Страница 14 из 54
— Кристина — это девушка в голубом? — уточнила Алиса.
— Она, — согласилась Добрынина и принялась энергично пережевывать кусок буженины. — Спросите о ком-нибудь еще.
— Кто вот этот пожилой мужчина в полосатом костюме?
— Это наш бизнес-аналитик — Шепс Эрнест Фридрихович.
— Он — немец?
— Чистокровный ариец, — утвердительно кивнула Добрынина и весело хрюкнула. — Его родители переехали в Россию, лет, эдак, пятьдесят назад, да так и прижились. Но привычки остались. Раз положено по этикету явиться в пиджаке, то он непременно так и сделает. Даже если на улице будет плюс сорок и все разденутся до трусов, прости Господи, этот будет до последнего париться. Эрни жутко нудный и дотошный, но ужасно профессиональный. Да Касаткин других и не держит.
Не заботясь о приличиях, в отличие от вышеупомянутого Шепса, она залпом допила плескавшееся на дне бокала вино и поморщилась.
— Кислятина страшная! Ладно, милая Алиса, я отлучусь минут на пятнадцать. Так сказать, по природной необходимости, — добавила она заговорщицким шепотом, — а когда вернусь, мы с вами продолжим наш увлекательный разговор. Кстати, вы когда уезжаете?
— Завтра вечером.
— А зря. Мы здесь все до среды. Вроде как подарок от начальства в честь юбилея фирмы. Четыре дня работы, умело замаскированной под отдых на природе. Впрочем, не исключаю, что можно совместить полезное с приятным. Может и вы с нами? Подумайте, Алиса! Мы бы с вами все-таки нашли время, чтобы забацать шашлычков, по-простому, без бантиков, — она щелкнула по значку, приколотому к платью, — скрипок и скучной спаржи.
— Я подумаю, Марина Вячеславовна! — Алиса улыбнулась.
Марина со скрипом отодвинула свой стул, с грацией бегемота вылезла из-за стола и, махнув Алисе полной рукой, направилась к выходу.
Алиса, пользуясь тем, что наконец осталась одна, быстро сунула в рот кусочек бекона и чуть не замурлыкала от удовольствия. Она вдруг почувствовала, что ужасно голодна.
— Ну, как ты тут без меня?
Сергей присел рядом и чмокнул ее в щеку.
— Нормально. Слушай, эта Марина — классная тетка! Она вообще кто?
— Добрынина-то? Она — правая рука Касаткина. Финансовый директор и просто хороший друг. Кстати, они в девяностые вместе начинали. Если честно, то Егор Николаевич на все сто доверяет только ей.
— О-го! — от души удивилась Алиса, — А так и не скажешь. Такая простая, веселая! С ней легко.
— Согласен, — засмеялся Сергей. — Она свой парень, но это только для своих. Во всем, что касается работы, она жесткая и непримиримая, фору даст любому мужику. Людей видит лучше любого рентгена.
— Замужем?
— Уже нет. Муж умер несколько лет назад. Она его очень любила. Поговаривают, что она переживала страшно, хотя и не показывала виду. Железная леди.
— Жаль, — искренне посочувствовала Алиса. — А я смотрю, ты в «КЕН-Строе» уже стал не последним человеком.
— Надеюсь, — улыбнулся Сергей. — По крайней мере, с Мариной мы теперь на короткой ноге, а это дорогого стоит.
— Надо думать. Ну а ты что поделывал?
— Работал работу на работе, оплата деньгами, — отшутился Шатров, — Вон, видишь седого дядьку в светлом пиджаке и очках?
— Ну, вижу. Судя по всему, эти очочки стоят, как подержанный истребитель, — хмыкнула Алиса. — И что с этим буржуем?
— Это мой непосредственный начальник — Пахомов Илья Борисович. Глава юридической службы. Хороший мужик, у него есть чему поучиться. Профессионал, старой классической школы.
— О чем болтали?
— Да так, — уклончиво отозвался Сергей, — обсудили кое-какие рабочие моменты. Не бери в голову, лучше расскажи, что тебе поведала Добрынина, — Сергей подцепил вилкой кусочек ветчины из Алисиной тарелки и немедленно отправил его себе в рот.
— Ничего особенного, — пожала плечами Алиса. — Обычный треп, но мне было приятно с ней общаться.
— А куда она подевалась?
— Отошла носик припудрить. Хотя Марина Вячеславовна была более выразительной.
— Да, это она умеет, — рассеянно согласился он, глядя куда-то в сторону.
Алиса проследила за его взглядом: на другом конце павильона она заметила хозяина мероприятия, Егора Николаевича. Как раз в это время его вниманием завладел худощавый мужчина, одетый в светлую сорочку. На шее у него вместо галстука был повязан элегантный платок. Его взгляд показался Алисе каким-то мутным, а манеры — излишне-навязчивыми. Касаткин слушал его с непроницаемым лицом, но создавалось впечатление, что разговор был ему не совсем приятен.
— Что-то случилось, Сереж?
— Ничего. Просто хочу поговорить с Касаткиным без свидетелей. Вот выжидаю подходящего момента. Хотя Крутицкий — тип приставучий. Боюсь, что он не скоро оставит его в покое.
— Ясно. А почему ты не поговорил с Егором Николаевичем сегодня днем? Вы же, вроде, договаривались.
— Договаривались, но он так и не смог вырваться. К нему сын с невесткой приехали. Там у них какие-то свои проблемы.
— А, понятно. И что за проблемы?
— Понятия не имею. Ну, кажется, мне повезло.
Алиса увидела, как в этот момент Крутицкий, извинившись, отошел от Егора Николаевича, отвечая на телефонный звонок.
— Все, прости, не скучай. Скоро приду, — Сергей мимоходом поцеловал Алису в щеку и пошел к Касаткину.
Она не заметила, что еще одна пара глаз пристально следит за происходящим.
Глава седьмая
Алиса встала, взяла с подноса прозрачный бокал на высокой тонкой ножке, не спеша прошлась по берегу, а потом направилась к маленькому причалу, возле которого в густых камышах на привязи качалась небольшая лодчонка. Рискуя замочить свои новые замшевые туфли, она спустилась к самой воде, шагнула в лодку и присела на деревянную лавочку на корме.
Вечерний воздух был напоен ароматами теплой земли, резеды и горьковатым запахом полыни. В светлом июньском небе соседствовали яркое закатное солнце и бледная, едва заметная, луна, чуть прикрывшаяся легким пушистым облаком. На противоположном берегу пруда черно-белые стволы берез ласкала снизу высокая шелковая трава. Алиса невольно залюбовалась этим простым, но таким удивительно красивым пейзажем.
За спиной что-то зашуршало, Алиса обернулась и поняла, что кто-то, видимо, как и она, решил предпочесть свежий воздух светским беседам и пустым улыбкам. За густыми зарослями было совершенно невозможно разглядеть ее случайного единомышленника, однако к воде явно приближались.
— Так что вы решили? — услышала она негромкий женский голос.
— Вы с ума сошли?! Нас здесь могут увидеть!
— Прекратите психовать! Чем быстрее я получу ответы на свои вопросы, тем быстрее уйду.
— Мне нужно еще время. Вы требуете невозможного. Такие дела быстро не делаются!
Ее собеседник разговаривал каким-то странным шуршащим шепотом.
Алиса похолодела от страха, она поняла, что невольно оказалась свидетелем какого-то разговора, явно не предназначенного для чужих ушей. Больше всего на свете в эту минуту она боялась быть обнаруженной, поэтому почти легла на дно лодки и старалась дышать как можно тише.
— Почему же? По-моему, все справедливо. К тому же, судя по вашим поступкам, для вас вообще нет ничего невозможного, — незнакомка недобро усмехнулась и притопнула ногой, отчего в камыши с тихим шорохом скатились мелкие камушки. Один из них стукнул в деревянный борт лодки. От неожиданности Алиса вздрогнула, и бокал, стоящий рядом, с тихим звоном упал на дно возле ее ног.
— Здесь кто-то есть? — произнес испуганный свистящий голос.
— Уймите свою больную фантазию, мы здесь одни.
— Дайте мне еще один день. Я постараюсь уладить наше недоразумение.
— И это вы называете недоразумением?! Вы просто чудовище! Для вас загубленные человеческие жизни и судьбы — всего лишь недоразумение.
— Не нужно пафоса! Лучше скажите, где документы? — в шепоте слышалась еле сдерживаемая ярость.
Женский голос разразился тихим презрительным смехом: