Страница 33 из 57
Это еще хорошо, если нанесенный тобою ущерб покрывается твоим имуществом. Иначе можешь пойти на принудительные высокооплачиваемые работы. На благо страховой компании, решившей твои проблемы с твоими клиентами. Или продать почку. Или взять кредит, если дадут, конечно.
Но главное не эти частности, просто больше ты не станешь травить людей, и все окружающие тоже сделают выводы.
А если твои повара невкусно готовят, официанты хамят, а в зале грязно, посетители к тебе просто перестанут ходить и всё. У них есть выбор.
Был сохранен архитектурно-строительный надзор, при приемке в эксплуатацию проверка объекта идет страшнее, чем сдача наряда в армии. Несоответствие утвержденному проекту хоть по материалам, хоть по исполнению жестоко карается.
Эксплуатационные же процессы поддерживаются на достойном уровне за счет обратной связи - подсадных покупателей-клиентов, скрытно записывающих все, и берущих необходимые экспресс-анализы. Это кстати как-то оплачивается, и некоторые профессионально этим живут. У них там сложная структура и какой-то хитрый отбор.
А еще ведь есть море клиентов, любой из которых, просто из любви к искусству, может сделать почти тоже самое и мгновенно отправить доказательства нарушений куда надо. И это, заметьте, не пресса. Им раздувать подобное, как раз таки, не дозволено, чем сводится к минимуму недобросовестная конкурентная борьба. Просто приедут неприметные люди и тихо сделают свое дело. А на личный счет заявителя упадет соответствующая сумма. Анонимность не поощряется, подстава вычисляется и жестоко карается. Я даже сначала не понимал, почему настолько жестоко. Потом кстати осознал. Расскажу как-нибудь. О главном грехе и о наказании за искажение информации.
А, представляешь, еще и деньги отменили.
-Деньги?
-Нет, не вообще деньги, а наличные. Кэш. Дали три дня, чтобы сдать остатки в банк. Расчет только картами. Они уже были у всех. Вопросы тогда по зачисляемым суммам не возникали, но народ всеравно перестраховывался и обогащал близких и родственников. Помню, что потом как раз проблемы и возникали. Семьи рушились, связи рвались. Ну а что, зачислил шеф на любимую секретаршу пару зеленых лимонов, и нафига он ей теперь нужен. Ей самой теперь кофе носят и все такое.
Налоги, в их обычном понимании, т.е. с доходов всех видов, не со всех, но с большинства, упразднили. Это была революция! Как это сложно принималось!
Налоги стали браться с потребления. Покупаешь в рознице конечный продукт, например батон хлеба, там уже заложен определенный налог. Покупаешь яхту, там то же самое. Двадцать процентов. Они автоматически улетают в бюджет. У производителей товаров и услуг немного по-другому, и в цифрах и в принципах. Но, знаете, большинство производителей оценило эффективность системы положительно. А коли ошибся в окончательном ценообразовании - твои проблемы. Рынок. Не базар.
Вы не поверите, но, несмотря на массу остающихся проблем, за несколько лет картина кардинально поменялась. А сколько людей высвободилось для нормальной жизнедеятельности! Понятно, что раньше, при отсутствии сильного государства и соответствующих технологий тотального отслеживания деятельности физических и юридических лиц, это все было нереальным. А тут, массовое уклонение от налогов стало сводиться к разумному минимуму. Типа бартера между очень близкими людьми. Точнее, стопроцентнодоверяющими друг другу. Она мне испекла пирог, а я ей починил машину.
-Пирог?!?
-Ага, американский. Гоу-гоу. Ладно, проехали, пуритане вы наши. Или, скажем, сделала дамочка мне аккуратную модную стрижку, а я ей быстренько трубы прочистил дамочке...
-Как-то неравноценно у Вас получается!
-А я о чем? Я же сильнее устал. Не профессиональный же...трубочист. Зато без денег. Но это для примера. Подарки. Золото. В тихушку, а потому в несерьезных масштабах. Кому охота рисковать зря. Чтоб потом на какого-нибудь тракториста переучиваться. Для работы в сложных условиях лесотундры.
Глава 55. Плен.
-Э-э-э, какой красивый ты тут, оказывается! Умылся бы хоть, что ли? А мне говорят: совсем ленивый стал, урыска, работать не хочет. Зачем ты нам?
- Как зачем? Обменяешь, хули. За живого больше дадут. А за здорового еще больше. Я же просил, Ханиф. Эти таблетки - не редкость. Я все названия твоему барану написал. Они практически одинаковые, только фирмы разные. Это ж не капельница. Меня реально колбасит, не видишь что ли? Давление, штука такая, раз и все. Инсульт.
-Может проще тебе башку отрезать? А?
- А ты типа уже научился бошки резать? Ты же, блядь, инженер! Ты в институте курсовые в комплексных числах считал! Поверхности кривее, чем этот потолок описывал. Водку жрал, да баб пердолил... Вы тут чего, совсем озверели?
- Ровный здесь потолок, это ты уже плывешь. И, это... кто бы попрекал! У вас на подвале что творят, знаешь? Рассказать?
- Подожди... Я-то - не с подвала. Я за себя отвечаю. За себя. Не за тех-этих. Я не знаю, что там творят. Иллюзий не строю, но не знаю. Может больше понты, чтоб жути нагнать, может реально звери.
-Звери, Бонда, звери.
-Слышь, Ханиф, ты пойми... мне мои или твои бойцы как-то ближе, чем... уроды из подвалов. Из ваших подвалов, или из наших, без разницы. И, поверь мне, у меня своя война, мы тут без фанатизма... тусуемся. И ты это знаешь. А садистов я у себя вычисляю на раз, и все они почему-то долго не живут. Заданий много, мяса мало, ты поймешь... Мне на себя грех брать... за таких не хочется.
-Ты чего самый хитрый, да? Думаешь, всё закончится? Не-е-т! И дело не в наших братьях, как вы себе твердите, дело уже в нас! Вы черту переступили, вы!
-Э, давай ты меня тут... политинформациями лечить не будешь! У меня, в отличие от тебя, по диамату пятерка была. И не только. Черту, блядь! Черту вы себе сами начертили, когда ножкой шаркали перед этими обезьянами. Ты сам себе признайся, ты видел когда-нибудь, чтобы это хорошо заканчивалось? Это средневековье. Самоуничтожение.
- Так остановитесь! Что ж вы лезете-то? Мы хотим жить... так как мы хотим!
-Кто, блядь, лезет? Кто?... Я? Я в одном районе сижу девятый месяц. Я здесь родился и вырос. И ты... И раньше и мне, и тебе было как-то похую, кто там чему молится. У нас другие интересы были... Подожди, договорю...нам было чем заняться. И тогда, и потом. Ты бы сейчас на заводе молодежь гонял, внуков нянчил. Кроликов своих резал, а не людей.
- Ай, давай уже, не лечи... ушло то время. Всё. Теперь уже мира не будет. Мы вместе жить не сможем.
- Сможем, Ханиф, я знаю, сможем. Если выживем. Там, высоко, договорятся и все потушат. Кто не поймет, того толпой... со всех сторон загасят. Потом объявят демилитаризацию, назначат военных преступников, а остальные будут как-то жить. Последние тридцать лет так везде было, где у людей хоть какие-то мозги остались.
- Потушат, загасят... Не на каждом пожаре такое удается, пожарников не напасешься. Тут скорее такое пепелище будет, и дальше гореть пойдет, и... Да весь мир против вас!
- Не-е... Ничего-то ты не понял! Весь мир за нас, только те, кто этим миром вращает, с нами в противофазе.
- Ай, начал опять! Что это дает, поговорили и все...
- Дальше? А ты ничего не замечаешь? Ты думаешь, почему мы здесь топчемся, пиписьками меряемся, а на север не идем? Потому что нельзя там воевать - чревато... Место у нас тут... не для долгих войн. Тут батрачить должны за копейку малую, и ваши, и наши. И станки не ломать. Политика - это концентрированное выражение экономики. Лучше лысого и не скажешь. Когда у хохлов началось, меня очень сильно удивило, как быстро их всех на уши поставили. Я раньше думал, что только джумшуты на такое способны - за такое короткое время быть готовыми друг друга рвать. В силу менталитета. Рассчитались на первый-второй, и понеслась... Хохлы, конечно, тоже заполошные, но чтоб так... Потом, конечно, дошло, что на первый-второй их загодя делили, и объясняли отличия...четных от нечетных.