Страница 3 из 3
Из-за отсутствия интенсивного движения, а как следствие, и пробок мы ехали довольно быстро. Минут через пятнадцать наш автобус подъехал к развилке на окраине городка. Согласно указателя, налево были гаражи, а направо порт.
Судя по очертаниям машин, просматривающимся сквозь стекла многоярусной парковки, легковушки тут все-таки были. Почему их нет на улицах города сегодня? А может на них в городе вообще ездить нельзя? Впрочем, меня это не сильно интересовало. Все мое внимание было приковано к огромному зданию из стали и стекла с надписью: «Порт Аял», стоящему посреди поля и к которому сейчас мы приближались.
Первая мысль была: «А где же большая вода?». Возможно корабли стояли у причалов за зданием, но ни с одной стороны от него не было видно никаких каналов или рек, а уж тем более залива, по которым корабли могли выходить в плавание.
Впервые, за все время нашего движения мы попали в небольшую пробку. Причиной затора были грузовики, стоявшие длинной вереницей вдоль дороги к порту и уходившей далеко в сторону примыкающей дороги справа.
- Деликатес в столицу, - пробормотал один из пассажиров.
- Да, теперь месяца два будем в пробках перед портом стоять, - ответила ему улыбчивая контролерша, - вон, очередной грузовой на погрузку заходит.
Над микроавтобусом медленно проплыла тень. Я, повинуясь общему движению пассажиров, прильнул к окну и задрал голову. Невысоко над нами проплывало огромное плоское днище непонятного, во всяком случае мне, летательного аппарата. По мере того как этот «Цеппелин» удалялся от нас, скрываясь за крышей порта, я смог оценить его исполинские размеры.
На первый взгляд это была невообразимо огромная плоскодонка на подобие той, на которой мы с Валентином в прошлом году бороздили воды реки Миасс. Прежде чем поставить это «ракло» на воду, мне пришлось ошкурить и покрасить ее днище. Так вот, увиденный мной ковчег полностью совпадал с моими воспоминаниями о форме этой лодки, как снизу, так и с кормы.
Конечно я уже перестал верить практически всем постулатам, вбитым в мою башку за годы, проведенные в начальной, средней, а затем и высшей, хоть и не школе, да все одно. Но как движется эта махина я не мог понять даже с моими познаниями мага.
Я быстро смахнул капельку слюны, пытающуюся капнуть с моего нелепо разинутого рта. Огляделся вокруг и сразу убедился в уникальности моей реакции на происходящее движение над нашей маршруткой.
- Да, давненько их было не видать, - ответил ей очередной пассажир, - теперь заживем.
Что означало: «Заживем», было непонятно, но все мои попутчики, из которых не менее семидесяти процентов были окольцованы, радостно замахали головами.
Внутри порта было многолюдно. Обстановка напоминала аэропорты слоя дубов, терминалы, кассы и кафешки на несколько столиков на каждом шагу. Народ суетливо перемещался по зданию в различных направлениях.
На входе досмотра не было, и я сразу направился в сторону залов ожидания в надежде увидеть, как взлетают и садятся их корабли. По дороге увидел киоск с прессой и остановился возле него.
Здесь было все что мне нужно. Небольшие буклеты с достопримечательностями города Аял с картой и расписанием движения кораблей. Местная и столичная пресса, атлас с картой слоя и подробными картами городов материка, на котором я находился.
Сложив все в купленную здесь же сумку я уже было направился дальше как мой ошейник судорожно завибрировал. Дыхание он не перехватывал, но явно давал понять, что Николаевич желает срочно видеть меня.
С момента как я ушел прошло не больше часа, и я почувствовал раздражение от того, что Лев не просто дал знак для моего возвращения, а судорожно требовал меня. Первое желание было снять и выбросить ошейник, но я сдержался и поспешил к выходу.
Микроавтобус, на котором я приехал еще был здесь.
- Что, не встретили? – спросила меня улыбчивая контролерша.
- Вызывают, - я постучал пальцем по ошейнику, - а скоро отправляемся?
- Понятно, - протянула она, - пять минут.
Весь обратный путь ошейник не прекращал вибрировать. Во внутреннем дворе никого не было, в прихожей и в большой столовой тоже было пусто. Я подошел к двери, ведущей в зал с камином и распахнул ее. В нос пахнуло резким запахом горелой плоти.
Возле двери дотлевали чьи-то останки. В глубине комнаты, на полу лежал Николаевич с распростертыми руками и потерянным взглядом. Вокруг него стояли трое. Седовласый старик, приземистая старушка и Ман. Они ничего не делали, силы и так уже оставили Льва и им лишь оставалось увидеть результат своих стараний.