Страница 28 из 80
— Иди в душ, Эмили, — указал он на дверь справа.
Недолго думая над его приказом, я побежала в убежище ванной комнаты, но прежде, чем успела закрыть дверь, он сказал:
— Оставь открытой.
Опустив голову, я посмотрела на дверную ручку, хотя все, что хотела сделать — это хлопнуть дверью и закрыть её на замок; конечно же никакого замка на ней не было. Даже замок не остановит Логана. Думаю, ничто не способно остановить его.
Отчасти, это объясняло, почему я влюбилась в него. Он был решительным и целеустремленным. Он был загадкой для меня. Он был бесстрашным, страх для него ничто. Непреклонный, будто ничего не могло сломить его. Это дико возбуждало, и дарило ощущение защищенности. Сейчас... это пугало меня. Потому что, в данный момент, я не доверяла ему.
Я начала расстегивать пуговицы на ночной рубашке, которую он мне дал, и взглянув в зеркало, ахнула. Он мог наблюдать за мной. Он смотрел в зеркало, как я раздевалась. Руки он заложил за голову, а его лицо, было непроницаемым.
Мои пальцы задрожали над пуговицами, и понадобилось несколько попыток, чтобы справиться с последней. Я закрыла глаза, когда шелк заскользил по плечам и упал на пол. Я не собиралась на него смотреть, пыталась остановить себя, но открыла глаза и замерла.
Жар. Ослепляющее желание, в темной глубине его глаз. Он осмотрел меня с головы до ног, будто владел всем временем мира... Так и было. Он контролировал каждую частичку меня. Если бы я наскучила ему, или стала раздражать, он бы избавился от меня без малейшего колебания. Это единственное, что заставляло меня делать все, что он пожелает.
Я опустила голову, поэтому не могла видеть его эмоции, открыла матовую стеклянную дверь душевой кабины и вошла внутрь.
Он собирался присоединиться позже? Прикоснется ли он ко мне? Будет обнимать меня? Займется ли любовью со мной? О чем я думала? Он больше никогда не займется со мной любовью, он будет трахать меня. Вопрос, будет ли это по доброй воле.
Включив только холодную воду, я, съежившись, встала под ледяные струи. Это сбило все возбуждение, потому что я бы неловко чувствовала себя, если бы Логан был рядом.
Я быстро вымыла волосы, и взяв мочалку, пыталась смыть отвратительный запах со своей кожи. Я терла с такой силой, что покраснела кожа. Я старалась особо не опираться на ногу, и не трогать спину, где кожа все еще саднила. Мне нужно было смыть с себя запах Альфонсо, Джейкоба и Рауля. Логан? Почему я вообще о нем думала? Почему меня не выворачивало, когда я думала о том, как он всю ночь обнимал меня?
— Выходи.
Я уронила мочалку, когда увидела силуэт Логана, прислонившегося к столику, и скрестившего руки на груди.
Я выключила воду и вышла. Осмотрев меня, он нахмурился, и потянулся за полотенцем, висящем на крючке. Потом подошел и начал вытирать меня. В его движениях не было ничего упорядоченного. Это было медленно и чувственно; он держал полотенце в ладони, и при каждом движении, большим пальцем, касался моей кожи. Его рука опустилась к моему животу и ниже, пока не остановилась на лобке. Он остановился и посмотрел на меня:
— Шире.
Я сглотнула. Закрыла глаза, и потихоньку стала разводить ноги шире. Я испытывала смешанные чувства, мне было стыдно, и одновременно с этим, вспыхивали огоньки желания. Я шла по тонкому лезвию, и была не уверена, куда это заведет.
Он подошел ближе. Пальцем руки, все еще держащей полотенце, он проскользнул между моих ног. Я задержала дыхание. Он не сводил с меня взгляда, когда обнаружил гладкую и шелковистую влагу моего желания. Я перестала дышать, ненавидя то, что он знал о моем возбуждении.
Он прищурился, его челюсть напряглась.
Затем, будто ничего не случилось, он вытер внутреннюю сторону моих бедер и бросил полотенце на пол.
— Оставь ночную рубашку. Встань на колени возле кровати.
Я открыла рот от удивления... Что? Сказать ему прекратить? Сказать «нет»? Отказаться выполнять то, что он просит, или быть избитой и брошенной в подвал к Джейкобу? Или обречь себя на худшее?
Выйдя из ванной, я услышала шум воды, и встала на колени. Я знала, к чему это приведет; я не глупая. Я поняла, чем он занимался, когда второй раз увидела девушек в столовой. Он дрессировал меня.
Я была секс-рабыней Логана, хотя секс еще не стал элементом игры, но не сомневалась, что станет. Он даже принес мои противозачаточные таблетки. Я собиралась беспрекословно делать все, что он прикажет — не сопротивляться, не говорить, пока не прикажут, подчиняться всем мужчинам. Я принадлежала ему, и это было не по моей воле.
Логан вышел из ванной голым.
— Глаза в пол.
Я слышала, как он одевался, как открывалась дверь шкафа, шуршание одежды, как закрывался шкаф. Он подошел ко мне и остановился.
— Открой рот.
Я подчинилась, и он положил кусочек яблока мне в рот.
— Сегодня, ты пойдешь со мной на тренировку. Эмили, ты должна выучить, что нужно делать на публике, — в его пальцах был еще один кусочек яблока, я открыла рот и он дал мне его. — Веди себя так же, и проблем не будет.
Как только я вспомнила о свидетелях последней сцены в столовой, мой желудок скрутило. Я боялась, что начну паниковать, убегать или драться. Логан пытался скормить мне еще один кусочек яблока, но я отвернулась.
— Ты должна поесть.
Я покачала головой.
— Открой.
— Нет. Я не могу. Пожалуйста. Меня тошнит. Логан, пожа… — я замолчала, когда поняла, что произнесла его настоящее имя, когда мне запретили его произносить. На мне все еще были красные отметины от кнута, и я больше не хотела чувствовать этот жесткий инструмент на себе. Я опустила голову.
— Прости. Я забыла.
Я задрожала.
Когда он положил руки мне на плечи, я начала плакать. Он собирался пороть меня? Или отведет к Джейкобу? Это было ошибкой, я не хотела называть его по имени.
— Эмили, — я продолжала рыдать, закрывая лицо руками. — Посмотри на меня.
Я посмотрела. Я должна была, иначе пришлось бы страдать из-за чего-то худшего, чем я ожидала.
Он взял меня за подбородок, и большим пальцем, потер кожу чуть ниже моей нижней губы.
— Здесь, ты не можешь называть меня по имени. Никогда. Думаю, ты знаешь это, — я кивнула. — Если тебе нужно как-то обратиться ко мне, называй меня Хозяин.
Мое дыхание остановилось.
— Скажи это.
Слова застряли в горле; тело было наполнено отрицанием того, что я должна была сделать. По какой-то причине, идея называть какого-то мужчину Хозяином была... унизительной, разрушающей. Боже, это делало меня безвольной вещью.
Он сильнее сжал мой подбородок.
— Эмили.
Это было просто слово. Просто слово.
— Хозяин.
— Хорошая девочка, — он не улыбнулся; на самом деле он нахмурился, затем резко встал, направился в ванную и захлопнул дверь.
Я ждала его, стоя на коленях, пока он не вернулся с выражением холодной решимости на лице. Мне не нравилось это выражение, оно не было безумным или спокойным, без улыбки; оно было не читаемым, и это пугало.
— Девушка принесет тебе одежду. Надень ее. Я вернусь за тобой через полчаса, — не взглянув на меня, он прошел мимо, открыл дверь и вышел.
Когда он вернулся, я уже была одета в черное платье с настолько глубоким декольте, что оно едва скрывало мои соски. Оно плотно облегало мое тело. Это не было сексуальным, это было вульгарным, и чувствовала я себя также. Я бы лучше надела белую сорочку, чем это платье.
Логан велел мне встать, затем осмотрел меня с ног до головы, и тогда, будто удовлетворившись, кивнул и протянул мне руку. Я подошла к нему и взяла ее.
— Я хотел защитить тебя от всего этого, но не вышло. Ты должна научиться отключаться от происходящего вокруг тебя. Так же, как я учил тебя отключать свой страх и гнев, ты должна отключить эмоции и похоронить их. Безразличие, Эмили. Вот, что поможет тебе выжить.