей не составило, тем более кухарка с горничной были с ней заочно знакомы в образе бизнес-стервы, по сей час виртуально распоряжающейся столичными людьми, снующими по полуподвалу, первому этажу, чердаку и всему дому. Оригинал оказался еще круче, что повергло прислугу, имевшую свои виды на красивого и богатого хозяина, в зимнее уныние и в осеннюю тоску. Ан нет, свято место домоправительницы оказалось вовсе не вакантным, потому как было уже занято самоуверенной и наглой особой по имени Дарья, по фамилии Незванцева и (только для хозяина) по прозвищу Вирта.
Вирта светилась от счастья, но совсем не из-за нового назначения на должность экономки в загородном особняке, некогда приобретенного ею в подарок Кириллу. Она действительно наслаждалась быстродействующей локальной сетью, воссоединением со своей царскосельской волновой составляющей, а также непосредственным контактом с базами данных и массивами жестких дисков суперкомпьютерного кластера.
-- Представь, Кирилл, ты сидел в темной тесной комнате со многими прочно запертыми дверьми, вдруг все двери сразу оказались открыты, а за ними анфилады прекрасно освещенных и просторных комнат. Куда хочешь входи, что хочешь делай. Ты входишь в ближайшую дверь, идешь и видишь, что богатый дом со множеством комнат постепенно превращается в огромный дворец с бесчисленными обширными залами. По ним ты можешь путешествовать годами, каждый день открывая для себя что-то новое, интересное и до ужаса любопытное...
-- И что же ты обнаружила в ближайших комнатах?
-- Вообще-то ничего хорошего. Помнишь взрывы, когда мы выезжали из Дебиловки? Так вот слушай. В городе взорваны два коммуникационных центра интернет-провайдеров, а также физически уничтожен узел оптоволоконной магистрали интернет-трафика. Там везде у меня были информационные массивы. Третий взрыв, что мы слышали еще в городе, произошел на узле связи, где на серверах у меня тоже была куча файлов. Вот тогда-то мне показалось, будто меня кто-то шарахнул чем-то тяжелым.