Страница 21 из 34
О, Айден, - стонет она, притягивая мою голову ближе к своим бедрам.
Она потрясающая на вкус. Я могу наслаждаться ей весь день, каждый день.
— Ох, ох, я близко.
Я целую ее в губы, быстро стягиваю с себя джинсы, натягиваю презерватив. Камилла облизывает губы, и я знаю, что моя девочка готова. Проскальзываю в ее влажную киску, на что она издает стон. Черт, как же она хорошо чувствуется. Входя и выходя из нее, я меняю позицию, поднимая ее ногу вверх, что дает мне более глубокий угол проникновения.
— О, Боже, Айден. Да. Да. О, вау, Да. Не останавливайся.
Чувствую, что ее мышцы начали сокращаться, и вскоре нас обоих сотрясает оргазм.
Я снимаю презерватив и выбрасываю его, забираюсь обратно к ней в кровать и укутываю ее своими объятиями.
— Это было здорово, - хихикает она, и я посмеиваюсь вместе с ней, целуя ее в макушку.
— Я знаю, что в первый раз у нас все получилось коряво, поэтому мне захотелось это исправить. Я очень хочу, чтобы тебе всегда было хорошо.
— С тобой все как в сказке, Айден.
Она целует меня в кончик носа и улыбается.
— Останешься на ночь?
— Конечно. Спи, мой ангел. Я буду здесь, когда ты проснешься.
Следующий день мы проводим в доме Бев и Дилана. Его родители на работе, поэтому дом предоставлен в наше полное распоряжение. Я стесняюсь приводить сюда Камиллу, так как она привыкла жить в других условиях. Семья Дилана не богата, но и назвать их нищими, язык не поворачивается.
— Если тебе здесь некомфортно, то мы можем вернуться к тебе домой.
— Заткнись, Айден, — смеется она и ударяет меня по груди. - Дилан и Бэв - мои лучшие друзья, и мне нравится бывать здесь.
— Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя здесь не в своей тарелке.
— Перестань, то, что ты говоришь - неправильно по многим причинам, так как я не испытываю здесь никакого дискомфорта. Я сказала тебе, что мне нравится находиться здесь, поэтому, давай, прекратим эти разговоры, приводя какие-то нелепые доводы. Я могу приготовить тебе макароны с сыром.
— Кто-то говорил про макароны с сыром? - прокричал Дилан из гостиной. – У меня есть полуфабрикаты в шкафах. И я очень голоден!
Бев кладет свою руку мне на плечо.
— Проходи и садись, Айден, а мы пока приготовим нам всем что-нибудь покушать.
Я улыбаюсь, как дурак, думая о том, как моя подруга сходит с ума от макарон с сыром. Я знаю, это звучит глупо, но я был уверен, что с ее изысканным вкусом она будет интересоваться только всем этим дерьмом для гурманов.
Мы поужинали, и наступила пора прощаться с Бев и Диланом.
Мы прогуливаемся с Камиллой, держась за руки, и я счастлив, что нахожусь рядом с ней.
— Мои родители еще не вернулись. Хочешь, поедем ко мне?
— С удовольствием. Мне нравится просыпаться и видеть твое лицо. Это лучшее, с чего может начинаться утро.
Она краснеет и отворачивается, чтобы спрятать свое лицо. Притянув ее в свои объятия, я нежно целую ее в губы, и мы направляемся к ней домой.
Я готов был горы свернуть для нее тогда, а сейчас я готов пойти для нее на все.
— Привет, старший брат.
Я с улыбкой поворачиваюсь к Натали.
— Привет, что-то случилось? - спрашиваю я.
Она плюхается на диван и смотрит на меня.
— Я была бы рада, если бы ты поел со мной суши. Я хочу поехать в «Уми», и подумала, что ты не откажешься, поэтому и заскочила к тебе.
— Конечно, - улыбаюсь я, допиваю свой напиток, и забираю у нее ключи. — Не возражаешь повести машину?
— Звучит здорово.
Когда мы добираемся до ресторана, мы решаем сесть в общем зале, вместо того, чтобы размеситься около хибати (прим. тип жаровни). Устроившись и сделав заказ, я почувствовал на себе пристальный взгляд Натали и поднял глаза, обнаружив, что она внимательно смотрит на меня.
— Да?
— Ладно, - она прочищает горло. — Мы должны поговорить.
— О чем?
— Джейсон находится по службе в Ираке, и его не будет еще полгода. Я так по нему скучаю.
Опустив глаза на меню, я слушаю ее рассказ о муже. Как только Натали и Джейсон поженились, он сразу же уехал в командировку в Ирак. Будучи сержантом морской пехоты, он выполняет свои военные обязанности, и это создает определенные сложности для общения с Натали. Она говорит, что, несмотря на то, что это его последняя командировка, он все равно останется служить, правда, не на Ближнем Востоке, и что он пока не собирается выходить на пенсию.
— Нам удалось поговорить с ним, и это было так здорово снова увидеть его. Я так сильно скучаю по нему, и в глубине души боюсь, что он не оставит службу. Я понимаю, что это единственное, что он знает и умеет, и что для него – это как семья, но все же я - его жена и люблю его. Я, конечно же, поддерживаю его, и хочу лучшего для него. Я волнуюсь за его безопасность. У нас было всего лишь несколько недель, чтобы насладиться супружеской жизнью, а теперь он в миллионах миль от меня.
— В миллионах?
— Потрясающе. Это все, что тебя действительно интересует? Айден, я не знаю, что делать.
Я вздыхаю и стараюсь сдержать свои пошлые комментарии. С Натали, я стараюсь держать свой рот на замке.
— Мне жаль. Все наладится. Сейчас тебе тяжело, но вы преодолеете этот путь. Он сражается за нашу страну и нашу безопасность. Я знаю это, и мы гордимся им.
— Я горжусь им, но я так скучаю по нему. Разве я не могу побыть эгоисткой хоть один день и помечтать о том, чтобы муж вернулся? Я хочу стать матерью и состариться вместе с ним. Я хочу знать, каково это быть женой и разделить постель вместе с мужем. Все это тяжело и, мне кажется, что все это несправедливо по отношению к нам.
— Жизнь – штука несправедливая, и я знаю, что тебе это трудно принять. Он обязательно вернется, и, вот тогда, у тебя будет куча времени, чтобы устроить вашу жизнь. Потерпи, и помни, что он любит тебя.
— Да, я знаю. Спасибо, Айден.
Я киваю ей в ответ.
— А что происходи у вас с Кэм?
— Ничего.
— Ой, да ладно! Не может быть. Я имею в виду, вы же будете вместе, вы же не собираетесь разбежаться?
Я делаю глоток своего напитка и откидываюсь в кресле. У Камиллы и меня, вроде, все спокойно. Ничего не изменилось. Она выглядит счастливой и прямо светится. Я не знаю, что с ней происходит, потому что видимся мы с ней только из-за Грейсона. Я скучаю и постоянно думаю о ней. Правда, сейчас мои мысли сконцентрированы на компании и сохранением того, чего я никак не могу потерять, того, над чем я так усердно трудился.
— Я не думал об этом, если честно. Проблемы компании заняли меня полностью, и, как ты знаешь, я был на заседаниях, пытаясь сохранить то, что построил.
— Я понимаю, но ты скучаешь по ней?
— Я встречаюсь с ней, когда мы передаем друг другу Грейсона.
— А ты не думаешь о ней?
— Конечно, я думаю о ней. Она все, о чем я думаю, - бормочу я. — Но все так, как сложилось, и сейчас я ничего не могу изменить. Я стараюсь сохранить наши отношения в цивилизованном русле из-за нашего сына.
Натали берет меня за руку, и мы сидим в тишине. Делится тем, что у меня на душе нелегко, и я не привык выражать эти чертовые эмоции.
— Давай по порядку, и я даже позволю тебе купить мне попозже мороженое, - она подмигивает мне, и мы приступаем к еде.
В пятницу во второй половине дня я решил задержаться и поработать. Грейсон проводит время со своими тетушками, а мне необходимо закончить отчет. Раздается звонок телефона, находящегося на моем столе, и я проверяю, кто это.