Страница 32 из 40
Я знал, где нахожусь. Тот, кто хоть раз побывал на Второй авеню, никогда этого не забудет. Дом, откуда я вышел, был старым, обшарпанным и грязным. В одном из окон красовалась табличка: “Сдается внаем”. Забегаловка на углу уже закрывалась, и человеческое отребье, обитающее в этих местах, неохотно расползалось оттуда, растворяясь в тумане. Я шел не торопясь, почти неотличимый от них. Еще один бесприютный бродяга, ищущий себе пристанища. Добравшись до телефонной будки, я набрал номер полиции.
— Советую вам прислать наряд полиции в старый сарай в районе Второй авеню.
Все-таки они действуют на редкость быстро. Не прошло и пяти минут, как я услышал сквозь шум дождя вой сирены, и мимо меня промчалась патрульная машина. Что ж, им там будет на что посмотреть. Я достал бумажник и изучил его содержимое. Все было на месте, кроме денег. Но именно деньги требовались мне сейчас больше всего. Чуть дальше по улице светились окна какой-то забегаловки. Я вошел и остановился у двери. Двое пьяниц дремали у стойки, и еще один парень развлекался игрой на тромбоне.
Мне ничего не оставалось делать, как подойти к стойке и положить на нее свои часы.
— Мне нужна монетка позвонить. Можете взять мои часы.
— За монетку? Что за глупости, парень? Хочешь кофе?
— Нет, спасибо. Мне надо позвонить.
Бармен осмотрел меня с головы д6 ног, тихо охнул и, порывшись в кармане, протянул мне монетку вместе с часами.
— Возьми. Я знаю, как оно бывает.
Пата дома не оказалось. Я позвонил к нему на работу, но и там его не было. Дежурный поинтересовался, что ему передать.
— Время не ждет, парень, и, если я не свяжусь с ним сейчас, он потеряет важный след.
Несколько секунд в трубке раздавался только треск — видимо, дежурный с кем-то советовался. Потом я снова услышал его голос:
— Мы попробуем связаться с капитаном по рации. Вы можете дать мне номер вашего телефона?
Я назвал ему номер и сказал, что буду ждать. Бармен внимательно наблюдал за мной. На стойке возле него дымилась чашка кофе, рядом лежала пачка сигарет. Когда я закончил разговор, он дружески кивнул мне и жестом указал на них. Лучшего трудно было и пожелать. После кофе колени мои перестали дрожать и я практически пришел в норму. Я сидел и курил, иногда поглядывая в окно. Открылась дверь, и в бар ворвалась струя холодного воздуха. Вошел еще один музыкант со скрипкой в футляре, устало сел и заказал кофе. Откуда-то с улицы донесся вой полицейской сирены. Я вновь задумался и опомнился, лишь когда вошел Пат. Лицо его было равнодушным и усталым, под глазами легли темные круги. Уголок его рта иногда чуть подергивался, и тогда он торопливо прикрывал его рукой.
Он подошел ко мне и сел рядом:
— Кто это тебя так отделал?
— Я плохо выгляжу?
— Ужасно.
Я усмехнулся. Два-три дня все тело у меня будет болеть, но все же я легко отделался.
— Они сцапали меня, но я сумел выкарабкаться. Пат прищурился и очень пристально посмотрел на меня.
— Неподалеку отсюда случилось небольшое происшествие. Уж не ты ли приложил к этому лапу?
— А какова официальная версия?
— Видимо, оставшийся в живых парень укокошил троих своих сообщников. Для него это конец.
— Так сказал коронер?
— Да. И я это подтвердил. Два эксперта утверждают то же самое. Правда, сам парень упирается. Он еще не совсем протрезвел и несет что-то об убийстве Берги Торн, в котором он участвовал. Но когда ему втолковали, что он натворил сейчас, он умолк и не говорит больше ни слова. Никогда не видел, чтобы кто-нибудь так боялся.
— Значит, так оно и останется?
— Никаких других версий нет. А ты что скажешь? Я затянулся и бросил окурок в пепельницу.
— Я, конечно, мог бы добавить к этому кое-какие детали, но они сейчас не важны. Когда-нибудь за кружкой пива я расскажу тебе эту интересную историю.
— Да, так будет лучше, — согласился Пат. — У меня уже в ушах звенит от телефонных разговоров. К нам пришла сестра Эвелло со счетом, и за вчерашний день мы проследили множество связей. Нити тянутся в такие злачные местечки, что тебе и не снилось. Во Флориде и Майами уже взяли кое-кого, и не только мелкую рыбешку.
— Назови имена, Пат.
— Кое-какие ты знаешь, кое-какие нет. Но это имена шестерок, а не тузов. Полиция Майами провела рейд и накрыла их местного босса и заимела кучу информации о каналах распространения наркотиков в Штатах. Теперь этим занялось ФБР, и далеко не впустую.
— А как насчет Билли Миста? — осведомился я.
— Ничего... Его не могут найти.
— А Лео Гармоди?
— Нам нечего ему предъявить.
— Эл Аффия мертв...
— Тебе что-нибудь известно об этом? — торопливо осведомился Пат.
— Он получил по заслугам.
— Кто-то здорово над ним позабавился.
Я кинул взгляд на Пата и закурил еще одну сигарету.
— А насколько продвинулось следствие?
— Отпечатков пальцев на бутылке не осталось.
— А каково твое мнение?
— Его темный бизнес процветал. Двоих предшественников Эла тоже убили. И если главарь умер, значит, кто-то же готов занять его место?
Дождь усилился. Теперь с неба доносились еще и раскаты грома. Пьяницы поднялись, с несчастным видом посмотрели в окно, надвинули поглубже шляпы и вышли в ночь.
Музыкант сунул футляр со скрипкой под пальто и тоже направился к двери. Но у него-то, по крайней мере, был шанс поймать такси.
— Ты видишь картину целиком, Пат? — спросил я.
— Да, но очень запутанную.
— Ты не совсем прав, дружище. Сонная поволока мгновенно исчезла из его глаз. Он поглядел на меня и заговорщицки ухмыльнулся:
— Выкладывай. Я пожал плечами:
— Ладно. С чего начать?
— С Берги Тори.
— Хорошо. Давай попробуем связать все вместе. Я буду рассказывать, а ты следи за ходом моих мыслей. Десять... двенадцать, а может быть, и пятнадцать лет назад некий парень, работавший на мафию, вез сюда груз наркотиков. На корабле он познакомился с девушкой и полюбил ее. Так в этом деле появилась Берга Торн. Вместо того чтобы передать груз по назначению, парень решил присвоить его себе, хотя понимал, что рискует головой.
— Николае Раймонд, — пробурчал Пат. Я изумился, но кивнул:
— Николае обдурил их всех. Они не могли его прикончить, пока не найдут наркотики. А он был не такой дурак, чтобы наводить их на след. Весь товар стоил два миллиона баксов, и мафия весьма в них нуждалась. Ник жил-поживал и в один прекрасный день погиб в результате несчастного случая. К тому времени до них дошел слух, что он открыл секрет Берге или что она сама его узнала. Но все произошло вовсе не так. Николае оказался гораздо хитрее, чем они думали. Он втолковал Берге, что она должна сделать, если он погибнет, но не указал ей ни места, где хранится эта дрянь, ни способа, которым ее можно заполучить. Мне кажется, сперва они пытались запугать ее, и тогда она наняла телохранителя. Он увлекся ею и тоже впутался в это дело. Мафии это не понравилось. И, как только он встал им поперек дороги, они убрали его.
Пат слушал внимательно. Но его лицо оставалось равнодушным, как будто я не сообщил ему ничего нового.
— Теперь перейдем к Эвелло, — продолжил я. — Когда ему не удалось запугать Бергу, он решил действовать хитростью. Он сделал вид, что влюблен, содержал ее и, возможно, даже обещал жениться на ней. Не знаю, то ли он переиграл, то ли Берга оказалась умнее его... Но так или иначе, она ему не поверила, поняв, что он связан с той же шайкой. Но она додумалась еще кое до чего. Она как-то узнала, что они все ищут, и решила, что может избавиться от Карла, дав показания в комиссии Конгресса, а потом прибрать наследство Николаса к рукам.
Пат чуть встрепенулся, и я понял, что он об этом ничего не знал.
— Обе стороны отбросили всякие церемонии. Гангстеры охотились за Бергой. Они до смерти напугали ее, и она решила хоть на время укрыться от них в лечебнице.
— Это была ее самая большая ошибка, — заметил Пат.
— Ты упоминал какую-то женщину, которая приходила навестить Бергу.