Бегом за неприятностями!

Профессор был бы ей за это очень благодарен, если бы престарелая дама не пыталась сватать двух своих дальних родственников. Один из них жил здесь же, в городе, и держал оптовую торговлю тканями и портновским прикладом, а второй был столичной штучкой и занимал высокую должность в казначействе. Это должно было показать Бетти, какие это богатые и влиятельные люди.

Савард скрежетал зубами, слушая дифирамбы в честь двух незнакомых ему, но уже люто ненавистных существ. Бетти же тихонько хихикала и отказывалась от знакомства, говоря, что пока не созрела для брака.

Наконец пришло время закрывать магазин. Внуки подхватили бабушку с двух сторон и, виновато улыбаясь, увели ее прочь.

Бедная Беттина плюхнулась на стул сломанной куклой и вытянула ноги. С ее личика сошло оживленное выражение, стало видно, что она без сил.

— Вер, я еще не сказала вам спасибо. Так хорошо было повидать Лиссу, увериться, что у нее все хорошо. Но что-то я совсем вымоталась.

Савард забеспокоился:

— Может, тебя наверх отнести, да ты поспишь? Не хочу тебя тут оставлять: если заснешь и сверзишься со стула, это не прибавит тебе здоровья.

— Зачем, Вер? Не надо меня носить, я своими ногами дойду. Вот посижу еще минут пять, и встану.

— Тогда выпей чаю. Тут еще пара пряников осталась и заварка свежая…

Савард поторопился налить полную чашку и сунуть ее Бетти под нос пока она не отказалась. Дополнил свою кипятком и устроился рядом с девушкой. В компании она не позволит себе расслабиться и не упадет, а потом он ее все же донесет на руках. Не то чтобы ей это было на самом деле нужно… Но ему будет приятно.

Лисса чувствовала, что путешествие в гости к Сарториусу пошло ей на пользу. Опыт благополучного перемещения и встреча с древнейшей поуменьшили ее страх перед бабушкой. Теперь стало ясно: если не лезть на рожон и ограничиться недоступными для вредной дамы мирами, можно продолжать свои путешествия. Никуда особо она не собиралась, но если проводить ночи у Джимми, помогать Бетти в торговле, гостить у Сарториуса, брать уроки у госпожи Актеллии и наведываться на базу за зарядкой для накопителей, можно жить полноценной жизнью. На ставшую родной Ардайю Лисса не торопилась: успеется после того, как она станет полноценным демиургом.

Кстати о базе. Завтра же надо туда наведаться. А то этот так называемый отец совсем совесть потерял.

Успех ее путешествия отразился на настроении. Когда Джимми пришел с работы его встретила счастливая и беззаботная Лисса. Она отчиталась о своем визите в самых восторженных тонах, умалчивая, правда, чему обязана своей радостью. Хеддлтон понял так, что ее вдохновила возможность учиться у прабабушки. Фанат науки, он и сам был бы не прочь познать недоступную для человечества область знаний, но к сожалению, ему никто этого не предложил.

Насколько вдохновили Лиссу новые возможности ему довелось узнать ночью. Освободившись от груза забот, почувствовав себя свободной, девушка впервые пылала страстью по-настоящему. Возлюбленный, не ожидавший от нее такого пыла, чуть с ума не сошел от счастья.

Наутро она представила свой план на ближайшее время. Для начала она смотается на базу и приведет в чувство родного отца, а заодно зарядит все накопители, чтобы не переживать, что не хватит магической энергии по мирам мотаться. На следующий день посетит Бетти и узнает, что ей нужно для успешной работы. А уж следом за этим отправится к прабабушке на урок.

Джимми немного расстроился: сегодня ему не надо было идти на работу и он надеялся провести день с Лиссой. Но спорить не стал, и оказался прав. Пока они пили утренний кофе, из черного хода появился Савард с радостным вопросом:

— Не ждали?

Усаженный за стол, он заявил, что пришел, как обещал, узнать, что там Джеймс придумал, какие такие основания для межмировой телепортации рассчитал. У парня загорелись глаза. Он уже готов был бросить завтрак, включить ноутбук и начать объяснения.

Лиссе было ясно, как день: это надолго. Успеет по всем мирам прошвырнуться, пока эти двое наговорятся. Так что она быстренько допила кофе, промурлыкала:

— Пока, мальчики, я постараюсь не задерживаться,

И со спокойным сердцем вышла на задний двор, откуда отныне лежал ее путь по мирам.

На базе царили тишь и благодать. Дом стоял пустой, только по грязной посуде в раковине и затоптанному влажному полу можно было понять, что тут недавно кто-то был.

Лисса рассердилась. Не может, зараза, дом в порядке держать. Ладно, она любит все разбросать и заляпать. Ей просто лень мыть и убирать. Но демиургу-то ничего не стоит все почистить. Захотел — и вот вся грязь улетучилась.

Она обошла дом, затем вернулась на кухню и для пробы пожелала увидеть чистую посуду.

Ничего, как и следовало ожидать. Мир чужой, и она в нем не хозяйка, так что одной мысли недостаточно. Обычно убиралась и мыла посуду Бетти, причем вручную, но тут придется делать все самой. Хорошо, что существует бытовая магия.

Она припомнила заклинание и щелкнула пальцами. Ну вот, чисто. Теперь нужно все переложить в шкафчик. Придется это делать руками, левитацией посуду побить — как не фиг делать. Но сначала надо вычистить и высушить пол, а то к нему обувь липнет.

Уборка почти закончилась, когда с улицы вошел Эсгейрд. Он явно собирался выставить любого, кто посягнет на его убежище. Его недовольная физиономия появилась в дверях, но через минуту выражение на ней поменялось на растерянное.

— Лисса?

— А ты думал кто?

— Ты сумела договориться с прабабушкой?

— А как по-твоему? Конечно сумела. Я теперь буду у нее обучаться, чтобы стать полноценным демиургом.

— Я так рад за тебя, так рад, — залепетал Эсгейрд.

— Это все хорошо, — остановила его Лисса, — Ты мне лучше ответь на пару вопросов. Первый: ты зачем тогда убежал?

— Я испугался. Так только бабушка на меня злилась, а если бы еще и древнейшая…

— Ну и дурак. Она хотела и тебя защитить, а ты смылся и очень ее этим огорчил. Она не думала, что ее потомок-мужчина такой трус.

Разговор о своей трусости младший демиург поддерживать не хотел, поэтому решил переключить разговор:

— А какой второй вопрос?

У девушки глаза сверкнули нехорошим блеском:

— Почему ты так хамски выгнал моего учителя из его собственного дома?

Эсгейрд уперся:

— Это твой дом, а вовсе не его. Я позволил поселиться в моем мире тебе. А не ему.

— Да? Интересный подход. А по-моему это наш общий дом: мой, его и Бетти. Вот ты почему считаешь этот мир своим?

— Потому что я его создал.

— Ну так Савард этот дом построил, и все, что здесь есть, принадлежит и ему в том числе. Он это на свои деньги покупал. Заработанные, между прочим (Лисса напрочь игнорировала факт что получены они были в результате банального грабежа чужого счета). А ты тут вообще пришей-пристебай, захватил чужую собственность.

— Но ты моя дочь!

Ага, папочка, от которого никакого толка. Сперматозоид несчастный.

— Не вижу связи. Ты что-то сделал для меня такого, что давало бы тебе право лезть в мою жизнь? По-моему нет. И если я тебя не гоню из своего дома, скажи спасибо.

Демиург изобразил карикатурный поклон:

— Спасибо, дорогая дочь, что не гонишь за порог родного отца.

Но Лисса не устыдилась.

— Саварда между прочим я прислала, — соврала она, не моргнув глазом, — Он обустраивает дом на Кариане и пришел сюда забрать свои и наши с Бетти вещи, а ты ничего ему не позволил взять и прогнал прочь. Как это называется?

Ответить Эсгейрду по большому счету было нечего, но он не торопился сдавать позиции.

— Вы тут хорошо устроились. Вперлись в мой мир и живете, как в своем. А мне куска хлеба пожалели!

— Когда это тебе чего жалели?! — возмутилась Лисса, — Живешь тут на всем готовом, пользуешься тем, что мы натащили из чужих миров, лопаешь то, что закупили не для тебя, да еще и убираться ленишься, как будто это для тебя трудность составляет. Мне пришлось за тобой посуду убирать и полы в порядок приводить. Кстати, с чего это ты жадничаешь? Раз это твой мир, ты можешь сотворить все для себя сам, а не хапать чужое!