Страница 81 из 85
— А теперь, — произнес Нептун, — я должен уйти. Милана, милая! Но я вернусь к тебе! Все мои помыслы и моя жизнь принадлежит только тебе, моя царица!
Она шагнула к нему, прижалась всем телом. Милана долго стояла, уткнув лицо в грудь Нептуна. Она подняла лицо к нему и сквозь слезы прошептала:
— Я всегда любила и люблю тебя, муж мой! О, как мне тяжело расставаться с тобой, если бы ты знал!
Только сейчас Нептун понял, что с прошлым его соединяет не только Милана. Он сросся с ним всей своей сущностью, он понимал его, видел смысл в существовании, чувствовал его красоту, ритм жизни и ощущал свою нужность народам Росс и Тин! В том времени, в котором он сейчас родился, он был не нужен никому!
— Береги сына, мое солнце! — ответил он, с трудом сдерживая себя, чтобы не разрыдаться от тоски и отчаяния. — Я еще вернусь к тебе! Я обещаю! Клянусь тебе Ур-Аном! Я вернусь!!!
Он отступил от Миланы на несколько шагов назад.
— Все! — прошептал он.
Яркая колона оранжевого дыма возникла в воздухе, почти касаясь земли. Она по спирали окутала Нептуна, но он успел еще помахать Милане на прощание рукой, перед тем как навсегда исчезнуть.
Милана словно надеясь на чудо подняла полные слез глаза к небу и молила Владыку Всех Судеб вернуть ей отнятое счастье. Но Млечный путь хранил молчание…
Георгий зашел в свой дом, довольно потирая руки. Караван в Элам ушел. Этот караван принесет ему огромную прибыль. Георгий подошел к подносу с фруктами, выбрал самую спелую виноградную гроздь, и поймав ртом несколько ягод, подумал: «Зачем я родился в Москве в 20 веке? Надо было родиться здесь. Москва — город шумный, грязный. Люди злые, жадные, все время обмануть хотят. Налоги большие, каждый мелкий чиновник из себя большого начальника корчит. Паспорта, граница, таможня. Здесь намного проще. Нет, здесь очень хорошо! Пора проведать своих женщин, пусть для меня танцуют».
Георгий, улыбаясь своим мыслям, безмятежно поедал виноград, но только вдруг ему стало как-то неуютно. Он начал прислушиваться и оглядывать комнату, пытаясь понять, что нарушило его покой. Он заметил это. В одном углу его обширной комнаты вдруг начало сгущаться оранжевое марево. Георгий понял сразу, что это такое.
— Нет! — закричал он, попятившись. — Не хочу обратно! Не хочу в Кур-ну-ги! Не хочу!!!
Оранжевый туман быстро сгустился вокруг него и поглотил его полностью. Через несколько мгновений он рассеялся и пропал без следа. Комната опустела. Георгий исчез.
За окном был май месяц. Борис вдруг осознал, что стоит посередине комнаты в квартире Антона. Он увидел, как от него пятится стоящий напротив его Георгий и что-то выкрикивает на иврите, а Антон, лежит на полу и стонет:
— Змеи, всюду змеи…
— Чего кричишь? — спросил Борис Георгия.
Георгий даже растерялся:
— Это ты?!
— Что со мной? — подал голос Антон, с трудом поднимаясь с пола, и вдруг выкрикнул в испуге:
— Меня укусила змея!
Они смотрели во все глаза друг на друга и долго не могли произнести ни слова. Антон был одет в белую футболку и песочного цвета брюки, в которых он отправился в Прошлое и поэтому не выглядел странно. Но зато Борис с Георгием в своих одеяниях совершенно не были похожи на жителей Москвы, да и, пожалуй, всего мира. Борис стоял в черных кожаных доспехах кейват, держа в правой руке трезубец, а за спиной его висела катана и арбалет. На ногах его были одеты мягкие кожаные шнурованные сзади ремнями сапоги, а голову увенчивала темно-красная солнечная корона. Георгий был с длиной бородой, одет в длинную белую юбку-шумерку, сандалии на ремнях, на голове его красовался белого цвета ихрам, а шею и голый торс украшала толстенная золотая цепь с подвесками из драгоценных камней и лазуритовая печать на кожаном шнурке.
Борис первый пришел в себя:
— Мы вернулись обратно! — воскликнул он. — Вернулись из Прошлого! Очнитесь, мы дома!!!
— А почему вы так одеты? — подозрительно спросил Антон и снова вскричал:
— Меня укусила змея!
— А ты, что, дарагой, нэ помнишь? — спросил небрежно Георгий, поигрывая золотой цепью. — Ты же умэр и мы тэбя похоронили!
— Я — умер!? — закричал еще сильнее Антон и начал себя ощупывать. Он сел на диван и закатав штанину, начал рассматривать свою ногу. Заметив две красные точки, он сказал:
— Ну, вот и след от укуса есть… Как это я умер?
— Ты умер в Прошлом, а сейчас живее всех живых, — объяснил Борис.
— Как же так? — с обидой спросил Антон, — значит, я все пропустил? Вы вернулись, прожив там целую жизнь, а я оказался жалким неудачником!?
— Дарагой, нэ огарчайся! — попытался утешить его Георгий. — Там нэ было ничего интэресного! Мы походили туда-сюда, никого нэ встрэтили, и все!
Борис снял с себя солнечную корону и присел на диван. Повернувшись к Антону, сказал ему:
— Это было потрясающе интересно! Ты — великий ученый, Антон! Твой эксперимент завершен! Чего ты расстраиваешься? Нобелевская премия тебе обеспечена и мировая слава не в Прошлом, а Настоящем!
Антон просиял. До него дошло, что произнес Борис.
— Друзья, а ведь вы абсолютно правы! Вы были свидетелями величайшего открытия века! Только расскажите, что там произошло дальше!
— Канэшно, расскажем! — расплылся в улыбке Георгий. — Но это и за три дня нэ рассказать!
— И недели будет мало! — добавил Борис и вдруг поскучнел.
Антон подошел к своему прибору и посмотрел на шкалу времени. Сверился с настенными часами, выглянул в окно.
— Поразительно! Прошло всего пятнадцать минут, как я включил прибор.
И хитро посмотрев на Бориса и Георгия, спросил:
— А может снова включить?
— Эй, ара, падажди, что ты дэлаешь?! — вскричал Георгий. — Какой пятнадцать минут? Я полтора года свою сэмью нэ видэл! Волнуются, понимаэшь!
— А золото? — спросил Антон Георгия. — Ты нашел его?
Георгий даже надулся от важности:
— Есть золото, слишком много нашел! Я все закопал в надежном месте. Сейчас это территория Израиля, так что я легко все найду и падэлюсь немного, канэшно! Я сейчас коньяк пойду пакупать, гулять будэм! Мы тэпэрь очень-очень богатые люди! Спасибо, Антон, спасибо, дарагой!!!
— Только ты смотри в таком виде на улицу не выходи! — указал на одежду Георгия Борис. — Заметут господа полицейские! И соседям не попадайся. Испугаешь всех своей бородой! Выглядишь прямо как Вавилонский тамкар!
Георгий убежал. Борис повернулся к Антону и вдруг произнес на Соннат:
— Запомни, ты никогда не создавал прибор по перемещению во времени! Ты был в Прошлом, только не знаешь, как туда попал. И об этом ты никому не сможешь рассказать кроме меня и Георгия!
Антон застыл как столб. Борис взял прибор и направился к выходу. Он произнес, как ни в чем не бывало:
— Пойду тоже переоденусь.
Антон вышел из ступора и кивнул соглашаясь:
— Жду!
Борис вышел из квартиры Антона и послал команду на Соннат вдогонку Георгию:
— Запомни, ты был в Прошлом, но об этом ты никому никогда не расскажешь кроме меня и Антона! Ты не знаешь, как попал в Прошлое, остальное можешь помнить!
Борис позвонил в дверь своей квартиры. Дверь открыла мать и замерла на пороге, увидев Бориса.
— Э… Борис?
— Мама, ты что? — Ему было совсем не весело — Не узнаешь меня что ли?
Узнать его действительно было трудно. Если бы вы, открыв входную дверь, увидели, например, древнегреческого гоплита в полном вооружении, то, как бы вы среагировали на такое?
— Ты какой-то странный — мать глядела на него с недоумением. Борис прошел мимо нее к себе в комнату и начал снимать с себя доспехи, оружие и всю древнюю одежду. Он переоделся в свои старые джинсы и футболку, в которые был одет сегодня утром. Вышел в прихожую и посмотрел на себя в зеркало, которое висело там. Увидев свое отражение в нелепой, никчемной одежде двадцать первого века, он скривился от отвращения, подумав при этом: «Какая страшная одежда!» и, не удержавшись, выругался на Сонрикс.