Страница 9 из 20
Ходили даже слухи, что Серегу видели с кем-то из помощников мэра в загородном кабаке.
А потом возникло уголовное дело…
"Интересно, — Ильин вдруг увидел всю картинку своих приключений. — Первый раз я отправился сюда после неприятностей с коммерческими структурами господина Чубарова. А вернулся, чтобы переломить ход событий. И второй раз, и третий. Все это как-то связано". "И наконец, последнее перемещение. Именно здесь нужно искать связь. А что, если произошедшие в мое отсутствие события в королевстве каким-то образом отражают случившееся в реальном мире? Не зеркально, а косвенно? Тогда имеет смысл искать некую закономерность".
Из раздумий вывел голос заскучавшего графа:
— Я думаю, что стоит лечь спать. Завтра нам предстоит тяжелый денек. А мне так вдвойне, — невесело пошутил он, глядя на луч закатного солнца, проникший в оконную щель.
Андрей поднял руку, прерывая монолог графа. Зажмурился, всеми силами стараясь не упустить мелькнувшее озарение. "Ты всю жизнь уходил от схватки, — наконец сформулировал Ильин неприятную истину. — И тогда, в первый раз, когда ушел с армейской службы, и в розыске, и сейчас… — он вспомнил тот, ставший причиной его увольнения из армии, случай.
О котором старательно пытался забыть. Это случилось почти перед самым окончанием командировки. Их взвод, находясь в рутинном патрулировании, получил обзорное радио, о большой группе «духов». Штаб не сообщал ни точного направления, ни количественного состава, только приказывал усилить бдительность.
Как на грех, его взвод почти полностью обновился и состоял на три четверти из нового пополнения. Хотя и старослужащих, но не имевших опыта боестолкновений.
Андрей не стал рисковать и отправился на разведку сам. Оборудовал на склоне укрытие и ждал подхода головного отряда неприятеля. Как террористы сумели обойти его, так и не понял, сообразил только, когда увидел, что пятнистый натовский камуфляж виден и впереди, и сзади, и сбоку. Андрей потянул на себя неудобно прижатый автомат и не сумел заставить себя открыть огонь.
Стрелять было бессмысленно, духи были везде. И первая же очередь стала бы последней. Достаточно одной гранаты, чтобы накрыть огневую точку.
Головной отряд прошел мимо. Повезло, никто не наткнулся на неподвижно лежащего в куче сухого валежника Андрея.
Едва спины замыкающих исчезли среди зарослей, Ильин вскочил и, уже не разбирая дороги, кинулся вперед, стараясь обойти дозорную группу. Бежал, не слыша ничего, и каждую секунду с ужасом ждал, как взорвется там, куда ушла его группа, тишина короткими автоматными очередями. Окажись у него на пути хоть один чеченец, мог срезать офицера без всякого труда, но и тут Андрею повезло. Он успел догнать группу уже на подходе к маленькой горной речушке. Рассказал приданному из армейского спецназа капитану.
Бойцы, получив приказ, торопливо оборудовали укрытия и приготовились к отражению атаки. Удалось продержаться до подхода вертушек, но погибло пятеро.
Рапорт о случившемся Андрей написал на следующий день после прихода на базу. И странное дело, ни командир полка, ни особист, не усмотрели в его действиях криминала. Разве что попеняли за то, что ушел в наблюдение один. Но во взвод уже не вернули. Дослужил последний месяц при штабе и вернулся в Ростов.
Андрей вспомнил, как лежал, уткнув голову в сырую, пахнущую плесенью траву, вспомнил свой дикий, ломающий волю страх. Наверное, тогда он и сломался… А все, что было потом, когда нужно было встать и сделать шаг навстречу смертельной опасности, уже производное от той минутной слабости.
— Эй, граф, пошли, — будничным голосом произнес Андрей.
— А? что? — Гордье вскинулся с неудобного ложа. — Куда тебе приспичило?
— Как хочешь, — Андрей толкнул дверь. — Я пошел, если не хочешь быть повешенным, делай, как я, — и, не дожидаясь ответа, зашагал по коридору. Постепенно набирая ход, Андрей уже бежал. Стук сапог заметался по каменному туннелю. Впереди, в смутном сумраке от слабо коптящего фонаря показалась стена. Большие каменные глыбы, стертые временем, зеленые от влаги.
В голове ни одной мысли, только стучит в висках кровь. Мгновение, и он со всего разгона врезался в стену.
Тело вдруг потеряло равновесие и начало заваливаться вперед. И только тут сообразил, что камни кладки исчезли. А сам он летит в вечернем сиреневом воздухе навстречу крутому, заросшему кустарником, склону. Еще секунда, и по ногам ударила неласковая земля. Толкнулся, заваливаясь набок, и покатился, ломая на своем пути невысокие деревца. Удар о довольно приличный камень остановил движение. Наудачу случилось это уже почти на излете. Охнул, переводя дыхание, и замер, восстанавливая вестибулярный аппарат, разболтанный невероятной каруселью.
Еще не совсем придя в себя, поднялся с земли и обернулся назад. Стена из неровных каменных блоков, уходящая высоко в небо. Ни бойниц, ни окошек, ни проломов, только заросший мхом, почерневший от времени и непогоды гранит. Даже и не понять, с какой высоты пришлось лететь.
"Выходит, повезло, — крутанул головой, определяя состояние. — А как там граф? Рискнул или не сумел?"
Не то, что вопрос этот тревожил Андрея в первую голову. Однако, всмотрелся в склон, ища в траве приметный мундир Гвардарийской армии.
Присмотрелся и заметил метрах в пятнадцати выше по склону фиолетовое пятно. Так и есть. Видимо спутник оказался менее удачлив, чем сам Андрей, и падение его остановил ствол высокого дерева. "Если так, паршиво…" — вздохнул Ильин и двинулся назад.
Пострадавший оказался в сознании. Граф лежал на боку, прижимая руку к груди. — Ни вздохнуть, ни пошевелиться, — виновато произнес потомок славного капитана. — Наверное, ребро сломал?
Судя по всему, у него не было иллюзий на свой счет.
— Ребро, говоришь? — Андрей осторожно расстегнул маскарадный камзол спутника. Потрогал громадный кровоподтек и задумчиво глянул на драную ткань старого кафтана.
— Послушай, Андрюс. Я понимаю, что не могу заплатить тебе, но прошу, не бросай меня, — с трудом произнес граф. И судя по всему, далась ему просьба нелегко. Он, особа знатного рода, вынужден был унизиться до смиренной просьбы.
— Да, это уже входит в традицию, — пробормотал Андрей, вспомнив куда более приятную ношу. — Ладно, ваше сиятельство, не дрейфь, прорвемся. Только скажите, вам этот камзол очень дорог? Потому как замотать больше нечем.
— Помогите мне добраться до замка моего отца, и я постараюсь вас отблагодарить, — все же не смог переломить свой норов вельможа, расстегивая маленькие пуговки. — Здесь не очень далеко… Только вот беда, дорога совсем никуда.
— Да, уж, по крайней мере, раньше она точно была хуже не придумать, — нечаянно проговорился Андрей.
Однако занятый мундиром граф не обратил внимания на оговорку. — Помогите же, — скривился дворянин, почувствовав себя несколько увереннее.
Андрей стянул с него ветхую одежонку и, безжалостно распустив мундир на полосы, принялся туго бинтовать грудь. — Ничего, зато легкое не проткнет, — успокоил он охнувшего пациента.
— Так ты солдат? — заметив, с какой ловкостью Андрей накладывает повязку, предположил тот.
— Можно сказать, что и так, — не стал спорить Ильин. Его куда больше занимал вопрос, как транспортировать раненого. — Погоди-ка.
Он встал и зашагал по склону в направлении крепостной стены.
— Эй. Ты куда? — заволновался Гордье. — Я обещаю, что не буду больше интересоваться твоим прошлым, — граф, решив, что его спасителю не понравилась догадка, торопился успокоить.
— Иду, иду, — отмахнулся Андрей, вглядываясь в смятую траву. — Ага… — он с облегчением подобрал выпавший при падении эспадрон. — Живем, господин граф… — тряхнул он шпагой, возвращаясь к спутнику.
Срубить несколько деревьев, толщиной с руку, удалось в два приема. Ильин, используя остатки мундира, связал импровизированную волокушу и прикрепил один ее конец к отобранной у сторожа портупее. — Бурлаки на сопке, — усмехнулся Андрей, помогая раненому устроиться на зеленой кроне.