Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 17 из 92

В Полоцком районе росло число подпольных групп. Их организаторами и руководителями были Александр Острейко, Ной Фалалеев, Евгений Козлов, Марк Жуковский и другие. Многие группы имели между собой связь. Подпольщики совершили три крупные диверсии на железной дороге, разрушили несколько мелких предприятий, работавших на оккупантов, захватили и раздали населению 11 тонн зерна.

Подпольщики-комсомольцы деревни Поташенки во главе с Дмитрием Демидовичем достали радиоприемник, принимали сводки Совинформбюро и распространяли их в окружающих деревнях. 13 сентября 1941 года в Поташенки нагрянули полицейские. Они произвели повальный обыск, обнаружили и изъяли приемник. Несколько подпольщиков арестовали. Но каждый из них на допросах говорил, что не знает, чей это приемник, кто его прятал. Ребят выпустили. Однако немецкий комендант приказал полицаям пристально следить за молодежью.

Патриоты своего дела не бросили. Через несколько дней они установили другой приемник, продолжали распространять листовки среди населения. Особенно много потрудились подпольщики, когда приняли сообщение о разгроме немецких войск под Москвой. Днями и ночами они писали листовки, разносили их по деревням. Часть листовок передали знакомым в Полоцк.

7 февраля группа молодых патриотов слушала радио и, как всегда, записывала сообщение Совинформбюро. Неожиданно в деревне появились гитлеровцы. Они ходили по домам, что-то искали. Комсомольцы оказались в труднейшем положении. Унести куда-нибудь приемник и спрятать его уже поздно: солдаты подходили к дому. Был один выход — бросить приемник в топившуюся печь. Жалко, конечно, но что поделаешь.

Через некоторое время подпольщики собрали новый приемник и в конце февраля 1942 года снова слушали Москву.

Комсомольская организация приняла в свои ряды 11 юношей и девушек, собирала оружие, вовлекала молодежь в партизанский отряд. Летом 1942 года подпольщики, вооружившись винтовками и пистолетами, ушли в партизаны.

В начале февраля 1942 года до полоцких деревень докатился слух о наступлении войск Калининского фронта. Подпольщики и партизаны решили связаться с командованием Красной Армии, вышестоящими партийными органами. Для этого направили через линию фронта А. Я. Марченко. Он побывал в 3-й ударной армии. Там его принял секретарь ЦК КП(б)Б П. К. Пономаренко. Марченко подробно рассказал о деятельности подпольщиков Полоцкого района и подучил указания о дальнейшей работе.

Благополучно прибыв в родной район, он повстречался с руководителями подпольных и боевых групп М. Н. Мещеряковым, Е. Козловым, А. Острейко, М. Свириденко, М. Жуковским, передал им указания ЦК о необходимости объединиться в партизанский отряд. В каждой из этих групп было по 10–20 человек, имевших на вооружении винтовки, пулеметы, гранаты, запас боеприпасов. 8 мая 1942 года в лесу возле деревни Ставки состоялось собрание подпольщиков. Командиром партизанского отряда избрали А. Марченко, комиссаром — Е. Козлова, начальником штаба — М. Мещерякова. Был разработан план операций по разгрому вражеских гарнизонов. Началась боевая партизанская жизнь.

В Полоцке и в районе возникали новые подпольные организации, созданные Степаном Суховым, Павлом Самородковым, Клепиковым, Н. Е. Гуковым, Я. X. Сташкевичем, Н. П. Крупиной и другими, а также укреплялись старые. Они действовали на железнодорожном узле, в районной и городской управах, городской больнице.

Обком партии проявлял особую заботу об организации подпольного движения в Витебске.

— Ни на один день мы не должны оставлять без внимания Витебск, — говорил секретарь обкома И. А. Стулов. — Именно здесь прежде всего нужно создать разветвленную сеть партийного и патриотического подполья.



Первые шаги к этому обком предпринял еще до оккупации города. В начале июля были подобраны 60 коммунистов, которые остались в областном центре для организации подпольных групп, вовлечения горожан в борьбу с фашистскими захватчиками. Одновременно создали руководящий подпольный партийный центр, в который вошли секретарь горкома КП(б)Б П. И. Иванов, секретари Железнодорожного райкома партии Витебска Б. К. Семенов и И. Г. Григорьев, а также прибывший в область для ведения подпольной работы Ф. Н. Попов. Для поддержания связи центру выделили 8 коммунистов, которых тоже оставили в городе.

Работникам партийного центра разрешалось самим, с учетом сложившейся обстановки, определять его местопребывание. Он мог находиться в Витебске, а если обстоятельства не позволят, в любом районе, примыкающем к городу, включая Велижский и Понизовский районы Смоленской области, где были подобраны явочные квартиры. Партийному центру вменялось в обязанность установить и поддерживать связь с подпольщиками и партизанами, направлять их боевую и организационную деятельность.

Но, к сожалению, получилось не так, как намечал обком партии. Семенов и Григорьев не встретили в назначенное время Иванова и Попова, которые, как позднее выяснилось, испугались трудностей и самовольно ушли из города. Об этом, разумеется, Семенов и Григорьев тогда не знали. Но и они в сложившихся обстоятельствах тоже поступили неправильно. Вместо того чтобы выполнять возложенные на них обязанности, Семенов и Григорьев пустились на поиски «пропавших» товарищей. Больше месяца занимались этим бесплодным делом, теряя драгоценное время.

Растерявшись от неудачных поисков Иванова и Попова, не имея достаточного опыта, Семенов и Григорьев в той трудной и сложной обстановке не сумели наладить работу Витебского подпольного центра. Они не установили связи с действовавшими в городе подпольными организациями, которые возглавляли А. Белохвостиков, Н. Красовский, И. Бекешев, П. Смирнов, Ф. Мехов, не позаботились о связях с боевыми группами и партизанскими отрядами Витебского, Суражского, Лиозненского, Меховского и других примыкающих к городу районов.

Нужно сказать, что в начале войны и некоторые руководящие работники Дриссенского, Освейского, Оршанского, Лиозненского и Лепельского районов недостаточно глубоко поняли серьезность и важность задачи по созданию подпольных организаций и партизанских отрядов в тылу противника. Это было осуждено руководящими органами Компартии Белоруссии. За самовольный выход из вражеского тыла Витебский обком КП(б)Б исключил из партии Иванова, а о недостойном поступке Попова доложил Центральному Комитету КП(б)Б.

В тылу врага развертывалась жестокая борьба. И не каждый коммунист, беспартийный советский человек смог правильно разобраться в обстановке, чреватой опасностями, требовавшей большого мужества, воли и стойкости. Кое-кто растерялся, не знал, что делать, выжидал. Следует подчеркнуть, что наша партия никогда не строила иллюзий, будто все коммунисты, оставшиеся на оккупированной территории, сразу же примут верные решения, быстро найдут свое место в общем боевом строю. Нужно было время, нужны были испытания, чтобы закалиться, приобрести политическую зрелость, необходимый опыт.

Прошло первое военное лето, минула и первая военная зима. То был самый тяжелый период в развитии партизанского движения и создании партийного подполья в оккупированных районах Витебской области.

Существовало много, бесконечно много больших и малых трудностей. Но советские люди смело и настойчиво их преодолевали. Усилиями коммунистов, комсомольцев, подпольных райкомов, обкома и ЦК КП(б)Б на территории области с июля 1941 года по март 1942 года были созданы и вели активную борьбу с немецко-фашистскими оккупантами более 160 подпольных организаций, объединявших свыше 1400 подпольщиков, 31 боевая группа и 14 партизанских отрядов, насчитывавших свыше тысячи бойцов. Костяком, ведущей силой в них были коммунисты.

Неоценимую роль в повышении чувства патриотизма и мобилизации советских людей на борьбу с врагом сыграла массово-политическая работа, которую вели среди населения и партизан подпольные партийные и комсомольские организации. Проводить политическую работу было так же трудно, как совершать диверсии и вести боевые операции. Фашисты запретили всякую политическую деятельность населения, если она не была направлена на поддержку разбойничьей политики гитлеровского государства.