Страница 2 из 10
Шлюха изящно выразилась на ее счет, Матвеева замолкла, сраженная наповал, – за свои почти что пятьдесят лет она вряд ли слышала подобные обороты и словосочетания. Как и Егор, он и сам подивился словесному запасу проститутки и решил, что пора заканчивать эту комедию или дело зайдет слишком далеко.
– Убрать, – скомандовал он, и Павлов тут же оказался рядом, оттеснил Егора, легонько взял загорелого дядю за локти и повернул, как в балете. Дядю занесло, полотенце слетело, он тяжко плюхнулся на кровать и торопливо прикрылся ладошками.
– Нельзя, – наклонившись к нему, сказал Павлов, – у нас не разрешается. Здесь не бордель, что непонятно?
Шлюха помалкивала, что-то в облике и поведении Павлова говорило ей, что лучше держать язык за зубами. Она откинула одеяло, села, потянулась, Павлов швырнул ей в лицо ворох одежды с соседней койки.
– Одевайся и вали, – приказал он, и девка принялась пристраивать на тощую грудь подозрительных размеров лифчик. Матвеева фыркнула и отступила в коридор, Павлов отошел к двери.
– Я договорился, – уже примирительно протянул мужик, натягивая портки, – с ним.
Он показал на Женю, и тот совсем потерялся, взмок и все тер ладонями виски, опасливо поглядывая на Егора. Тот поманил управляющего к себе, но Женя не шелохнулся. Проститутка натянула короткую майку, повела костлявыми плечами и ободряюще улыбнулась ему – иди, мол, семи смертям не бывать… Женя ссутулился и побрел навстречу Егору, поравнялся с ним и умоляюще смотрел в глаза. Вернее, глянул один раз и зажмурился, Егор рванул его за плечо и выкинул в коридор. Матвеева шарахнулась к окну, Женя врезался в стенку и неожиданно резко развернулся, рыпнулся к лестнице, но Егор оказался у него на пути.
– Тебя предупреждали? – Он шагнул к управляющему, и Женя попятился. – Тебе говорили, скотина?
Тот затряс тощей бороденкой, что-то вякнул, и тут Егор не выдержал – врезал ему кулаком в живот. Женя побледнел еще больше, задохнулся, взмахнул руками и охватил еще раз, уже в правое подреберье. Удар был вполсилы, но этого хватило – Женю отнесло к окну, Матвеева отскочила за спину Егору и оттуда глядела на свое побитое начальство. Из номера не доносилось ни звука, что было фирменным стилем работы Павлова – он всегда старался улаживать дела без лишнего шума. Юрка куда-то подевался, Егор мельком глянул на Матвееву, и та отбежала почти к лестнице. Тетка сообразила моментально – номеров на этаже всего три, и в одном живет нормальная парочка: ребята устроили себе медовый месяц вдали от суеты и наслаждались друг другом. Сейчас их номер пустовал, но мало ли, принесет нелегкая. И точно.
– Извините, там труба потекла, – профессионально поставленным голосом возвестила Матвеева: в прошлом она была учителем начальных классов и привычка говорить громко и безапелляционно въелась ей в подкорку.
– Специалисты уже устраняют проблему, – заявила она, закрывая собой проход на второй этаж, и Егор заторопился. Подошел к Жене, оглядел его с головы до ног и врезал еще раз, уже в левую часть тощей тушки, врезал от души, вложив в удар и досаду на себя: ну как можно было так ошибиться? Что ему еще надо: и деньги хорошие получал, и жил бесплатно в отличном номере, и кормили его даром? Ну что за люди, кому верить?..
– Убьешь, – спокойно сказал Павлов, глядя на согнутого дугой Женю, – не бери грех на душу.
– Не убью. – Егор вытер платком руки, скомкал, бросил управляющему под ноги. – Ты ж меня сам учил.
Тут он малость слукавил – последний удар был сильнее, чем требовалось. Женя сполз по стенке, сжался у плинтуса, обхватив руками живот. Павлов подошел, оглядел управляющего, поднял ему голову, оттянул веки. Женя что-то промычал, и Павлов попятился.
– Не подох, – констатировал он.
И, обогнав Егора, пошел к Матвеевой, быстро переговорил с ней, вернулся. Егор заглянул в номер – там под Юркиным присмотром наспех одетая парочка наводила порядок: паковала в сумку початые и полные бутылки пива, колбасу и вонючую рыбу. Юрка вздрогнул от звука шагов, с совершенно безумным видом поглядел на Егора и слабо улыбнулся. С Юркой явно что-то случилось, и отцу он тоже ничего не говорит – слишком уж по-разному они ведут себя. И Егор решил сегодня же с этими странностями покончить – поговорить с Юркой, напоить, врезать, если потребуется, не как Жене, что, кряхтя, поднимается с пола, а слегка, но «финику» и этого хватит. Сегодня же.
– Пошли, – махнул ему Егор и направился к лестнице, где его ждали Павлов и Матвеева. Она игриво поглядывала на зама по общим вопросам, Павлов что-то важно втолковывал ей, и оба обернулись, когда Егор с Юркой оказались рядом.
– Все уберем, – заверила Матвеева, – через час и следов не останется. А с ним что?
Она качнула головой в сторону окна, где Женя подпирал стенку.
– У него полчаса, – сказал Егор, – пусть манатки собирает и катится куда подальше, пока цел.
Матвеева кивнула, Павлов важно прошел мимо и следом за Егором спустился во двор. Оказались под ярким весенним солнышком, вдохнули одуряющий майский запах цветов и листьев, свежей травы, уже подстриженной на газонах. Егор шел первым, кивал в ответ на приветствия персонала, Павлов с сыном еле поспевали следом. Сели в блестящий вишневый «Ровер», створка автоматических ворот тут же поползла вбок. Павлов завел двигатель, Юрка с сонным видом уставился в окно, откинулся назад, и тут круги у него под глазами налились вовсе уж жутковатой синевой. Егор глянул на приятеля в зеркало заднего вида. «Сегодня же все выясню». Он достал мобильник и набрал Викин номер. «Аппарат абонента выключен», – сообщил автоответчик. Егор чертыхнулся и сжал телефон в руке.
– Куда прикажете? – иронично поинтересовался Павлов.
– На «Разборку» собирались, – буркнул Егор, и снова набрал тот же номер, но с тем же результатом, отчего разозлился еще больше. И подумал мельком, что Жене повезло – попадись он под руку сейчас, травматологам пришлось бы неплохо так заплатить, чтобы не вызвали полицию, да и Женек урвал бы напоследок хорошую сумму за травмы различной степени тяжести…
Павлов ухмыльнулся, глядя на Егоровы мучения, вывел «Ровер» за ворота, и машина покатила по новенькому асфальту в сторону той самой федеральной трассы. Выехали, вписались в поток и потащились со скоростью отравленного таракана – пробка образовалась нешуточная. «Ровер» тащился в левом ряду, Егор постукивал мобильником по колену и смотрел на габариты маячившей впереди дальнобойной фуры. Та, притормозив, разразилась щедрым выхлопом соляры, Павлов моментально закрыл окна и включил кондиционер. Юрка точно и не заметил газовой атаки, мутным взглядом глядел в окно. Мобильник зазвонил неожиданно резко, Егор посмотрел на экран – главбух, будь она неладна, и наверняка с какой-нибудь проблемой. «На фиг, пусть Юрка с ней разбирается, это его работа». Егор переадресовал вызов, и финдиректор оторвался от созерцания пустыря за окном, сосредоточился на своих прямых обязанностях. Он что-то говорил еле слышно, спокойно, без единой эмоции в голосе, Егор глянул на Павлова-старшего, но тот будто ничего и не замечал. «Черт его знает». Егор покрутил головой по сторонам и рискнул – приоткрыл окно, высунулся, пытаясь рассмотреть, что там делается впереди.
– Расслабься, – посоветовал Павлов, – один черт опоздаем. Говорил – вертолет пора покупать, пока там, – он ткнул пальцем в крышу «Ровера», – пробок нет.
– Купим. – Егор вдоволь надышался выхлопами, уселся на место, поглядел на мобильник, в окно и снова набрал Викин номер. И замер – из трубки понеслись длинные гудки, а вскоре раздался знакомый голос, чуть насмешливый и недовольный.
– Слушаю. – У Егора от сердца отлегло, но начинать разговор он не торопился. Важно кашлянул и сказал, прикрыв рукой трубку:
– Привет. Где тебя носит, я пять раз звонил…
– Не пять, а всего два, – перебила его Вика совершенно учительским тоном, – не надо преувеличивать. Дуську навещала, ты же знаешь, что она звонки терпеть не может…
Это точно, звереет враз, шипит, зубы скалит, шерсть дыбит – смотреть жутко. Спец, что с ней работает, говорит, что Дуська так нервничает – она не видит врага и кидается на всех, кто, по ее мнению, может звенеть подобным образом. Нервничает она… Егор сам перепсиховал, когда увидел, во что превратился милый котенок, в точности как в том анекдоте: кто мне месяц назад продал хомячка? Хотя нет, видели очи, что покупали…