Страница 41 из 54
Какая-то смесь бешенства, ненависти и глубокого раскаяния клубком перевернулась в груди императора, и он выкрикнул:
- Отставить.
И потом, обращаясь к женщине:
- Что же в тебе такого, что самого отъявленного труса делает героем?!
Поскольку ответом на его вопрос была тишина, император распорядился:
- Всех доставить во дворец и запереть в башне.
Вскочил на коня и умчался, словно за ним гнался сам дьявол.
***
Лучше сидеть в заточении в башне, чем быть на том свете.
***
Пленники так переутомились и перегорели эмоционально, что тут же уснули вповалку. У Лайлин была отдельная камера. Комнатка на самом верху, в которой все окна были предусмотрительно забраны решетками. Все оружие у нее отобрали сразу, еще там, в лесу. Замечательно, даже убить себя нечем. Остается только ждать своей участи.
***
Мейди нашла своего мужа в кабинете, сидящим на полу у стены. Он тупо размазывал сиреневую пыль, оставшуюся от цветов, что когда-то оставил в знак любви у той женщины на подушке.
В знак любви.
Так что же с ним случилось, почему он поступил с ней как со злейшим врагом? За что? За что чуть не убил всех ее близких? За что? Что с ним…
Мужчина Вэй закрыл лицо руками, поняв, что в комнате не один. Мейди молчала.
- Что тебе, Мейди7
- Вэй…
- Что, Вэй? – голос у него был усталый и больной.
- Вэй, кого недавно привез твой отряд? Кого ты приказал заточить в башне? У меня очень нехорошие подозрения.
- Преступников.
- И в чем же их преступление?
Вэй снова закрыл лицо руками и горько засмеялся:
- В том, что они спасли мне жизнь, когда я был ранен и скрывался от ищеек моего братца Сэнга. В том, что рискуя жизнью, смогли прикрыть мой зад и отвели слежку, сделав эту запись в своем брачном свидетельстве. В том…
Его голос подозрительно сорвался. Император несколько раз вдохнул глубоко, возвращая себе способность говорить.
- В том, что она… она…
Говорить он больше не смог.
Мейди некоторое время молчала. Но эта маленькая хрупкая женщина, дочь северного Владыки, обладала острым умом, сильным независимым характером и огромным мужеством, что странным образом сочеталось с полным отсутствием злопамятности и веселым, добрым нравом. К тому же она была откровенна, очень откровенна, и никогда не боялась сказать мужу правду в лицо. Переварив те признания, что ей пришлось услышать, она сделала свои выводы. И для начала высказалась.
- Неужели ты сделал это? Не могу поверить…
Вэй словно пришел в себя и ощетинился. Ему не нравилось, когда кто-то указывал на его ошибки, но Мейди не собиралась молчать.
- Как ты мог? Эти люди спасли тебе жизнь, прятали тебя… Как ты мог?!
И тут он взорвался.
Вскочил и забегал по комнате.
Императору просто необходимо было защитить себя, спрятаться в обиду, в крик. Да, он и сам понимал, что это признак слабости.
- Молчи! Не твое дело! Не смей осуждать меня, женщина! Не смей! Или я не знаю, что сделаю!
Мейди, не говоря ни слова, поклонилась и вышла. Джан-Кай-Лаон-Сит-Вэй остался один. Император запустил в стену старинной вазой, раздался грохот, брызнули черепки. Потом закрыл лицо руками. Мейди права. Тысячу раз права! Он не должен был этого всего делать.
За той вазой в стену полетела следующая, а за ней еще и еще. Слуги, слушая грохот, несущийся из покоев императора, только втягивали головы в плечи. Никому и в голову не пришло соваться под горячую руку. Однако, удивительным образом, битье посуды способствовало прочищению мозгов у императора. И через полчаса он вышел из комнаты и направился прямо к своей любимой жене Мейди. Та, конечно, дулась на мужа, но она была очень умная и незаурядная женщина, к тому же отходчивая, а потому, когда он вошел, встретила его с улыбкой. А у императора значительно полегчало на душе при виде улыбающейся жены.
- Муж мой, чем ты расстроен? – словно ни в чем не бывало, спросила Мейди.
- Мейди, мне нужен твой совет.
- О, я всегда готова помочь тебе, Вэй.
Он присел рядом с ней, взял ее руки в свои и рассеяно поцеловал. Мейди ждала.
- Прости, что накричал.
- Пустое, - она взглянула на него, - Расскажи мне, что тебя гнетет.
Он зарылся лицом в ее руки.
- Мейди. Я не знаю, что мне делать… Как исправить…
- Мой Государь, скажи мне, тебе ведь нужна эта женщина?
Он смотрел в глаза жене долго, потом признался:
- Да.
- Тогда положись на меня, я все устрою. Но тебе придется официально признать ее женой и второй императрицей.
Император попытался возразить, однако Мейди остановила его:
- Вместе со всеми ее мужьями. Без них ты не получишь эту женщину. Или ты не хочешь ее?
- Хочу… Но как?! Где это видано, чтобы император был седьмым мужем?
- По сравнению с тем, что сделал ради нее твой сводный брат Сэнг, будучи императором, это всего лишь детская шалость. Подумай только, он ведь изменил Закон! Закон! А тут всего лишь мужья. Мы найдем, как это обыграть, поверь.
- Мейди, скажи мне…
- Да, что ты хотел знать?
- Почему ты это делаешь?
- Делаю что?
- Ну… помогаешь мне жениться на другой женщине…
- Во-первых, не просто на другой женщине, а на незаурядной, великой женщине, женщине-легенде, которая итак уже давно твоя жена, а во-вторых, я люблю тебя и хочу, чтобы ты был счастлив.