Страница 12 из 15
— Попал ты. Я надеюсь, ты с ней хотя бы не спал?
— Нет. Мы с ней и успели то только несколько раз над городом полетать, да пикник на крыше Академии устроить. И если честно, утомила она меня уже, трещит постоянно о полётах, о тряпках и ещё ерунде всякой. Я от неё к Гелии сбегал. Она немногословна, всегда по делу, а если и расщедрится 'на поговорить', так настолько интересно и захватывающе преподнесёт, что я от неё ухожу, как будто в 3-D кинотеатр сходил.
За разговором я открыла переход в его комнату и провела его в спальню.
— Я уже думал заканчивать наши встречи с этой 'принцессой', а мне сегодня непрозрачно намекнули, что как потенциальный зять я более чем устраиваю Императора.
— Миш, я тебе в этом деле не помощник, сам понимаешь. Но если капец как прижмут, помогу найти политическое убежище у эльфов.
— Спасибо, маленькая, — он уже завалился на кровать, стряхнув сапоги и жилетку, оставшись в брюках.
— Спокойной ночи.
Мишка мне не ответил, моментально отрубившись, а я открыла переход к себе.
Как только я переступила порог нашей квартирки, так тут же оказалась в крепких объятьях любимого мужа. Но как бы мне не хотелось продолжить, реферат ещё не дописан, вопросы, требующие внимания не решены, от Ари ещё не пришел ответ. В общем, хорошенького понемножку. Я с сожалением выпуталась из рук обиженного мужа, но чтобы подсластить пилюлю и облегчить общение, сняла с сознания щит. Иск тут же отвлекся и развалился в кресле, а я тем временем устроилась за рабочим столом, который мы уместили в небольшой нише у окна за книжными полками. За час, в который меня не отвлекали, я переписала свою работу.
После чего, довольная собой, выползла обратно в гостиную, где Чешуйка уже закончил свои записи и подготовил их для меня, положив на стол.
Там же стояли чашка с подогретым вином с травами и тарелочка с аппетитно пахнущим мясным рагу.
— Ты меня балуешь, — через некоторое время сыто потянулась я, допивая пряный напиток.
— Ещё не начинал, — он встал за креслом, и его руки опустились мне на плечи, распрямляя и разминая их. — Закончим с делами и начну, — его вкрадчивый голос всколыхнул волну предвкушения в низу живота, где уже сейчас разливалось тепло, грозящее превратиться в пожар, если он немедленно не прекратит.
— Заманчиво, — он наклонился и прикусил кончик моего уха, смещая одну из рук к груди. А я с ленивым негодованием вспомнила, что так и не поставила щит на место. — Ладно, моя вредная, сначала дела, а десерт потом, — кажется, кто-то сильно соскучился. — Не дразни меня, сладкая, — он отошел и сел в кресло. — Пока ты была занята, я поговорил с сиренидом. Будет семеро юношей и от трёх до пяти девушек, не все родители готовы отпустить их, но скорее всего, подчинятся совету. Комнаты я уже распечатал, покои для Урмута подготовит ректор, он же проведёт временную привязку к Академии. Форма адептов уже висит в шкафу, путевые карты в комнатах на столах. Тесты я напишу завтра днём, так что утром можешь спокойно отчитаться перед ректором и сиренидом, что мы можем принимать новых адептов.
— Как у тебя всё легко получается, — меня просто отпустило. Я даже не понимала, насколько напряженной чувствовала себя весь этот день.
— Всё для тебя. На всякий случай, я открыл по семь комнат на каждом этаже. Твои подруги все-таки прибудут. Нам пришел официальный запрос из Великого Леса.
Со счастливым визгом я подскочила и запрыгнула мужу на колени.
— Надо тебя почаще радовать, любимая. Ты не представляешь, какое удовольствие купаться в твоей неприкрытой и ни чем не сдерживаемой радости. Я надеюсь, теперь у тебя не осталось поводов отказываться от посещения супружеской спальни? — и уже не дожидаясь устного согласия, поднялся со мной на руках и понес, куда обещал.
В нашей спальне произошли изменения. На полу, наконец-то, занял своё место ковер, кажется синий, хотя в неверном свете свечей, что горели по всей спальне, в том числе и просто зависнув в воздухе, я могла и обмануться. Над кроватью на потолке разместилось огромное зеркало, правда его я заметила далеко не сразу, а скажем так… в процессе раскрепощения одним хитрым змеем своей жены.
Ещё не донеся меня до кровати, Иск стал медленно, смакуя вкус моих губ, целовать меня. Мои пальцы зарылись в его волосы и перебирали светлые мягкие пряди. Осторожно, не размыкая объятий, он опустился со мной на кровать и откинулся на спину, расположив меня сверху. Своим хитрым заклинанием, которым он отказался со мной делиться, испарил мою одежду, оставив только белье. Его руки скользили по моей спине и бедрам, постепенно пробуждая желание.
— Мне кажется, на тебе слишком много одежды.
Я оперлась на локти и начала расстегивать пуговички на его рубашке, не забывая целовать каждый новый участок открывающейся кожи. Когда я опустилась к кубикам на животе, для чего мне пришлось немного опуститься к его ногам, Иск уже тяжело дышал и не сводил с меня напряженного взгляда потемневших глаз. А я продолжала целовать кубики его пресса и мягко очерчивать ногтями дорожку из светлых волосков, что уходила за линию брюк. Когда же я взялась за пуговицы на штанах, он протянул свои руки, и мне пришлось с шипением шлёпнуть по ним. В первый раз я пытаюсь проявить инициативу, а он мешает. Иск демонстративно убрал их за голову. Справившись со штанами, я обнаружила, что белья под ними у мужа нет, а вот доказательство желания, вполне активно, демонстрирует себя во всей красе.
В теории я знала, что и как нужно делать, на практике же…
Я аккуратно покусывала и тут же целовала низ его живота и внутреннюю поверхность бёдер, а сверху раздавалось тихое рычание.
И вот настал момент, когда мой язык и губы стали трепетно касаться основания главного героя сегодняшнего вечера. И очень медленно, передвигаться по нему. Мои губы чувствовали, как кровь пульсирует по сосудам, и герой становиться ещё тверже и увереннее. В этот момент мне захотелось оседлать мужа и пустить его внутрь себя. Я давно была готова… Но я продолжала ласки.
И вот мне показалось, что он готов. Я охватила кончик губами и, делая круговые движения языком, продолжала заглатывать его всё глубже и глубже. Снова возвращалась к кончику и опять поглощала его, туго обняв губами…
Уже не сдерживая себя, Иск сжал мои плечи и подтянул к себе наверх.
— Ты слишком торопишься. Но я покажу, как можно торопиться, — у меня от предвкушения поджались пальчики на ногах.
Что ж, нужно быть откровенной хотя бы перед самой собой. Моя фантазия откровенно пасует перед многовековым опытом моего мужа. Мне, девушке, родившейся в двадцатом веке, видимо, ещё довольно- таки долго придётся у него учиться.
Он перекатился со мной на кровати и стал покрывать моё лицо и шею быстрыми лёгкими поцелуями. Не давая мне опомниться, одной рукой массировал мой затылок, постепенно собирая мои волосы в кулак, а другой ласкал изнывающий бугорок, предварительно быстрым движением сорвав с меня трусики. От его напора у меня, привыкшей к медленной томной страсти, внутри всё обмирало от сладостного предвкушения.
Быстро и несколько резко заскользил пальчиками вдаль, к внутренним половым губкам.
Он все больше нагнетал возбуждение, терзал мои губы поцелуями, глубоко засовывая язык. Я слегка посасывала его, открывая рот шире, отдаваясь целиком этой восхитительной игре.
Пытаясь еще больше приблизиться, обхватила его ногами, притягивая, почти вдавливая себя в него, позволяя его пальцам проникать глубже. Прервав поцелуй, сорвал с меня бюстгальтер, приник губами к соскам, лаская их. Его пальцы оказались внутри меня. Вначале один, потом два, три… Глубже, сильнее, теснее… Я яростнее сжимала его тело руками, блуждая по нему… От избытка ощущений царапала кожу коготками.
Он широко раздвинул мои ноги и опустился между ними. Замер, глядя в мои затуманенные глаза. И, наконец-то, вошел в меня. Быстро и резко. Бархатисто твёрдый и жаркий. Достиг самой чувствительной точки, вызвав громкий одобрительный стон.