Страница 8 из 36
Как вы знаете, купить Страдивари-Оксмана так дешево удалось только благодаря необычайной удаче.
— Не понимаю.
— Подождите, мистер Кох, я еще не закончила. Не все присутствующие — участники фонда. Я пригласила Дору, потому что ее имя упомянуто в записке, а также потому, что она представляет здесь своего отца. Если мы решим продать скрипку, я уверена, мы сможем вернуть затраченные деньги участникам. Полторы тысячи долларов очень пригодятся Доре, которая из-за глупой щепетильности не желает принимать помощь своих друзей. Я пригласила Гарду, потому что она сестра Яна, Феликса — как учителя Яна, а Диего — как друга Яна, обеспечившего взнос мистера Фокса. Мистер Гилл представляет интересы мисс Хит, которая сказала, что не сможет прийти, но, по-видимому, обстоятельства переменились, и она с нами.
— У меня была встреча с важным…
— Разумеется, мисс Хит, — тон миссис Помфрет внезапно стал уксусно-кислым, — я бы многое могла вам сказать, но в стенах моего дома не стану. Скажу только одно: нас бы очень устроило, если бы вы уступили свое право на участие в обсуждении мистеру Гиллу. Однако, прежде чем мы начнем, я хочу сообщить вам нечто потрясающее…
— Какое обсуждение?! — возмутился Адольф Кох. — Что тут обсуждать? Если продажу скрипки, то какой в этом смысл, когда неизвестно, где она находится?
— Известно. Здесь. Посылку на мое имя доставили утренней почтой.
Все уставились на нее, кроме Текумсе Фокса. Он обвел взглядом всех присутствующих и увидел на их лицах различные степени удивления и любопытства. Хиби Хит, сидящая напротив него, смотрела на хозяйку дома, картинно прижав руку ко рту и широко раскрыв изумленные глаза.
— Не может быть! — выдохнула она. — Вы сказали — скрипка Яна?..
— Я сказала то, что хотела сказать, — кратко ответила миссис Помфрет.
— Любопытно, — пробормотал мистер Кох.
— Вы сказали, она здесь. Покажите, — зарокотал Диего.
— Уэллс, — распорядилась миссис Помфрет.
Секретарь исчез за ширмой, вынес оттуда картонную коробку футов трех длиной и поставил ее на стол перед миссис Помфрет. Она развернула оберточную бумагу и сунула руку внутрь.
Отбросив стул, Фокс рванулся к ней:
— Простите, но я не стал бы к ней прикасаться!
Он был уже рядом и увидел искорки смеха в ее глазах.
— Вы имеете в виду отпечатки пальцев? — сказала она, словно уступая глупой прихоти. — Их нет. Я просила полицейского комиссара прислать сюда эксперта, разумеется сохранив все в тайне. Он хотел взять ее с собой, но я не позволила.
Мягко и осторожно она вытащила руку из бумажного гнезда. Взгляды присутствующих обратились к предмету, который появился перед ними.
— Откуда вам известно, что это скрипка Яна? — сухо заметил Кох.
— Вот почему я пригласила Феликса. Феликс, будьте добры.
Бек уже был тут как тут и протянул обе руки, как женщина, принимающая на руки младенца. Фокс отступил на шаг, по-прежнему наблюдая за лицами: все смотрели на Бека.
— Похожа, — пробормотал себе под нос Кох, но так, что слышали все.
Он даже не переменил позы в отличие от некоторых: миссис Помфрет встала первой, нагнувшись к коробке.
Другие, привстав, вытягивали щей, чтобы лучше видеть.
Лишь Перри Данхэму, который оказался рядом с коробкой, было все прекрасно видно, а Хиби Хит сжимала руками горло, словно пыталась побороть невыносимое волнение, от которого вздымалась ее грудь.
На три долгие минуты Феликс Бек словно про всех забыл. Его цепкий взгляд дюйм за дюймом изучал поверхность прекрасного золотисто-красно-коричневого инструмента, старинное лаковое покрытие которого блестело и переливалось в зависимости от того, как падал на него свет. Потом Бек прижал скрипку к груди, посмотрел на миссис Помфрет и кивнул утвердительно.
— Ну что? — в унисон зазвучали голоса.
— Это Страдивари-Оксмана, — вынес вердикт Бек.
После мгновения тишины все оживились. Перри Данхэм попросил:
— Дайте посмотреть, — и протянул руку, но Бек продолжал прижимать скрипку к себе.
— Ага, значит, все-таки есть что обсуждать, — пробормотал Кох.
Хиби Хит в изнеможении рухнула в кресло. Генри Помфрет кивнул, словно в подтверждение какой-то своей мысли. Дора Моубрей снова неуверенно села. Ее примеру, хотя более решительно, последовал Тед Гилл, прошептавший что-то ей на ухо. Миссис Помфрет взяла скрипку за гриф около колков, и Бек отпустил руки.
Скрипка вернулась в бумажное гнездо.
— Мы могли бы и сесть, — заметила миссис Помфрет и подождала, пока все вернутся на свои места. — Думаю, вы согласитесь, что прежде, чем решить, что делать со скрипкой, следует обсудить еще кое-какие вопросы.
— Например, — твердо сказал Диего Зоррила, — играл ли на ней Ян в понедельник?
— А также, — вставил Тед Гилл, — от кого вы ее получили?
Миссис Помфрет кивнула.
— С этого, я думаю, и надо начать, но прежде мы должны обсудить еще кое-что. Полиция проявляет повышенный интерес к дальнейшему развитию событий.
Следователь, которого они прислали сегодня утром, хотел взять не только скрипку, но и коробку и оберточную бумагу. По моей просьбе комиссар Хомберт любезно распорядился, чтобы тот не слишком спешил. В конце концов, ведь речь идет не о преступлении, то есть Ян сам лишил себя жизни… по собственному желанию, если бедный мальчик…
— Не было у него такого желания! — с горячностью воскликнула сестра Яна. — Я не верю этому! Ян не убивал себя! И все вы об этом знаете! Кто-то, во всяком случае, знает!
— Гарда, не дури. — Перри Данхэм пристально смотрел на нее через стол. — Я был там и все видел. И Дора тоже была.
— Дора! — презрительно выкрикнула она. — Вы оба лжете! Если бы не ее фокусы…
Миссис Помфрет звонко шлепнула ладонью по столу.
— Ну, хватит, — отрезала она. — Генри предупреждал меня, что, если ты придешь, скандал обеспечен.
— И пусть! — Черные глаза Гарды сверкали, а в голосе звучала решимость. — Вам не удастся заткнуть мне рот только потому, что вы Ирэн Данхэм Помфрет! Вы заявляете, что преступления не было, но оно было! Ян был убит. Его убили!
Перри Данхэм насмешливо хрюкнул. Его мать распрямила плечи, готовясь так или иначе разрешить осложнившуюся ситуацию, однако ее опередил другой голос:
— Она права. — Дора Моубрей, крепко сцепив пальцы и положив руки перед собой на столе, поворачивала голову то в одну, то в другую сторону, словно раздумывая, к кому обратиться. — Гарда права. Ян был убит. Я его убила.
Глава 4
Гарда Тьюсар вскочила со стула так, что он опрокинулся, но это было все, что она успела сделать: Диего Зорилла крепко схватил ее за руку. Все другие голоса перекрыл голос Перри Данхэма, который с вытаращенными глазами заорал на Дору:
— Боже милостивый, ты спятила?!
— Нет, — сказала Дора, глядя не на него, а на его мать. Спазм в горле мешал ей говорить, но в голосе звучала твердость. — Я не знала, что все так обернется, но это сделала я. Когда скрипка пропала, я подумала, что это могло произойти… но… сейчас, конечно, это не так…
— Минутку, мисс Моубрей. — Текумсе Фокс сидел сбоку от нее и обращался к ее профилю. — Вы утверждаете, что застрелили Тьюсара?
Она повернула голову:
— Что я?..
— Выстрелили из пистолета. Нажали на спусковой крючок.
— Да нет же… Что вы такое говорите! Это сделал он сам. Это Ян сделал!
— Тогда, — нетерпеливо вмешалась миссис Помфрет, — что ты мелешь?
Дора снова повернулась к ней:
— Я говорю, что думаю, что это я убила Яна. Если мои слова показались вам мелодраматическими, то это получилось не нарочно. И видит Бог, я не хотела, чтобы он умер, я даже не хотела причинить ему боль, хотя раньше я к этому стремилась… Когда считала, что это он убил моего отца…
— Сука! — Плевок Гарды чуть не задел Диего и Фокса. — Так это ты пустила грязную сплетню…
— Гарда! — Миссис Помфрет не плевала, но ее голос перекрыл слова Гарды. — Замолчи сейчас же! Или ты будешь держать себя в руках, или уберешься отсюда, любой мужчина в этой комнате с удовольствием вынесет тебя на руках, если до этого дойдет. Стыдись!