Страница 34 из 85
Оригинал (пардон, если не ваш любимый русский перевод с классики):
"Поведай нам, Мнемозина, о многоопытном муже, Одиссее, царе Итаки!"
Литературный перевод на русский с латыни:
"Сболтни-ка нам, Климена, о скользковертком грекуле Одиссее, с Итаки!"
Что бы понять, как это звучало, больше 2000 лет назад, надо учесть, что:
1. Климена — это не муза, а нимфа местной "речки-вонючки", притока Тибра.
2. Скользковерткий — очень приблизительное значение жаргонного слова.
3. Грекула — оскорбительное прозвище грека, буквально — "каркающий".
4. Общий стиль переложения — латынь портовых кабаков.
Сделаем усилие, и попробуем сами реконструировать аутентичную нам (в созвучных современных терминах) замену древнему латинскому тексту:
"Спи…ди-ка нам, черепаха Тортилла, про хитрожопого ару, Одиссея с Итаки!" Каково?
— Бедные древние греки! — хихикает посреди таежной глухомани Елена, — Прикиньте, насколько их римляне уже тогда не уважали? Понимаете, за что их не уважали?
— Ага, — басит Варнаков, — греки у них тогда были — типа "древнеримские евреи". Вместо настоящих…
Ах, да! Вы спросите, а где же обещанная в заголовке лубоф-ф? Раз уж "бравая морская пехота вошла в стойбище прелестных амазонок"… Отвечу. Пошлости не было. У тунгусов женщина вольна в выборе мужа, потому, что жизнь тяжелая и требуется полное доверие сторон. А над попытками других народов лезть в чужие брачные дела тунгусы смеются. Действительно — "сибирские французы", точно подмечено. Короче! Была "любоф-ф". Или — ещё будет… Только это — совершенно не моего ума дело. По крайней мере, у нашего старшины завелся, вместо кружки, изящный берестяной туесок-пиала. А ещё, утром, он, яростно матерясь, вытряхивал, из вшитой под левым рукавом комбинезона кобуры для револьвера, птичьи перья. Кто-то ему любовный приворот наворожил. Традиционная тунгусская магия, ага… Пропал парень, с концами.
Возня с аборигенами отняла два полновесных трудовых дня. Во-первых, той же ночью, и самой бабке, и ещё нескольким женщинам стало плохо. Незнакомая еда. Да и конины, как я понял, они в своей жизни не пробовали (боевой скот врагов, однако), непривычное питьё… плюс леденцы… Пацан примчался, в панике, собака подняла весь лагерь на ноги лаем. Народ чуть не устроил спросонья, пальбу. А мальчик узнал много новых слов… И не только мальчик… Саляев превзошел сам себя, орал по-русски, по-татарски и ещё как-то особенно витиевато, с гортанным хеканьем… Мать! Мать! Мать! Гав-гав-гав! Ба-бах! В воздух ушла ракета. Спали на борту, но, все одетые. Вскочили мгновенно, так, слегка потоптали друг друга, вылезая наружу. А посты, выставленные на берегу, наш герой обошел… Сигнализация тоже не сработала… Способный ребенок.
Спасательная экспедиция номер два, (аж 10 голов, с 2 электрическими фонарями, наши обычные, для прогулок в лесу, не годятся) лично мне подарила мысль о полезном, для укрепления нервов, аттракционе. Даже название придумал — 'Паровозик'. Сильная штука! Толпа ни бельмеса не видящего в потемках народа, держа друг друга за пояса, прет, весьма быстрым шагом, по коренной сибирской тайге, преодолевая, вроде бы знакомый, но, по дневному (!) походу, пеший маршрут. М-м-дя! Мошка ночью не летает. Держать рты на замке ничто не заставляет. От сочных матерных комментариев, в полный голос, птицы лысеют, белки выпадают из дупел, пошлые лешие краснеют и прячут своё тельце (или что там, у них, вместо?) в самые глубокие норки… Какие там ещё злые духи? Какие лесные хищники? Ах, мы в девственной таежной чаще, посреди Сибири, в забытом XVII веке? "Бойся враг, замри и ляг!" Выдирая ногами корни и сокрушая лбами стволы сосен прет напролом злая, спросоня, морская пехота. Срочники… "Это такие звери, господа, такие звери, им даже оружие не доверяют!" Вместо стволов — клизмы. И тазики, и канистры, с каким-то раствором, что Тома наспех приготовила. Энд прочие медицинские цацки. И Тома — тоже с нами. По бабам, служивые, отправились. Почти в самоволку… Саляев не пошел… Зато пошли мы, с Варнаковым и Томой. Увязалась… Про неё, ораторы, вспомнили в самом конце похода. Уже выйдя на полянку… Когда поняли, зачем их вызызвали. Заковыристую тираду, последнего споткнувшегося, оборвало веское предупреждение — "Будете ругаться, я вас скоро и роды принимать заставлю!" Строга… Она может!
Дорогие мальчики! Если вам случиться провалиться в прошлое, умоляю, не потчуйте своих местных подружек конфетами и иными современными сладостями сразу. Даже из самых добрых побуждений. М-дя! Идея оставить туземцам короб с леденцами, оказалась ошибкой. Или — последней каплей. На голодный-то желудок такие вещи ложатся плохо. Рвота с пеной, колики и прочие радости… Для дистрофиков — чреватые смертью. А ведь предупреждали! А ведь неоднократно… И не слушали! Опыт, да хоть несчастного Кротова, как он, с вшивой, истощенной, морально забитой Гольдан возился, пропал не оцененным. Работа, сделанная чужими руками, всегда кажется простой и легкой. Теперь, ваша очередь! Хотите любить и быть любимыми? Вот, получите! Худенькое тельце, с торчащими ребрами, грязными всклокоченными волосами, в шкурках… И обслужите… И окружите, добром и лаской… По фиг, девчонка она или старушка… По фиг — ночь вокруг или ясный день. Нет тут службы спасения и скорой помощи, ясно? Мы — в ответе, за всех, кого приручили…
Странно…. В детство вернулся. Было и у меня такое, в пионерском лагере. Устроили поход на бахчу, а арбузы оказались чем-то опрысканы… Как же нас ночью несло! Как выворачивало! Командование лагеря, сразу, вызвало скорую помощь и аварийную медицинскую бригаду. Думали — вспыхнула эпидемия холеры. Никто же не признался! У-у-ух! Помню, как ругались запаренные диким ночным авралом санитары,! Насупленные молодые парни (как бы не студенты на практике), нам пацанам они казались строгими взрослыми дядьками. Полные штаны романтики! Качались от ветра лампы среди деревьев, на процедурном столе, под открытым небом, страдала очередная жертва чревоугодия. Самых впечатлительных и слабонервных — отлавливали, в посадке. Визг, писк, звуки рвоты и мгновенно пропитавший всё вокруг запах антисептики. М-м-дя… Теперь я сам взрослый дядя, а солдатики — ровесники тех санитаров. Вместо детей — дикари. Или… уже не дикари? Черт, трудно выбрать верный тон — сами лезут привычные стереотипы. Игра в Айболитов, блин. Бармалеи в белых халатах. Ни разу не в белых, в полосатых тельняшках… Надо понимать, черти полосатые? Офигеть…
Десяток скипидарных фонарей, наскоро прицепленных к веткам, превратил ночное стойбище в некий развороченный гибрид лазарета с сумасшедшим домом. Санитарно-гигиенические процедуры, хе… Уколы, клистры и промывания желудка… Только репутации отравителей нам тут, для полного счастья, не хватало… Обошлось. Всех откачали, некоторых, под горячую руку, даже наскоро вымыли… Ох! "Ни одно доброе дело не остается безнаказанным!" Золотые слова! Хорошо, посменный режим дал возможность чуток отоспаться. Хорошо, что наш импровизированный "курс молодого попаданца" (у-у, реально ненавижу это слово!) дает каждому азы полезных навыков в смежных областях. Про прием родов, кстати, совершенно не шутка. Да-с.
В принципе оно правильно. Логика! Ведь человек, способный убить одним движением пальца, должен свободно владеть обратной процедурой? Наверное, даже хорошо, что так получилось. А то были желающие, изображать из себя богов. Фигушки! Боги должны сохранять невозмутимость, быть выше мирской суеты… А когда и бог, и простая смертная, на глазах у очевидцев, хором рыгают в один кустик, под впечатлением от совместной медицинской процедуры, в "этом сказочном лесу", оно сближает. Надувать щеки уже никак не получается. Человеки мы, однако. И ничто человеческое нам не чуждо. Как там Миклухо-Маклая называли? Кажется, "Человек с Луны"? Вот и мы, примерно той же породы. Не более и не менее…
С утра перетаскивали хабар, от опасной реки в глубину леса. Обратным ходом, что бы служба медом не казалась, таскали носилками менее хворых туземцок, на помывку и медосмотр, к нашему лагерю. Вышло много быстрее и аккуратнее. После "ночных полетов" все пострадавшие дружно почувствовали себя лучше, а остальные решили тоже поправить здоровье. Люди — те же мартышки… Убедился… "А что это такое? Я тоже хочу!" Спасибо, шустрости, с голодухи-то, поубавилось. Иначе, на борт "Матраса", по канату, кто-то бы обязательно влез. Оно нам надо? Сильно местные бабы самостоятельные. Мало похожи на "раболепных восточных женщин". Про шаманку — вообще молчу. Но, зауважала! Кроме нас с Томой тут вообще никто не представлял, что такое "старческие каловые пробки". А это, не к столу будет сказано — натуральный тихий ужас. Мы справились… Спросили бабку — как она, бардак, с обжорством, допустила? Та хмыкнула горько… С другой стороны — что нам от старухи требовать? Сама же при смерти была И не факт, что выкарабкается. На ногах стоять не могла, от боли. Это грозный признак. Разложение пяточных хрящей. Кто в Блокаду жил понимает, что это значит. В современной школе такому не учат. Может у тунгусов порода маленько другая?