Туннель

- А этот? – Ефрем, не слезая с мажора, кивнул на распростертое тело Жгута. На полу растеклась густая багровая лужа.

- А этому, похоже, уже не помочь.

Доктор подал Ефрему валявшийся рядом с трупом автомат. Здоровяк отсоединил магазин, пробубнил с досадой:

- Это я виноват, лопух. Оставил автомат в комнате, а он до него добрался.

Доктор склонился над Жгутом, осторожно перевернул тело на спину. Спортивный костюм пропитался кровью, в груди зияла дыра.

- Точно в сердце.

- Надо же. – Ефрем похлопал связанного по щеке. – Молодец, метко стреляешь.

- Я не виноват, - снова захныкал мажор.

Тарас, не отрывая взгляда от трупа, спросил:

- Что будем делать?

- Надо и этого засранца пристрелить, - сказал Ефрем, пихнув ногой связанного. Мажор начал извиваться, как червяк на крючке, пытаясь освободиться от пут.

- С удовольствием, - кивнул Тарас неожиданно для самого себя. – Готов взять грех на себя.

- Да вы с ума сошли! – нахмурился доктор. – Как будто мало нам смертей. Для начала надо тело убрать, иначе Алису точно инфаркт хватит. Ефрем, хватай его за ноги… Нет, Тарас, мы сами справимся. Ты пока побудь с Константином.

Мужчины, пыхтя и отдуваясь, понесли тело к выходу, оставляя тонкую красную дорожку на мягком белом ковре. Тарасу хотелось проведать Алису, но оставить мажора одного, пусть даже связанного, не рискнул. Поэтому в ожидании он уселся прямо на пол. Пах и грудь все еще саднили, но боль постепенно уходила.

- Слушай, - простонал мажор, уткнувшись мордой в ковер, - прости меня, чувак. Я же не нарочно.

- Помолчи, - устало сказал Тарас, закрыв глаза.

- Ослабь веревки. Руки занемели!

- Потерпишь.

- Я тогда просто пошутил. Это все ради смеха было, на заправке! Правда!

Тарас лишь отмахнулся. Эта наглая мразь еще прощения просит. Автомат здесь, лежит у стены, может, все-таки пристрелить сволочь?

Но принять решение он не успел – вернулись слегка взмыленные доктор и Ефрем.

- Уф, - выдохнул Ефрем, утирая лоб. – Вроде небольшой мужик, а тяжелый!

- Куда вы его дели? – спросил Тарас.

- В контейнер сбросили, - ответил доктор. – Тот, что наверху, под вентилятором.

- Ну, а с этим что? – Ефрем указал на мажора.

- Да ничего, - пожал плечами доктор. – Пусть пока посидит, над поведением своим подумает.

Ефрем кивнул, рука железными клещами ухватила мажора за шиворот. Не обращая внимания на вопли и стенания связанного, здоровяк затащил его в комнату, куда хотел запереть пленных обезумевший Жгут. Клацнул замок, доктор спрятал ключ в карман.

- Я к Алисе, - сказал Тарас.

- Давай, - кивнул доктор. – Мы пока чайку попьем, отдохнем малость.

Втроем двинулись по коридору. Тарас юркнул в комнату, где они оставили Алису, Ефрем и доктор, тихонько переговариваясь, отправились на кухню.

Алиса лежала на кровати, безучастно глядя в потолок. Когда Тарас присел рядышком на край, зеленые глаза девушки моргнули, посмотрели с болью.

- Как себя чувствуешь? – спросил Тарас, сжимая ее ладонь.

- Жгут… умер? – тихо спросила Алиса.

- Да.

Алиса закрыло лицо ладонями, плечи слегка вздрогнули.

- Ужас, - выдавила она сквозь рыдания. – Какой ужас!

- Эй, эй, все нормально. – Тарас погладил ее по руке. – Все уже позади.

- Кошмар… Все так быстро случилось…

- Успокойся, - мягко сказал Тарас. – Жгут это заслужил. Ты же видела, этот поддонок хотел…

- Знаю, - сказала Алиса, глотая слезы. – А… Костя?

- Что Костя? – нахмурился Тарас.

- Его вы тоже убили?

- Нет. Пока просто связали.

Алиса вздохнула, как показалось Тарасу, с облегчением.

- Бедный, тебе тоже досталось, - сказала она.

- Ерунда.

- Мне страшно выходить. Я… я в первый раз увидела мертвого человека. Представляешь?

- Представляю. Тебе сейчас лучше отдохнуть.

Алиса закрыла глаза, Тарас наклонился, коснулся ее чуть влажных губ.

- Постарайся заснуть. Не думай ни о чем. Хорошо?

- Хорошо.

Тарас, стараясь не шуметь, вышел из комнаты, оставив девушку в одиночестве.

На кухне доктор и Ефрем сидели за кружками чая. Тарас навел себе крепкого кофе и устало опустился на свободный стул.

- Ну что? – спросил Ефрем. – Как Алиска?

- Да нормально, - ответил Тарас, хлебнув кофе. – Переживает только.

- Да это понятно, - вздохнул доктор. – Я сам не в своей тарелке. Сколько лет прожил спокойно, а тут на тебе…

- Да я бы этого Жгута рано или поздно сам бы пристрелил, - сказал Ефрем. - Хорошо, хоть руки не пришлось марать.

- Ефрем… - поморщился доктор.

- Такие другого и не заслуживают, - хладнокровно продолжал Ефрем. - Если бы наш Костик не уложил своего кореша, мы бы уже все были трупы. Можете поверить.

- Может быть, - пожал плечами доктор.

- Ну а что теперь делать с этим хитрецом? – спросил Ефрем, кивая в сторону комнаты, где сидел запертый мажор. – Вы как хотите, но я его терпеть не собираюсь. Либо пусть так и сидит там взаперти, либо…

- Либо нам не нужно, - предостерегающе поднял руку доктор. – Хорошо, пусть пока посидит там, только, наверное, нужно его развязать. Все равно он оттуда никуда не денется.

Ефрем нахмурился, но все же согласился, что мажора, пожалуй, развязать можно, хотя конечно лучше бы…

- Ладно! – Доктор, сделав последний глоток, с громким стуком поставил чашку. – Хватит уже об этом. Теперь, господа, не мешало бы нам здесь прибраться.

Доктор, Ефрем и Тарас, засучив рукава, принялись за работу. Заляпанный кровью ковер свернули и бросили в сушилку. С помощью всевозможных чистящих средств отмыли кровь с пола, затерли большое пятно в комнате, где находился связанный пленник. Мажор, сидевший, в углу, молча наблюдал за уборкой, после чего пленника развязали. Принесли тарелку с едой, матрас, одеяло и подушку.

- Пока поживешь здесь, - сказал Ефрем, пока мажор хлебал холодный суп. – Апартаменты так себе, но тебе в самый раз.

Спать легли рано. Тарас устроился на ночь в комнате с Алисой. Девушке снились кошмары, она металась во сне, губы шептали бессвязные слова. Тарас как мог успокаивал, гладил, целовал. Наконец, Алиса задышала ровно и спокойно, устроившись на его плече.

Тарас некоторое время лежал, погруженный в тяжкие думы, затем тоже провалился в беспокойный сон.

Глава 8

Тарас резко сел в постели. С минуту он не мог прийти в себя, не понимая, где находится. Затем в памяти одна за другой всплыли картинки: автобус, туннель, кровь на сидениях, белая маска, выстрелы, убежище, мертвый Жгут, связанный мажор.

Алиса лежала рядом, отвернувшись к стенке. Тарас накинул халат и бесшумно вышел из комнаты. Похоже, он проснулся первым, кругом тишина, остальные еще спят.

Тарас подошел к комнате, где заперли мажора. Приложил ухо к двери, услышал приглушенный храп - пленник на месте. Тарас на цыпочках зашел в комнату к доктору – Анатолий Иванович лежал, как покойник, сложив руки на животе, усы слегка подрагивали от шумного дыхания. Тарас посмотрел на часы, лежащие на тумбочке – половина шестого.

Спать больше не хотелось. Зашел на кухню, через пару минут по коридору поплыл крепкий кофейный аромат. Тарас устроился за столом, прихлебывая горячий напиток.

Надежда на спасение таяла, как масло на солнцепеке. Убежище сначала показалось раем после осточертевшего туннеля, но теперь Тарас понимал, что они попали в ловушку. Если не открыть двери, еда и пища скоро закончатся, и тогда оставшихся пассажиров автобуса ждет медленная смерть… Тарас прикрыл глаза, вздохнул тяжело и обреченно.

Ноздри уловили запах гнили. Тарас посмотрел по сторонам – источником зловония оказались остатки еды в больших переполненных пакетах, сложенных в углу кухни. Тарас допил кофе, захватил фонарь, и, обвесившись мусором с головы до ног, направился к выходу.

Поднимаясь по лестнице, он вспомнил, что наверху доктор и Ефрем бросили в контейнер мертвое тело Жгута. Тарас не горел желанием созерцать остывший труп, но делать нечего – уже дотащил пакеты до верхних ступенек. С трудом справившись с тяжеленной крышкой, он выбрался наверх, где застыла в ожидании кабина лифта, неторопливо вращались лопасти огромного вентилятора, и покоился в большом контейнере мертвый Жгут.