Страница 40 из 147
— Как у нас дела? — нетерпеливо спросил Алексей, взбегая по трапу.
— Билеты проданы, но, как видишь, осталось человек тридцать чьих-то друзей. Капитан ругается, что уже перебор, боится, начерпаем воды. В принципе, остались только нормальные ребята. Денег ни у кого нет, может, возьмем их, пока капитан не видит, и отчаливаем?
— Конечно, действуй. Я займусь музыкой. Подойдя к трапу, Андрей облокотился на перила и тихо сказал:
— Все, кто здесь находится, заходите на борт. Отплываем.
Не веря своему счастью, молодежь с радостными возгласами устремилась на «Чайку». Андрей махнул матросу, тот отдал швартовы, прыгнул на борт и стал втаскивать трап. Раздался короткий гудок. Тяжело груженный, низко сидящий в воде теплоход вздрогнул от напряжения и выпустил из трубы черный столб солярочного дыма. Между его бортом и пристанью стала расползаться линия воды.
Громко крича и махая руками, по набережной к дебаркадеру бежал Игорь Длинный. За ним поспешали Заяц и две какие-то барышни.
— Зайчила! Привет! — закричал Андрей, смеясь над комичностью ситуации и в то же время жалея друзей, досадно опоздавших на каких-то пять минут.
— Андрей! — надрывался Длинный, силясь перекричать музыку. — Заберите нас!!
— Поздно!! Не могу!
Выгребая против течения, «Чайка» медленно набирала скорость, устремляясь к Дворцовому мосту. На небольшом предварявшем поход совещании было решено сначала плыть к Охтинскому мосту, там разворачиваться и на всех парах обратно к Адмиралтейским верфям. Последний мост разводился в половине второго ночи, и до начала движения грузовых судов нужно было успеть вернуться и встать на якорь возле крепости. Впрочем, на маршрутный план все махнули рукой и положились на опытность капитана.
Корабль медленно плыл мимо сияющих огнями набережных. Желая насладиться, большая часть пассажиров собралась на верхней палубе и оттуда любовалась величественным видом. Речной плоскодонный кораблик, не рассчитанный на то, чтобы более сотни человек находилось выше ватерлинии, стал опасно крениться из стороны в сторону и черпать воду бортами. Распахнулась капитанская рубка, и строгий голос, усиленный репродуктором, сказал:
— Уважаемые экскурсанты! Мы можем перевернуться, если часть из вас не покинет смотровую палубу. Пожалуйста, спускайтесь в салон и равномерно распределяйтесь по бортам!
Большинство, в основном изрядно струсившие от сильной качки девушки, услышав предупреждение, бросились вниз. Ситуация стабилизировалась, и путешествие продолжилось.
В невысоком, но длинном салоне синим пламенем горел ультрафиолетовый фонарь. Его неясный свет заставлял светиться одежду и зубы, лица же танцующих оставались в полутьме. В плотно заполненном танцполе люди распознавали друг друга буквально на ощупь. Узким лучом над головами махала поворотная фара, на носу корабля крутилась желтая мигалка, и при таком световом минимализме пассажиры весело затанцевали. Расчет был верный — погруженные в полутьму зрители могли видеть ночной город, проплывавший за стеклами салона.
Двигаясь между плотно сгрудившимися вдоль бортов компаниями, Андрей пробирался наверх, в капитанскую рубку. В руке он нес полиэтиленовый пакет, в котором позвякивали бутылки. Троекратно постучавшись, он вошел в рубку и закрыл за собой тяжелую дверь. Капитан знаком пригласил присесть, Андрей уселся в кресло и выложил на пульт управления пачку денег.
— Вот, всё как и договаривались.
- Хорошо, - кратко отреагировал капитан, пряча деньги в карман кителя.
- Вы пересчитывать не будете?
- Ну, я думаю у нас без обмана?
- Конечно.
Немного помедлив, Андрей стеснительно предложил:
- Игорь Валентинович, возьмите, пожалуйста, ну, от нас, в общем. - Он вытащил литр водки и две бутылочки с пепси.
- Да вы что! Я же, так сказать, за рулем, двести душ везу,
- запротестовал капитан, не предпринимая, однако, попыток отказаться от презента.
- Я тогда пойду. Если мы вам понадобимся, подайте короткий гудок, хорошо?
- Гудеть не положено, но ладно. А вы услышите?
- Конечно.
Закончив умасливание капитана, Андрей с облегчением выбрался наружу. Свежий ветер бодрыми порывами метался между рядами скамеек, на которых обнимались поддавшиеся очарованию ночи влюбленные парочки.
Андрей прошел смотровую палубу, спустился вниз и столкнулся с Габриэлем и Яночкой, созерцавшими ночной город с кормы корабля. В руках у Гарика была пузатая бутылка темного стекла, и при виде друга он взмахнул ею, облив палубу налитком.
- Здорово, Андрон! - закричал он. - Хлопнешь с нами? Папаня привез из рейса. С корабля на бал.
- Андрю-юша! - нараспев поприветствовала Яночка, по-дружески целуя Андрея в щеку.
- Что пьете?
- Настоящие мореманы пьют только ром! - ответил Гарик уверенным тоном, протягивая бутылку.
Андрей отхлебнул из горлышка, закашлялся, горячая волна поднялась из глубины груди, перехватила дыхание. По приказу Гарика через мгновение процедуру, пришлось повторить. До этого раза Андрей никогда не пробовал таю крепких напитков и был потрясен силой воздействия. Глаза заслезились, нос хлюпнул, в голове затуманилось, он задышал ртом, попытался разбавить крепость воздухом, закашлялся, и туг же ему очень захотелось курить. Похлопав себя по карманам, он поспешно достал пачку, прикурил сигарету и, щурясь увлажненными глазами, умиротворенно улыбнулся друзьям.
- Как пошло? — поинтересовался Гарик, прикладываясь к бутылке.
Ответить не удалось. Хохочущая компания общих друзей вышла на корму и заполнила это маленькое пространство. Возникла оживленная беседа и общий обмен впечатлениями, сразу же поглотивший приватный диалог. Бутылка пошла по кругу и очень скоро, по старой морской традиции, полетела, пустая, за борт. Андрей смотрел на сияющие лица друзей и, выпуская вихрящиеся струйки табачного дыма, чувствовал себя счастливейшим человеком на свете. Он и на самом деле был абсолютно счастлив, поскольку находился среди интересных людей, громко играла музыка, под ногами качалась палуба, а за развевающимся от ветра красным флажком весело пенилась волна. Идея с пароходиком так удачно выстрелила, что попала, как говорится, не в бровь, а в глаз. Необычность обстановки опьяняла присутствующих сильнее любого вина. Проплывающие мимо набережные, мосты, машущие руками пешеходы и свежий балтийский ветер — все это сильно приободряло, и позитивные вибрации наполняли сердца путешественников радостным трепетом.
Оставив шумную компанию, Андрей устремился в громыхающий басами салон. Снаружи эта плавающая оранжерея выглядела демонически. В тяжелом ультрафиолетовом сумраке, разрубаемом быстрыми махами белой фары, колыхались ярчайшие пятна одежд. Среди неясных силуэтов мерцали огоньки сигарет, а по стеклам салона, догоняя друг друга, с бешеной скоростью носились два желтых луча. Салон был до отказа наполнен танцующими. Музыка гремела не чисто, но все же сносно. Шагнув за стоику бара, единственного места, в котором не было тесно, Андрей увидел Марата и двух его друзей, с которыми он познакомился в Планетарии. Молодые люди увлеченно танцевали, скаля ослепительно горящие зубы. Махнув им рукой, он хлопнул пробкой шампанского и стал наполнять стаканчики шипучим вином. Друзья приблизились, утирая пот, поздоровались и принялись за угощение.
— Классная идея — устроить вечеринку на воде, — возбужденно кричал Марат. — Как вам удалось заполучить такой кораблик?
— Дискомафия, — засмеялся Олег Назаров.
Светловолосый Денис Одинг улыбнулся и поинтересовался:
— А куда плывем?
— До Смольного, потом обратно — начнется проводка судов, и движение закроется. Будем стоять у Петропавловки, а обратно к шести.
— Круто!
Андрей разглядел брата, машущего ему и з-за пульта рукой, выскользнул из бара и стал пробираться на нос. Согнувшись над магнитофонами, Алексей колдовал с кассетами. Вокруг стола было очень многолюдно, но больше всех за спиной у диджея выделялась группа красивых девушек. Среди этих длинноногих красавиц Андрей узнал улыбающуюся Алину, принцессу подиума, давно дружившую с «Танцполом». Очевидно, она и привела с собой эту смеющуюся и очень довольную происходящим футбольную команду манекенщиц.