Страница 7 из 85
– Не стоит, – ответил он отрывисто и подчеркнуто уставился в ЛП.
Он сперва не обратил внимания, насколько она напориста – во всяком случае, для женщины этого общественного класса, но сейчас у него натянулись нервы, зазвенели тревожные звонки. Что-то в этой женщине было не так. Провокаторша? Он совершенно не собирался давать тайной полиции новые поводы взять его за шкирку; пусть думают, что он осознал свои ошибки и решил исправиться.
– Хм! Но когда я вошла, вы читали трактат об алгоритмах коррекции релятивистской расфазировки часов в применении к устройству компенсаторов двигателей современных звездолетов. Значит, вы инженер, приглашенный Адмиралтейством для работы с двигателями кораблей флота. – Она усмехнулась, и выражение ее лица Мартина не успокоило: белые зубы, красные губы, что-то в ее манере поведения напоминало родную планету, где женщины – не просто хорошо выдрессированные украшения фамильного древа. – Я угадала?
– Я не стал бы комментировать. – Мартин захлопнул ЛП и посмотрел на нее недовольно. – Кто вы такая, и какого черта вам надо?
Социальное программирование, которое он прошел перед поездкой в Новую Республику, запрещало такие выражения в присутствии дамы, но эта вот – такая же дама, как он – республиканский служащий. И пусть это социальное программирование катится к черту.
– Меня зовут Рашель Мансур, и я направляюсь в доки ВКФ по делу, которое может иметь отношение к вашему. Если я не ошибаюсь – в каковом случае приношу вам свои нижайшие извинения, – вы Мартин Спрингфилд, лично приглашенный и подписавший контракт с Адмиралтейством Новой Республики на выполнение пусконаладочных работ по установке модернизированных схем управления двигателями на линкоре «Полководец Ванек» класса «Швейк». Названного по имени Эрнста Ванека, создателя Военно-Космического Флота Новой Республики. Верно?
Мартин сунул ЛП в карман пиджака и выглянул в окно, пытаясь сбить невесть откуда налетевшую волну холодного страха.
– Да. И какое вам до этого дело?
– Возможно, вам интересно будет узнать, что четыре часа назад по абсолютному времени консенсуса «Нью-Модел Эр Форс» – с чьей подчиненной службой вы подписали контракт – обратилась к статье Эсхатона по всем стратегическим гарантиям, имеющим отношение к Республике. В то же время кто-то капнул в Постоянный комитет ООН по многостороннему межзвездному разоружению, что Новая Республика снаряжается для войны в защиту отдаленной колонии, подвергшейся осаде. Вы не платили за дополнительную страховку на случай Божьей кары? Потому что стандартная страховка – только медицинская да еще от воровства.
Мартин обернулся к ней.
– Вы что, обвиняете меня в шпионаже? – Он посмотрел ей в глаза – темные, осмысленные и сдержанные, абсолютно непроницаемые. – Да кто вы такая, черт побери?
Она вынула из рукава карточку и показала ему. Лицо на знакомом фоне – ее собственное, но с коротко стриженными волосами, плавающими вокруг нее на голографической миниатюре. Сама неожиданность этого ударила, как током: по позвоночнику пробежал холодок в ответ на инстинктивную паническую реакцию, расходящуюся от генерирующих адреналин надпочечников.
– Дипломатическая разведка ООН, группа спецопераций. Меня послали изучить сложившуюся ситуацию, а для этого необходимо знать, какие модификации вносит Адмиралтейство в последние минуты в конструкцию кораблей, входящих в экспедиционные силы. Вы – согласны мне помогать?
Она снова улыбнулась, еще более смутив Мартина. Ее лицо напомнило голодного хорька.
– Э-гм…
Какого хрена здесь оказалась дипразведка? Этого же в плане не было!
– Это, значит, в одну из поездок, да? – Он потер лоб и снова на нее посмотрел, а она ждала ответа.
Думай, черт тебя побери, сообрази чего-нибудь, пока она ничего не подозревает!
– Слушайте, а вы знаете, что тут делают со шпионами?
Она кивнула, уже не улыбаясь.
– Знаю. Но я гляжу на окончательный вывод, а он гласит, что это – ситуация, чреватая войной. И моя работа – такую ситуацию контролировать: мы не можем допустить беспорядков так близко от Земли. Конечно, быть придушенной гарротой – это действительно неприятно, но куда хуже будет, если начнется межзвездная война или Эсхатон обратит на нас внимание. По крайней мере, так это будет для нескольких планет, населенных ни в чем не повинными людьми, которые подпадут под рубрику «сопутствующие потери». Эта забота для меня важнее. – Она глянула на него с непобедимым напором, и карточка исчезла между пальцами в кружевных перчатках. – Нам нужно как-нибудь сесть и побеседовать, Мартин. Когда вы доберетесь до доков и устроитесь, я с вами свяжусь. Мне все равно, с чем еще вы там согласны или не согласны, но завтра у нас будет разговор. И я вам буду компостировать мозги и подтвержу, что вы просто посторонний, а вашим страховщикам сообщу, что вы надежны. Вам ясно?
– Ну да. – Он таращился на нее и старался сделать вид, будто только что понял, что она на самом деле – дьявол, и сейчас подписался кровью, что продает душу. Он надеялся, что она поверит ему – наивному инженеру, взятому за шкирку и столкнувшемуся лицом к лицу с агентом Высших Властей, – но про себя отчетливо сознавал, что, если она ему не поверит, то он действительно серьезно влип. Герман и дипразведка – не лучшие друзья…
– Вот и хорошо. – Она полезла в сумочку и вытащила потрепанного вида металлически блестящий ЛП. – Голосовое сообщение. Передать: кролик зеленый. Подтверждаю.
ЛП отозвался:
– Подтверждаю. Сообщение отправлено.
Мартин не сразу понял, что ЛП говорит его голосом.
Она убрала ЛП и встала, чтобы выйти из купе.
– Сами видите, – сказала она у двери, натянуто улыбнувшись. – Жизнь не всегда так скучна, как вам кажется. До встречи.
ПРИГОТОВЛЕНИЯ К ОТЛЕТУ
Его Величество Император Иван Гашек Третий, Милостью Божией Защитник Народа Новой Республики, устало вздохнул.
– Поднять адмирала с постели и привести в приличный вид. У меня в полдень заседание кабинета, и говорить с ним мне надо сейчас.
– Слушаюсь, государь! Нижайше прошу вашего прощения и разрешения удалиться, чтобы выполнить волю вашего величества.
Дворецкий виртуально поклонился и попятился от телефона.
– А какое там было «а не то…»? – сухо осведомился герцог Михал, брат Императора. – Ты его закуешь в кандалы?
– Вряд ли. – Император фыркнул, проявляя максимум веселости, который допускало его достоинство. – Ему за восемьдесят, и, полагаю, время от времени ему положено оставаться в постели. Но если он так болен, что не может подняться по зову Императора в час войны, то придется заставить его уйти в отставку. А тогда в Адмиралтействе поднимется хай. Ты себе представить не можешь, какая волна пойдет, если адмиралов начнут отправлять в отставку. – Он снова фыркнул, на этот раз негодующе. – Придется даже подумать насчет того, чтобы дать им всем пенсию. Это будет как тогда, когда отцу предложили отречься от престола.
Великий князь Михал деликатно кашлянул.
– Все-таки, наверное, кто-то должен уйти. После второго инсульта…
– Да-да.
– И все равно я думаю, что неразумно вверять ему флот.
– Если ты полагаешь это неразумным, так ты не против иметь дело с реакцией их флотских превосходительств, если я не дам ему право первого выбора?
Тут зазвонил правительственный телефон, и, раньше, чем брат успел ответить на острый вопрос, лакей в ливрее подал его величеству трубку из платины и слоновой кости.
– Сир? Его превосходительство адмирал Куртц готов с вами говорить. Он приносит свои глубочайшие извинения, и…
– Достаточно. Включите его без лишних слов. – Иван раздраженно барабанил пальцами по подлокотнику кресла – готического деревянного сооружения, мало отличающегося от орудия пытки. – А, адмирал! Вы тот человек, который мне нужен. Как я рад вас видеть! Как мы сегодня?
– Сегодня? – добрался по медным проводам неуверенный шелестящий голос. – Ах сегодня! Да, конечно. Очень хорошо, сударыня. Я надеюсь, хамелеоны вам не попадались?