Страница 33 из 53
— Жива? — Алексей закрутил кран и без особых церемоний вытащил меня из-под душа.
— Почти.
Сильно шатало и знобило, поэтому, когда он просто и незатейливо стащил с меня насквозь промокшие джинсы с футболкой, даже не пикнула. Разве что подумала про себя, что вещи надо бы прополоскать, а то потом следы крови не отстирать. Белье милостиво оставили, хотя, как по мне, так зря — ходить в мокрых трусах то ещё удовольствие. Но и требование, чтобы Алексей снял и их, выглядело бы несколько странно, поэтому промолчала, невелика беда.
Укутавшись в большое полотенце, я рассматривала своего спасителя. Одежда мятая и надета явно впопыхах. Похоже, что добирался он сюда никак не на машине.
— Как ты узнал? — вместо привычного голоса получалось сиплое карканье, но это неудивительно, судя по состоянию футболки, кровь шла не только носом и глазами, но и горлом. А исходя из того, что болят даже уши, то и ими тоже. Нехило меня приложило.
— Ещё в первый день установил видеонаблюдение во дворе дома, — быстро вытерев руки, он поднял голову, ожидая реакции на такое заявление.
— Спасибо, хоть не в ванной.
Бузить после того, как он спас мне если не жизнь, то рассудок так точно, было глупо и некрасиво. Хотя и неприятно узнать, что за тобой постоянно следили. Так вот откуда он мог узнать про ритуал поиска… Шпион недоделанный. Надо будет уточнить, какие ещё сюрпризы остались после проживания здесь его сына.
— Идти сможешь?
— Сейчас узнаем.
Кое-как доковыляла до гостиной, дальше силы кончились. Воропаев придерживал меня под локоть, следя, чтобы не въехала носом в стену, и координируя направление движения.
С волос текло, поэтому на диван решила не садиться, устроилась рядом. И не удивилась, когда поняла, что пол обживаю не сама — Алексей сел за спиной так, чтобы я могла на него опереться. Учитывая, что меня колыхало от слабости, совсем не лишняя предусмотрительность. Разве что и сам промокнет, но эта беда легко поправима.
Он молчал, лишь размеренно поглаживал меня по плечам. Широкими и почти ленивыми жестами, от основания черепа по шее и потом к ключицам. Чуть шершавые ладони приятно согревали, расслабляя напряженные мышцы. Тишина ничуть не давила, а может, это казалось только мне. И говорить не хотелось, но надо, не сидеть же так всю ночь. Хотя, судя по всему, Алексея молчание тоже не напрягало.
Так много хотелось у него узнать, что брякнула совсем не то, что собиралась:
— Почему ты против, чтобы Юра работал у нас?
Из всех возможных и нужных вопросов выбрала этот. Столько надо прояснить, а меня снова куда-то не туда понесло…
Начало казаться, что он не ответит, пауза сильно затянулась, но Алексей чуть шевельнулся, устраиваясь удобнее, и тихо произнес:
— Если он этого действительно хочет, обязательно добьется. Если отступится, значит, это просто не его. Неважно, с чем связаны сложности, заниматься надо тем, к чему лежит душа.
Ответ я переваривала пару минут. И поняла, что старший Воропаев несколько сложнее, чем казалось сначала. Методы воспитания почти спартанские, но пока их результат мне нравился.
— А почему тогда практически ничего не рассказывал о паранормалах? Он же знает только самые основы и то больше на уровне городских легенд.
— Учитель всегда навязывает ученику свои взгляды, хотел, чтобы сын сам разобрался, что к чему и сделал выводы. Не повторял моих ошибок.
Ага, вот так и появляются проблемные подростки. Родители решили не давить авторитетом, зато то же самое запросто может сделать кто-то другой. И не факт, что он будет так же лояльно настроен по отношению к ребенку.
— Зря.
Он немного подумал и нехотя кивнул:
— Зря.
И мы снова замолчали. Если бы не сырое белье, с удовольствием просидела бы так хоть всю ночь, но ощущение дискомфорта заставило заерзать.
— Пришла в себя? — дождавшись кивка, Алексей отодвинулся, отчего по согретой спине тут же пробежали мурашки. — Переодеться сама сможешь?
— Да. Подожди минутку, я сейчас.
Не оглядываясь, доковыляла к себе в комнату и почти рухнула на кровать. И от физической усталости, и от моральной.
А ведь он меня сегодня реально спас. Снова прокручивая произошедшее, поняла, что щадить меня никто не планировал — били сильно и прицельно. Такая магия запрещена даже среди нас, это слишком разрушительное оружие. Значит, кого-то сильно приперло, если решили использовать такой наговор на сотруднике органов правопорядка. Хоть я в тот момент была и не при исполнении, зато паскудный характер всегда при мне, и теперь буду носом землю рыть, но докопаюсь до истины.
Решение придало сил, поэтому лежачую забастовку прекратила и, накинув толстый махровый халат, пошла навстречу неизбежному. В отношении Алексея я не питала иллюзий — его мягкость и спокойный тон были необходимы, чтобы привести в чувства, а теперь начнется совсем другой разговор. И вопрос, который нужно решить прямо сейчас — насколько я буду с ним откровенна?
Стопроцентного доверия не испытываю, но его у меня нет вообще ни к кому. Хотелось бы сначала узнать, с чем связано резкое потепление в отношении той, кого сам судил. В свои женские чары я верила, но не думаю, что в них дело. Значит, в чем-то другом, и неплохо бы понять, что ему нужно.
Алексей, пока меня не было, по-хозяйски расположился на кухне, успев приготовить чай. Как назло, именно такой, какой люблю — крепкий и сладкий. Поэтому перед тем, как начать расспрашивать, а то и банально скандалить, напиток пригубила, до сих пор немного морозило.
— Сможешь узнать того, кто с тобой это сделал? — он сел напротив, и перед собой поставив чашку, но пить не стал, только крутил в ладонях.
— Узнать — нет. А почувствовать — да. Тот же, кто был и два дня назад, — мельком бросив взгляд на часы, удивилась — всего-то начало двенадцатого. По внутренним ощущениям уже глубокая ночь. — Что тебе от меня нужно?
Алексей поднял брови, видимо, пытаясь сообразить, какая муха меня укусила. Только что пила чай и делилась наболевшим, а тут резко сменила тему и начала допрос.
— Сейчас?
— И сейчас, и вообще.
— Сейчас — чтобы ты рассказала всё, что знаешь о нападении. Кто это может быть и почему.
— А вообще? — в ожидании ответа туже стянула пояс халата. Чего-то нервительно стало, прямо как первоклашке.
— А вообще — ты.
Я таки клацнула зубами о край чашки. Хорошо хоть не ошпарилась. Мысли хаотично заметались, и едва ли не впервые в жизни пропал дар речи. Хотелось бы думать, что это его «ты» относится к романтическому смыслу. Приятно, черт возьми, когда говорят такое, аж сердечко сразу заколотилось. С другой стороны, мало ли что именно он имел в виду, раздолье-то какое для вариаций. Сразу вспомнилось, как мы целовались в спальне, и часть вариантов отпала. Ну, или просто отодвинулась. Эх, не о том думаю, надо мозгами раскинуть, кто меня так невзлюбил, а не девичьим мечтам предаваться…
Алексей с прежним спокойствием, теперь казавшимся несколько обманчивым, ждал ответа. И поняв, что не дождется, потому что я продолжала замершим взглядом смотреть в чашку, пару раз щелкнул пальцами передо мной. Жест театральный, зато подействовало.
— Людмила сегодня не встречалась с матерью? — все мысли, непосредственно не связанные с проблемой выживания, пришлось отодвинуть на дальний план. Если не пойму, кто так настойчиво желает вреда, никакие переживания эротического свойства волновать уже не будут. Причем, никогда.
Воропаев тихо, но выразительно хмыкнул перед тем, как ответить:
— Да, буквально на несколько минут. Думаешь, её рук дело?
В том и дело, что вряд ли, но убедиться не повредит. Потому что очень не хочется снова связываться с родней. Больно уж она у меня сильная, а главное — целеустремленная.
— Не уверена, но проверить надо, — чашку я отодвинула, все равно содержимое уже допила. — Куда ты их отправил?
— В надежное место, сидят под охраной.
— Да, кстати, глянь, какое мне письмо пришло, — на то, чтобы принести ноутбук, много времени не ушло, так что уже через пару минут показывала месседж от Варвары.