Страница 68 из 141
Изменения пейзажа и присутствие лишнего персонажа неприятно удивили Макса. Странно. Неужели кто-то может изменить то, что он придумал. Неужели Ника сильнее и обладает древним искусством? Макс видел, как существо, оказавшись близко от союзников, жавшимся испуганной кучкой стало для них не смертью, а новым ведущим, Вожаком. Макс пытался остановить изменения и разрушения, но в ответ на его попытки они только ускорились. Сознание тварей было недоступно. Повлиять на Нику не получалось. «Неужели теперь это её территория? И может быть, это она вытянула его в этот странный ломающийся мир? Такого не может быть!» - подумал Макс. Не могло быть, но было.
Ника почувствовала, что она не одна в сновидении. Она взглянула на сумеречное небо. Легкий ветер собирал в маленькие вихри пыль, крутил её, рассыпая, снова скручивал спирали, словно играл в удивительную и опасную игру с вероятностями. Ника слышала глухое ворчание странных серых тварей. Она всматривалась в тени, пыталась проникнуть в коллективное сознание чужих союзников. Зверь потянулся к ней всем телом, расталкивая сумеречных щенков. Шерсть на загривке встала дыбом, на дне темных глаз заплясали красные искры, припадая к земле, он начал медленно двигаться. Ника смотрела, как зверь крадется, не спуская с неё глаз, она невольно повторила его движения, двигаясь навстречу. Она слышала глухие удары сердца. Чьи? Свои или его? Она уже не знала точно. Ощутив всем телом ледяное прикосновение, Ника резко обернулась.
- Я не звала тебя, - сказала она, наморщив лоб и прикрыв глаза, словно у неё резко заболела голова.
- Видишь ли, я сам решаю, когда и куда мне приходить. Мне не требуется чье-либо разрешение или приглашение, - сказал Макс.
Ника уловила очередное изменение пространства. Рык зверя стал громче. Макс покосился на пса.
- Всё равно, нам нужно поговорить, - продолжил он, - раз уж мы тут встретились.
- Нам, Макс, не о чем говорить. Ты прекрасно это знаешь. Ты - вампир. И я не желаю иметь с тобой ничего общего больше, чем уже есть.
- Я не хотел бы причинять тебе вред.
- Большего вреда ту мне уже причинить не сможешь.
Ника подумала о своей незавершенной и незаконной инициации. Ведь вполне возможно, что Макс об этом ничего не знал. Ольга утверждала обратное. Но Фадеева решила, что «всякое бывает» и больше вообще не думала на эту тему. Неважно, что Макс знал, а чего не знал. Иногда ей казалось, что он сожалел об их разрыве. Словно читая её мысли, Макс продолжил разговор.
- Ты бросила меня, Ника…
- Я? - удивилась Фадеева. - Ты ушел сам, ушел на исходе дня.
- Да, я ушел, - подтвердил он.
Глаза Макса не выражали ничего. Нике стало жаль его. Когда-то сильный и уверенный в себе мужчина, может быть древний вампир, выглядел как-то жалко.
- Я не хочу больше ничего слышать, - сказала Ника.
- Ты не понимаешь, ты никогда не понимала... Видимо, тебе это не дано, мне очень жаль.
- Извини. Ты ошибаешься. Я всё очень давно поняла. И ещё, тебе больше нельзя приходить ко мне. Я знаю твою сущность. А ведь ты мог мне всё рассказать! И я бы была другой. Я сознательно бы сделала свой выбор. У меня же его не было. Я не жалею о том, что происходило. Я лишь немного разочарована. Мы могли бы быть идеальной парой…
Она замолчала. Молчал и Макс. Они снова молчали легко и непринуждённо, словно прошлое стало будущим. Иллюзия…
Алиса видела изменения картинки. Дом вздрогнул, прервав поток мыслей. Алиса почувствовала, как строение начало оседать, рушиться, исчезать. Она бросилась к двери, с силой толкнула её, срывая с петель, открывая возможность к бегству. «Да, всё - правда. Пирамиды, тайны, хранители, и то, что Макс...», - договорить Алиса не успела. Дом ещё раз вздрогнул и осел пылью, едва Алиса успела выскочить. Она слышала обрывок разговора Ники и Макса, но Ника не успела договорить. Одним прыжком зверь преодолел расстояние, отделявшее его от Ники и Макса, ударом всего тела сбив Нику с ног, он отбросил её за границы сновидения, а потом исчез следом за ней.
Макс стоял на месте, никуда не собираясь уходить. Алиса приблизилась, но не подходила слишком близко. Почувствовав её, или услышав, он обернулся, улыбаясь. Когда она посмотрела в его глаза, то картинка мгновенно поплыла, исчезла. Гончарова наконец-то проснулась. «Ну, вот так, - расстроилась она, - на самом интересном месте». Поворчав и перевернувшись на другой бок, она заснула, но на этот раз без сновидений. Проснувшись, она никак не могла вспомнить, что ей снилось.
Утром Ника с трудом вспомнила сна. От ночного кошмара осталось сильное ощущение реальности того, что происходило. Пока она пила кофе, и читала книжку, в памяти всплывали всё новые подробности странного сновидения, и она всё больше убеждалась, что предположения Ольги верны, и что ей придется и правда, противостоять древнему существу, пусть она по-прежнему сильно любила его. «Надо же, - ухмыльнулась Ника, - я - упокоительница вампиров. Смешно».
Когда Алекс открыл глаза, то первое, что он пообещал себе — это никогда не пить пиво после суток, и не засыпать под фантастические фильмы. Где-то в глубине сознания по-прежнему крутилась мысль, что надо бы или написать, или позвонить Фадеевой, вот только зачем? Ответа на этот вопрос пока не было. «Ладно, посмотрим, - решил Алекс. - Напишу ей как-нибудь, а может быть, она и сама мне напишет».