Страница 55 из 215
Я кивнул. Несмотря на патриотическую речь Крега, вряд ли найдутся в Конфедерации крупные политиканы, безразличные к скандалам или шантажу, а этот парень настоящий дока.
- Вполне возможно, вам не удастся обнаружить Лару, – предупредил Крег. – Подробности вам объяснят при инструктаже, а сейчас поверьте, что тела меняют на Цербере так же просто, как одежду. Даже увидев Лару и пожав ему руку, вы не можете быть стопроцентно уверены, что это действительно он. А спустя несколько дней, часов или даже минут, вероятность этого станет еще меньше.
По правде говоря, это меня мало беспокоило. Если существует диктаторское правление, значит, есть кто-то, кому отдаются приказы и от кого ждут их исполнения. Диктатор должен любить пышные церемонии и демонстрации своего могущества...
- По последним данным, на Цербере проживает приблизительно 18 700 000 человек, – продолжал Крег. – Немного, конечно, но там очень высокая рождаемость. После прихода Лару к власти население удваивается примерно каждые двадцать лет. При постоянном избытке молодых тел можно стать бессмертным. Видимо, Лару каким-то образом управляет этим процессом – своим главным политическим рычагом. Стало быть, если его не убьют, Лару сможет править вечно...
Мысль о бессмертии показалась мне заманчивой. А сколько отпущено тебе, мой оригинал? Пожалуй, я знаю ответ.
Так ли ужасно мое задание на самом деле? Лекция Крега закончилась, я просто встал и услышал шум воды – послание стерто.
Парни из Службы безопасности знают свое дело, сказал я себе. Насчет моей новой оболочки меня тоже проинформировали. Квин Занг, сорока одного года, техник грузового корабля и опытная контрабандистка. Технологическая мошенница – это как нельзя лучше подходило к моему опыту.
Я мог проследить всю ее жизнь и карьеру. Рождена и выращена для своей работы, никаких отклонений от проторенной дорожки, предопределенной для миллионов с колыбели. Зацепиться не за что.
И все же она воровала. Квалифицированно, методично и успешно, используя компьютеры и сбывая груз на границе перекупщикам. Попалась по чистой случайности при ревизии, проведенной спецслужбой.
Она не ощущала ни вины, ни раскаяния в своем “преступлении против цивилизации” и, по-видимому, не представляла, как можно распорядиться крупными суммами. О чем она мечтала? Любовь? О ее пристрастиях и сердечных делах я не получил никакой информации. Возможно, фрейдистские комплексы всему виной...
У нее было стандартное тело, заурядная внешность. Маловероятно, чтобы кто-либо на Цербере узнал ее. Это меня вполне устраивало. Меньше всего мне хотелось столкнуться там, внизу, с кем-нибудь из ее прежних дружков – для этого у меня не было нужных воспоминаний.
ГЛАВА 2 ПО ЭТАПУ
За ходом времени я мог следить только по регулярности подачи пищи, но, несомненно, путешествие слишком затянулось. Никто не собирался попусту тратить деньги, доставляя заключенных в Ромб с большей скоростью.
Наконец наш корабль причалил к базовой станции, дрейфующей в доброй трети светового года от системы Вардена. Я понял это лишь по прекращению вибрации, сопровождавшей меня на протяжении всего полета. Тюремщики действовали обычно: как я и предполагал, они ожидали, когда соберется достаточно большая партия приговоренных с самых разных концов Галактики, чтобы забросить на планеты всех сразу. Я по-прежнему пытался анализировать имеющуюся информацию, зачастую вспоминая, что нахожусь не очень далеко от своего прежнего тела. Я бы искренне удивился, если бы он периодически не наблюдал за мной – просто из праздного любопытства. За мной и еще тремя коллегами, тремя его копиями.
У меня хватало времени обдумать ситуацию в Ромбе Вардена и причины, по которым он превратился в столь совершенную тюрьму. Разумеется, я прекрасно понимал, что в мире нет ничего совершенного, а тем более тюрем. Хотя для Ромба Вардена такое определение подходило как нельзя лучше. Как только меня высадят на Лилит и я вдохну местный воздух, мельчайшие микроорганизмы проникнут во все клетки моего тела, поселятся там и станут контролировать весь организм. Ими движет только одно – воля к жизни; отныне их существование будет связано с моим. Их гибель повлечет за собой мою, и наоборот.
Следовательно, им нужно нечто вроде контрольной субстанции, присутствующей только в системе Вардена. Что это за субстанция – не знает никто экспериментально, но она существует и существует только здесь, на Ромбе Вардена. Вряд ли эта субстанция находится в воздухе – ведь между планетами Ромба курсируют челночные корабли, и в них можно дышать очищенным воздухом без всяких последствий. Нет ее и в пище; подобная гипотеза уже неоднократно проверялась. Один из бывших обитателей системы Вардена превосходно чувствует себя в комфортабельных условиях и в полной изоляции от внешнего мира в лаборатории космической станции. Но стоит кораблю удалиться от Ромба, и он погибнет. Микроорганизмы модифицируют клетки человека, превращая их в свою среду обитания. Отныне они управляют делением клеток и биохимическими процессами, и гибель микроорганизмов приведет к бесконтрольному развитию клеток. Человек погибнет в страшных – хорошо хоть недолгих – мучениях. Разрушение микроорганизмов начинается с расстояния примерно в четверть светового года. Именно этим и определялся выбор орбиты базового корабля. Природа всех четырех планет совершенно различна. Микроорганизмы приспосабливались к местным биосферам, однако их зависимость от светила изменялась в зависимости от расстояния, видимо, поэтому образовывавшиеся симбиоты имели существенные отличия. На развитие микроорганизмов сильно влияет то, какую из четырех планет Ромба вы посетите в первую очередь.
Создается впечатление, что все микроорганизмы поддерживают своего рода телепатическую связь, что, впрочем, никто пока не смог объяснить. Естественно, они не разумны; по крайней мере поведение их всегда предсказуемо. Изменения в жизнедеятельности колонии одного организма-носителя каким-то образом влияют на другие. При помощи сознательного импульса можно управлять колонией вашего организма и таким образом стать доминирующим элементом этого кентавра. Славная и простая, но справедливая система; если бы кто-нибудь еще и пролил свет на все это.
О Цербере я знал очень мало. Я недобрым словом помянул начальство, не позаботившееся о моем предварительном программировании: на изучение местных условий потребуется время, и, судя по всему, немалое.
Примерно через полтора дня после нашего прибытия на базовый корабль пол неожиданно накренился и резкие беспорядочные толчки отшвырнули меня на койку. Но я не растерялся. Ясно, что тюремщики уже собирали подходящую партию ссыльных и готовятся зашвырнуть нас на поверхность. Сразу же всколыхнулось множество разнообразных эмоций: с одной стороны, я отчаянно хотел выбраться из опостылевшего бокса, в котором царила нескончаемая, неизбывная скука. С другой стороны, отсюда мне только одна дорога – в тюремную камеру попросторнее и попривлекательнее, камеру размером с планету.
Толчки и удары вскоре повторились, но очень быстро прекратились, и после короткой неожиданной паузы послышался непрерывный гул – гораздо громче, чем раньше. Либо мы находились на очень маленьком судне, либо камера граничила с маршевыми двигателями. Затем еще четыре томительных дня – еда подавалась двадцать раз – и мы добрались до места назначения. Долго, конечно, но для субсветового транспорта, скорее всего переоборудованного и полностью автоматизированного грузовика, вполне сносно. Наконец гибкая вибрация прекратилась, я понял, что мы на орбите Цербера . И снова некая двойственность – безысходность и одновременно бесовское веселье.
Неизвестно откуда послышался резкий дребезжащий голос:
- Заключенные, внимание! Мы на орбите планеты Цербер в системе Вардена.
Для меня в этой информации не содержалось ничего нового; хотя, возможно, для других арестантов это поразительное откровение. Понятно, что их положение во сто крат хуже. Я уже имел представление о Цербере, даже о властителе Лару. Им придется узнавать все с нуля и причем на собственной шкуре. Непонятно, почему их не просвещают, хотя бы в общих чертах. Видимо, подробности местной жизни известны только избранным.