Страница 51 из 129
Сменившему Соколова генерал-лейтенанту Николаю Кузьмичу Клыкову было уже 54 года. В Гражданскую войну он прошел роту, батальон, стрелковый полк и бригаду. После командовал полком, был помощником командира дивизии, комендантом Москвы, начальником отдела штаба округа, командовал стрелковой дивизией, а в 1938 г. был назначен помощником командующего войсками МВО.
Правда, в отличие от Соколова он не учился в военной академии, но все же в 1929 г. окончил высшие академические курсы при ней, что оказалось более чем достаточным. С июля 1941 г. он успешно командовал 32-й армией, затем с августа 1941 г. – 52-й армией. Ге – нерал Клыков считался опытным и волевым командующим. Спустя десятилетия он вспоминал: «В ночь на 10 января 1942 г. меня вызвали в Папоротно, где размещался штаб ударной армии. Здесь уже находились командующий войсками фронта К.А. Мерецков, член Военного совета фронта А.И. Запорожец и представитель Ставки армейский комиссар 1-го ранга Л.З. Мехлис. Выслушав мой рапорт о прибытии, Мерецков объявил:
– Вот ваш новый командующий. Генерал Соколов от должности отстранен. Генерал Клыков, принимайте армию и продолжайте операцию. Приказ был совершенно неожиданным для меня. Как продолжать? С чем? Я спросил у присутствовавшего здесь же начальника артиллерии:
– Снаряды есть?
– Нет, израсходованы, – последовал ответ.
– Как же без снарядов продолжать наступление? – обратился я к командующему войсками фронта. Но что он мог ответить? Отсутствие снарядов объяснялось не чьей-то нераспорядительностью: их просто неоткуда было взять.
– Сколько вам потребуется снарядов? – спросил Мерецков.
– Пять боевых комплектов на прорыв и по два комплекта на каждый день боя. На организацию наступления потребуется пять суток. За это время необходимо восполнить потери.
Начался мучительный торг из-за каждого снаряда. Сначала командующий пообещал только три четверти боевого комплекта. В конце концов сошлись на том, что мы получим три боевых комплекта, а недостающие два будут подвезены уже в ходе боя. Начало наступления было отложено лишь на три дня».
По предвоенным взглядам на наступательную операцию расход боеприпасов составлял 4 – 5 армейских боекомплектов. На подготовительный этап – 0, 5 боекомплекта, на прорыв оборонительной полосы – 2 – 3 боекомплекта и на развитие прорыва и действия в оперативной глубине – от 1, 5 до 2 боекомплектов. А всего на операцию – от 4 до 5, 5 боекомплектов. Но все это было в теории, а значит, при идеальных условиях проведения операции. Однако на практике таких условий зимой 1942 г. не было. Но тем не менее задача поставлена и выполнять ее надо. Так штаб 2-й ударной во главе с новым командующим приступил к организации прорыва обороны противника. Генерал Клыков прежде всего провел рекогносцировку с командным составом дивизий, бригад и полков. Из-за условий местности, которые затрудняли выбор наблюдательных пунктов, сложно оказалось с артиллерией. К началу боя было решено большую часть орудий подтянуть к самому берегу, потом тщательно замаскировать и по готовности прямой наводкой вести огонь по выявленным целям противника. Начальник артиллерии армии получил указание: «Как только наступающие части перейдут Волхов и преодолеют высокий берег, сопровождать пехоту огнем…»
В связи с этим артиллерийские командиры и наблюдатели должны были «следовать с передовыми ротами и не прерывать огня ни на минуту». Генерал Клыков вспоминал: «До начала боя пехота должна прорыть в снегу траншеи возможно ближе к переднему краю противника. Наступление планировалось одновременно на всем 27-километровом фронте армии. Артиллерией же насыщался преимущественно участок прорыва Коломно – Костылево – совхоз «Красный ударник».
Характерно, что 10 января Ставка ВГК отправила всем Военным советам фронтов и армий директивное письмо № 03 о действиях ударными группами и об организации артиллерийского наступления. В нем, в частности, говорилось:
«Можно ли сказать, что наши войска уже научились взламывать и прорывать оборонительную линию противника?
К сожалению, нельзя сказать этого с полным основанием. Во всяком случае, далеко еще не все наши армии научились прорывать оборонительную линию противника.
Что требуется для того, чтобы обеспечить прорыв оборонительной линии противника на всю глубину?
Для этого требуется, по крайней мере, два условия: во-первых, нужно заменить в практике наших армий и фронтов действия отдельными дивизиями, расположенными цепочкой, действиями ударных групп, сосредоточенных в одном направлении, и, во-вторых, необходимо заменить так называемую артиллерийскую подготовку артиллерийским наступлением.
1. Действия ударными группами.
Большинство наших армий, к сожалению, еще не научились взламывать и прорывать при нашем наступлении оборонительную линию противника. Наши войска наступают обычно отдельными дивизиями или бригадами, расположенными по фронту в виде цепочки. Понятно, что такая организация наступления не может дать эффекта, так как не дает нам перевеса сил на каком-либо участке. Такое наступление обречено на провал. Наступление может дать должный эффект лишь в том случае, если мы создадим на одном из участков фронта большой перевес сил над силами противника. А для этого необходимо, чтобы в каждой армии, ставящей себе задачу прорыва обороны противника, была создана ударная группа в виде трех или четырех дивизий, сосредоточенных для удара на определенном участке фронта. В этом первейшая задача командования армии, ибо только таким образом можно обеспечить решительный перевес сил и успех прорыва обороны противника на определенном участке…
2. Организация артиллерийского наступления. В деле прорыва обороны противника и организации наступления против противника артиллерия имеет решающее значение. Без серьезной и длительной помощи артиллерии, сосредоточенной на одном каком-либо участке, прорыв обороны противника и организация наступления невозможны. У нас нередко бросают пехоту в наступление против оборонительной линии противника без артиллерии, без какой-либо поддержки со стороны артиллерии, а потом жалуются, что пехота не идет против обороняющегося и окопавшегося противника. Понятно, что такое «наступление» не может дать желаемого эффекта. Это не наступление, а преступление – преступление против Родины, против войск, вынужденных нести бессмысленные жертвы.
В чем должна состоять артиллерийская поддержка пехоты при наступлении?
Под артиллерийской поддержкой пехоты у нас обычно понимают артиллерийскую подготовку перед наступлением. Обычно артиллерия ведет огонь перед наступлением пехоты полчаса, час, иногда два часа и больше, а потом артиллерия перестает действовать, предоставляя пехоте наступать, несмотря на то что оборона противника еще не разрушена на всю ее глубину, а артиллерийские точки и пулеметные гнезда противника еще не подавлены. Это называется артиллерийской подготовкой. Не трудно понять, что такая артиллерийская поддержка недостаточна, а наступление при такой поддержке не может дать желаемого эффекта. Этим, собственно, и объясняется, что наши наступательные операции против обороны противника довольно часто выдыхаются…
Чтобы артиллерийскую поддержку сделать действенной, а наступление пехоты эффективным, нужно от практики артиллерийской подготовки перейти к практике артиллерийского наступления.
Что это означает?
Это означает, во-первых, что артиллерия не может ограничиваться разовыми действиями в течение часа или двух часов перед наступлением, а должна наступать вместе с пехотой, должна вести огонь при небольших перерывах за все время наступления, пока не будет взломана оборонительная линия противника на всю ее глубину.
Это означает, во-вторых, что пехота должна наступать не после прекращения артиллерийского огня, как это имеет место при так называемой артиллерийской подготовке, а вместе с наступлением артиллерией, под гром артиллерийского огня, под звуки артиллерийской «музыки».
Это означает, в-третьих, что артиллерия должна действовать не вразброс, а сосредоточенно, и она должна быть сосредоточена не в любом месте фронта, а в районе действия ударной группы армии, фронта, и только в этом районе, ибо без этого условия немыслимо артиллерийское наступление. Любая наша армия, как бы она ни была бедна артиллерией, могла бы сосредоточить в районе действия своей ударной группы 60 – 80 орудий, обратив на это дело армейский артиллерийский полк и взяв у своих дивизий, скажем, по две батареи дивизионной артиллерии и десятка два-три 120-миллиметровых минометов. Сформированная таким образом группа артиллерии была бы вполне достаточна для того, чтобы взломать оборону противника и оказать таким образом неоценимую артиллерийскую поддержку ударной группе армии…»