Страница 90 из 120
– Михаил Тариелович, можно вас на два слова?
– Всегда к вашим услугам, ваше высочество.
– Мне хотелось бы знать ваше мнение о нынешнем положении. Вам как-то удалось утихомирить этих анархистов в Харьковской губернии. Она ведь считалась рассадником крамолы. Мы обсуждали всякие меры, вплоть до пыток, да так ни к чему и не пришли.
– Я, ваше высочество, не полагался бы на одни лишь карательные меры. Мы к ним прибегаем вот уж пятнадцать лет. И на место одиночки Каракозова получили целую организацию заговорщиков. Здесь нужны другие меры, точнее, нужна целая система мер воздействия не на одних только заговорщиков, а на все общество. Оно многим у нас недовольно и, скорее, сочувствует больше революционерам, нежели правительству.
Увлекшись, Михаил Тариелович прочел цесаревичу целую лекцию о том, каким он представляет себе дальнейшую деятельность правительства, как и все умные люди, в разговоре усевшиеся на своего конька, вовсе и не предполагая, что из их слова что-нибудь последует. Правда, был один странный момент в разговоре. Наследник ни с того ни с сего спросил, кого бы Лорис-Меликов мог рекомендовать на свое место. Тот назвал князя Александра Дондукова-Корсакова, назвал сразу, не задумываясь, – Дондуков, отношения с которым слегка подувяли, приятно удивил болгарской конституцией. И только потом задумался, к чему был сей вопрос, заданный явно не к месту. И второе. Александр Александрович как-то очень уж пылко благодарил графа Лорис-Меликова за столь интересную и содержательную беседу. На том и расстались.
В субботу 9 февраля император созвал к полудню всех министров, кроме военного, бывших на вчерашнем совещании. Пригласил и Лорис-Меликова как дежурного генерал-адъютанта.
Сообщение государя всех как громом поразило.
Генерал-губернаторство в Санкт-Петербурге упраздняется. Учреждается Верховная распорядительная комиссия. Ее начальником назначается генерал-адъютант граф Лорис-Меликов. III Отделение и корпус жандармов отныне подчиняются начальнику Верховной распорядительной комиссии. Временным Харьковским генерал-губернатором на его место назначен генерал-адъютант князь Дондуков-Корсаков.
Вот до чего могут довести ночные беседы с наследником!
Из оцепенения и растерянности Лорис-Меликова вывел густой, величественный бас Петра Александровича Валуева.
– Ваше величество, еще вчера я выражал свое категорическое мнение против такой чрезвычайной меры, но теперь, узнав, что выбор вашего величества выпадает на такое лицо, как граф Михаил Тариелович Лорис-Меликов, я вполне сочувствую такому решению.
И начал расписывать ум, решительность и недюжинный здравый смысл Лорис-Меликова, помянув и Каре, и Ветлянку, и единственное оправдавшее себя генерал-губернаторство в Харькове, откуда Михаил Тариелович привез очень толково и дельно составленный всеподданнейший доклад, выводы из которого следовало бы распространить по всей империи.
Валуев потому противился созданию некой верховной комиссии, что полагал ее автором генерала Трепова. Соответственно, и возглавил бы ее Федор Федорович и учинил бы по всей России такой полицейский произвол – куда там Тотле-бёну с его Панютиным! А тут Петр Александрович вздохнул с облегчением, и дневник его за ближайшие дни хоть и сдержанно, не так, как в письмах прошлого года, все-таки выражает большие надежды в связи с этим назначением.
Председателю Комитета министров и было поручено изготовить императорский Указ Правительствующему Сенату по сему поводу. 12 февраля 1880 года указ был подписан, а спустя три дня опубликован в «Правительственном вестнике»?
Диктатура сердца и мысли
«УКАЗ ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕМУ СЕНАТУ В твердом решении положить предел беспрерывно повторяющимся в последнее время покушениям дерзких злоумышленников поколебать в России государственный и общественный порядок, Мы признали за благо:
1. Учредить в Санкт-Петербурге Верховную распорядительную комиссию по охранению государственного порядка и общественного спокойствия.
2. Верховной распорядительной комиссии состоять из Главного начальника оной и назначенных для содействия ему, по непосредственному его усмотрению, членов комиссии.
3. Главным начальником Верховной распорядительной комиссии быть временному Харьковскому генерал-губернатору, Нашему генерал-адъютанту, члену Государственного Совета, генералу от кавалерии графу Лорис-Меликову, с оставлением членом Государственного Совета и в звании Нашего генерал-адъютанта.
4. Членов комиссии назначать по повелениям Нашим, испрашиваемым Главным начальником комиссии, которому предоставить, сверх того, право призывать в комиссию всех лиц, присутствие коих будет признано полезным.
5. В видах объединения действий всех властей по охранению государственного порядка и общественного спокойствия, предоставить Главному начальнику Верховной распорядительной комиссии по всем делам, относящимся к такому охранению:
а) Права Главноначальствующего в Санкт-Петербурге и его окрестностях, с непосредственным подчинением ему санкт-петербургского градоначальника.
6) Прямое ведение и направление следственных дел по государственным преступлениям в Санкт-Петербурге и Санкт-петербургском военном округе – и
в) Верховное направление упомянутых в предыдущем пункте дел по всем другим местностям Российской Империи.
6. Все требования Главного начальника Верховной распорядительной комиссии по делам об охранении государственного порядка и общественного спокойствия подлежат немедленному исполнению как местными начальствами, генерал-губернаторами, губернаторами и градоначальниками, так и со стороны всех ведомств, не исключая и военного.
7. Все ведомства обязаны оказывать начальнику Верховной распорядительной комиссии полное содействие.
8. Главному начальнику Верховной распорядительной комиссии предоставить испрашивать у Нас непосредственно, когда признает сие нужным, Наши повеления и указания.
9. Независимо от сего предоставить Главному начальнику Верховной распорядительной комиссии делать все распоряжения и принимать вообще все меры, которые он признает необходимыми для охранения государственного порядка и общественного спокойствия как в Санкт-Петербурге, так и в других местностях Империи, причем от усмотрения его зависит определять меры взыскания за неисполнение или несоблюдение сих распоряжений и мер, а также порядок наложения сих взысканий.
10. Распоряжения Главного начальника Верховной распорядительной комиссии и принимаемые им меры должны подлежать безусловному выполнению всеми и каждым и могут быть отменены только им самим или особым Высочайшим повелением, и
11. С учреждением, в силу именного указа Нашего, Верховной распорядительной комиссии по охранению государственного порядка и общественного спокойствия, учрежденную таковым же указом от 5 апреля 1879 года должность временного Санкт-Петербургского генерал-губернатора упразднить.
Правительствующий Сенат, к исполнению сего, не оставит сделать соответствующее распоряжение.
На подлинном Собственною Его Императорского Величества
рукою подписано:
АЛЕКСАНДР. В Санкт-Петербурге. 12 февраля 1880 года».
Новый царский указ, писанный в строгих, безоговорочных тонах и, что на первый взгляд жутковато, предоставлявший никому в столице толком не известному генералу фактически диктаторские права, никого успокоить не мог. Ни даже удивить. По городу все эти дни ходили слухи один мрачнее другого, будто бомбисты готовят хороший фейерверк предстоящему юбилею тирана на престоле, кто-то видел какие-то на сей счет грозные прокламации, а в иных домах боялись массовых поджогов и грабежей уличной толпы, науськанной революционерами. Люди предусмотрительные укладывали чемоданы и гадали, куда ехать: за границу дорого, а в деревне еще неизвестно, как тебя свои же крестьяне встретят…