Туннель

- Жалко мне тебя, Тарас. Ты с виду парень нормальный… Думаю вот помочь тебе.

- Как? – удивился Тарас

- Ну понятно как, - усмехнулся Карим. – Ты же денег задолжал? Вот деньгами и помогу.

Тарас посмотрел с изумлением, но мужик вроде не шутит.

- Деньги-то немалые.

- Их у меня хватает, - отмахнулся Карим.

Тарас подумал, что с виду более чем хватает. Может, для него заплатить за первого встречного пару сотен тысяч тоже самое, что кинуть монетку в шляпу бездомному.

- И что мне надо будет сделать?

- В смысле? - спросил Карим, не отрывая взгляда от дороги.

- Ну вы что, просто так отдадите за меня долг? – Тарас посмотрел с недоверием. – Ничего не требуя взамен?

- Да что с тебя потребуешь, - сказал Карим снисходительно. – Хотя.. Раз уж сам заговорил об этом, одну услугу мне оказать сможешь.

- Какую? – спросил Тарас, не ожидая ничего хорошего.

- Да просто смотаться кое-куда на выходных, передать вещицу одну. Мне самому некогда, дел до хрена. А тебе в самый раз. Сгоняешь туда и обратно, и мы в расчете.

Дворы закончились, в темноте показалась старенькая общага, на асфальт дороги падал тусклый свет больших окон. BMW остановилась у входа, Карим заглушил двигатель.

- Ты здесь обитаешь? – спросил он.

- Да.

- Ну и дыра…

Тарас с тоской посмотрел на общагу - обшарпанные стены, окурки и плевки на ступеньках, входная дверь покосилась, висит на одной петле. Не просто дыра, а дырища. Тарас отыскал окно своей комнаты, там тоже горел свет – наверное, его качок сосед упражняется с гирями на сон грядущий.

- А куда мне нужно будет съездить?

- Завтра все узнаешь. – Карим достал из бардачка ручку и клочок бумаги, быстро нацарапал пару строк. – Ты работаешь, учишься?

- Работаю.

- А завтра?

- Тоже.

- До скольки?

- До восьми.

- Тогда завтра в девять. – Карим протянул бумажку. – Это мой адрес. Встречаемся у меня на квартире.

Тарас, не глядя, сунул клочок бумаги в карман. Сидение под Каримом немного опустилось, он с наслаждением потянулся, руки подперли голову, глаза закрылись.

- Сзади сумка лежит, - сказал он сонным голосом. – Достань.

На заднем сидении царил хаос – ворох бумаг и журналов, пачки сигарет, зажигалка, смятая куртка, бейсбольная бита, лазерные диски, подписанные черным маркером, и даже упаковка презервативов. Наконец Тарас не без труда освободил из завалов небольшую спортивную сумку FUBI, внутри звякнуло.

- Там капуста должна лежать, - сказал Карим, не открывая глаз. – Поищи.

Тихо вжикнула молния. В сумке лежало пиво, литров десять в стеклянной таре. Тарас долго гремел бутылками в поисках кочана капусты, потом додумался, рука нашарила в боковом кармане пачку денег, перетянутую резинкой.

- Что там возишься? - спросил Карим, сладко зевнув. – Нашел?

- Нашел.

- Ну пересчитай, раз нашел.

Сбитый с толку Тарас поставил сумку между ног, чуть слышно зашелестели купюры.

- Сколько там?

- Двадцать восемь тысяч.

- Хорошо. – Карим открыл глаза, посмотрел на Тараса. – Это тебе аванс. Часть отдай отморозкам, чтобы не мучили пока, остальное себе оставь. А то еще с голоду помрешь.

- Спасибо… большое, - сказал Тарас обалдело.

- Пожалуйста. – Карим устало потер виски. - Ладно, мне пора. Завтра в девять у меня на хате. Не опаздывай.

- До свидания.

Тарас вышел, проводил взглядом отъезжающий BMW. Иномарка, напоследок дав газу, скрылась в темноте. Тарас зашагал к общаге, заскрипела дверь, на проходной встретила Анна Ивановна, немолодая полненькая вахтерша общежития.

- Здравствуй Тарас! Что-то ты поздновато сегодня.

- Здравствуйте. Да вот, задержали немного.

- Ой, а что это с тобой?! – Анна Ивановна, поправив толстые очки, с испугом посмотрела на ссадины и грязную одежду.

- Ерунда. Упал неудачно.

- Может йоду тебе дать или мазь какую? – Вахтерша засуетилась, полное тело целиком скрылось за стойкой, там зашуршало. – У меня были где-то.

- Да не нужно, спасибо, - отмахнулся Тарас. - Пойду я, Анна Ивановна, спокойной ночи вам!

- Ух… – Вахтерша, отдуваясь, снова показалась наружу, лицо раскраснелось. – Ну как знаешь. И тебе спокойной ночи.

Тарас поднялся на третий этаж, коридор ушел налево. По пути никто не встретился – в общаге в основном одни студенты, вечерами сидят за книжками, уроки готовят. Дошел до конца коридора, здесь находилась только одна жилая комната. Старенький ключ не без труда справился с замком, Тарас открыл дверь.

Посреди комнаты могучий как горилла Вова по кличке Кеттлер тягал здоровенные гири. Увидев Тараса, он выпрямился, железо с грохотом опустилось на пол. Полуголое тело покрыли мелкие капельки пота, грудь распирали чудовищные пластины мышц, под кожей на руках перекатывались тугие бугры.

- Здорово, сосед! – сказал он весело, затем, присмотревшись, добавил: – А что второй драчун?

- Драчуны, - хмуро поправил Тарас, медленно стаскивая куртку.

- О! Неравный бой? – Кеттлер хрустнул пальцами, шеей. – Это кто тебя так?

- Не знаю, - солгал Тарас. – Хулиганы какие-то.

- Понятно. Ну ты хоть влепил кому-нибудь?

- Нет. Лежал, доблестно закрываясь от ударов.

- А что разуваешься тогда? – недовольно спросил Кеттлер, мускулы угрожающе заиграли. – Пойдем, пусть теперь со мной поговорят! Ты знаешь, где сейчас эти уроды?

- Не знаю. – Тарас повесил куртку, старенькое кресло скрипнуло под измученным телом. – Да и знал бы, все равно бы не пошел.

- А зря. – Кеттлер заметался по комнате, сжимая кулаки. – Я бы хоть размялся чуток.

Распаленный качмен замахал руками, ведя бой с тенью. Тарас улыбался, это он придумал прозвище Кеттлер – из-за непреодолимой тяги соседа к качалке. Занимался тот целыми днями без перерывов и выходных. Работал грузчиком, о чем рассказывал с гордостью, толстые, как бревна, руки с легкостью ворочали мешки, когда прочие мужики, посинев от натуги, поднимали вдвоем а то и втроем. После работы бежал в тренажерку, где еще пару часов пыхтел с железом. Ну и затем для крепкого сна – «легкие» домашние упражнения на ночь.

Выпустив пар, Кеттлер снова ухватился за гири. Тарас, скинув одежду, потопал в ванную, там долго гляделся в зеркало. Черные волосы взлохмачены, бровь рассечена, на скуле кровоподтек, губа разбита. Ерунда, серые глаза не обезображены синяками, зубы на месте. Тело в ссадинах, но кости вроде целы, хотя отморозки при желании вообще могли угробить.

Горячая вода била тугой струей, Тарас с наслаждением смыл грязь и кровь, боль почти ушла. Грязная одежда отправилась в стирку, куртку тоже почистил. После заглянул на кухню, в холодильнике, помимо бесчисленных творожков и белковых смесей Кеттлера, нашлось пару яиц, через пять минут пожаренных и мигом уничтоженных.

В комнату вернулся поздно, когда Кеттлер громко храпел в темноте. Тарас тоже тихонько улегся, пальцы коснулись пачки денег, спрятанной в наволочке подушки. Устал смертельно, но сон не шел, в голове засели мысли о странном незнакомце по имени Карим.

Наверное, один из тысячи остановится, увидев на дороге неизвестного человека. Один из миллиона пустит в машину, не побрезговав грязной и побитой харей. Но найдется ли еще человек, вот так с ходу предлагающий кучу бабла почти на халяву? Тарас ворочался в постели, думая о назначенной встрече. Куда и зачем его отправят? Не верилось, что за простую поездку получит такую большую сумму, но еще утром считал каждую копейку, а сейчас под подушкой почти тридцать штук, так что попробовать стоит. В груди затеплилась слабая надежда, что завтрашний день положит начало светлой полосе жизни, и сон мягко и легко забрал в свои владения.

Глава 2

С утра на работе Тарас занялся уборкой, вскоре магазин засиял чистотой. Удалось продать четыре игрушки, что стало рекордом за месяц, так что Смердов остался вполне доволен, решив пока не увольнять продавца.