Страница 11 из 18
Маленькая Леночка, с которой мы занимались вчера, сошла.
Теперь проводим время в обществе Алены и Анюты Лаптевых.
Вчера у меня был еще собеседник – Толя Мальвинский. Обыкновенное пароходное знакомство. Сначала он показался мне шалопаем, а потом оказалось, что это – серьезный и вполне корректный молодой человек, только что кончивший гимназист – и медалист при этом. Любит свою Кукарку до восхищения – и нахваливает мне свои дачи. Звал меня к себе на дачу и при прощании заметил, что там я, наверно, очень быстро бы поправилась, так как они (дачи) все – в сосновом лесу…
В Кукарке он и сошел…
Есть здесь (на пароходе) один, как говорят, учитель – музыкант и художник. Мне хотелось бы с ним познакомиться, чтобы сунуть нос в его рисунки. Не удалось!..
Красот природы не описываю. Я только наслаждаюсь ими и вспоминаю прощальные слова Гриши (Куклина):
– Счастливая: это такая красота – все виды!..
– Посмотри-ка, Маруся, у меня в самом деле стоит «пятерка» по геометрии? – крикнула я со своего места, видя, что Маруся Бровкина82, подлетев к кафедре, заглянула в классный журнал.
– Господа, а Анна Васильевна (Смирнова) выставила в журнале (оценки) за «письменный» (контрольную работу)! – и еще трое (одноклассниц) в одну секунду очутились там же. Бедный журнал порядком-таки пострадал от четырех пар рук в эти мгновения…
Но не успели – и они, и я – удовлетворить свое любопытство, как уже великолепный «дядя Федя» появился на пороге класса. С обычным полупоклоном вошел он в класс и, медленно пройдя к кафедре, сел в кресло и обвел его (класс) спокойно-серьезным взглядом.
Урок начался…
Воспоминание:
Тембр ее голоса, интонации – красивы, но, в общем, она мне не нравится. Рассказывать не умеет, спрашивает скучно – и почти одно и то же каждую (ученицу). Явление для меня непривычное… Манеры у этой особы ужасные: разляжется с локтями на кафедру и думает, что хорошо!.. Это – Перцева84. Хоть бы поскорей убиралась… (За словесностью.)
Совершенно не могу примирить добрые отношения Цесаревны Елизаветы к крестьянам и презрительный взгляд на них Императрицы Елизаветы Петровны. Спросить бы «Фединьку», чем это объясняется?..
(За историею.)
– Нина, без меня ничего не читали?
– Нет, а что?
– Да ничего. Я только думала, что читали… У тебя в дневнике все уроки записаны? Если да – дай списать!..
– Уроки не записаны. Да и дневника-то нет, он еще «гостит» у Александры Николаевны…85 – Нина, рано ли вы соберетесь у меня?
– Когда?
– Да сегодня…
– Спроси Шурынду86 и Марусю (Бровкину). После урока я тебе скажу относительно того, могу ли прийти я…
– Какая сегодня будет история? Никак не могу сообразить…
– Русская. Задано до Екатерины II. (Из «бумажного» разговора двух Нин за уроком.)
– Шурындушка! Цветы-то на (гимназический) вечер можно?
– Какие? Живые – можно, и то – мелкие, а крупные и большие бутоньерки87 – запрещено…
– А как-то говорили, что живые-то и нельзя… Ты откуда это знаешь?
– А тебе для чего – бумажные? Я сколько раз ходила с живыми левкоями в волосах – и в театре, и на концерте – и ничего, не попало!
– Это летом?
– Да…
– Ну вот – видишь!.. А теперь – не лето… (Тоже – из «бумажных» сношений.)
Мое первое впечатление такое: очень нервная, красноречивая, вежливая и внимательная. Она напряженно вслушивается в бессвязный часто рассказ. У нее – хороший голос и некрасивая наружность… C‘est note novella maitresse d’histoire88 Екатерина Ивановна Сиднева89. Во время урока она часто ходит по классу. Это гораздо лучше, чем неподвижное сидение на кафедре – в виде изваяния, каким является у нас «Христофора Колумбовна»90. Затем – она великолепно рассказывает, и это – тоже громадное преимущество перед Китовской, не обладающей даром слова. Вообще – я очень довольна этой «заместительницей дяди Феди»…
Глава 4
1913 год
Вот уж скоро две недели, как я дома, а не вижу, как идет время. Насколько тихо тянулось оно в больнице – настолько быстро проходит здесь… Но за это время я ничего не успела сделать, а до Пасхи осталось всего четыре дня. Надо сшить Лене (Юдиной?) платье и кончить рисовать «гимназистку»: на портфель – для губернаторши…
Себе, вероятно, ничего не успею сшить – хотя и надо бы…
Катя шьет себе голубое платье…
Не знаю, право, в чем проходят дни. Должно быть – в прогулках, которыми я вознаграждаю себя за шестинедельное сиденье в «мертвом доме» (скарлатинный барак уездной земской больницы). Боюсь, не злоупотребляю ли я ими: что-то болит очень голова…
Но… на это я стараюсь не обращать внимания, то есть, вернее, не показывать этого нашим: так спокойнее – и для меня, и для них. А не гулять я не могу – тянет, и дома заставляют сидеть меня лишь работа и усталость…
Страстнáя пятница. 3 часа дня.
Только что пришла с исповеди. Беспокоюсь – во всем ли покаялась? Как будто – во всем, как будто – нет… Там, на клиросе, от страху все грехи забываются…
Светлое Воскресенье. 12 часов дня.
Пасха. Светлый, радостный праздник… А у меня на душе нет той святой, всенаполняющей радости, которая захватывала меня всю без остатка в прошлые годы. Отчего? Болезнь ли оставила следы?.. Но разве могла она повлиять на это? Или что другое?.. Не понимаю…
После Заутрени, раздевшись, я прилегла на минутку – перед тем, как идти в столовую, и вдруг горячая, какая-то едкая слеза обожгла глаза… Фу, стыд!.. Пасха – и слезы!.. И я подавила их…
Не знаю почему, но мне грустно всё это время. И только около тети Анички становится немножко легче…
Был Гриша (Куклин). С визитом, конечно. Еще в окошко раскланялся, приветливо улыбаясь. А в столовой сидел какой-то придавленный, понурый. Бледный-бледный… Он страшно изменился за это время. А много ли его прошло? Только три месяца – от Рождества до Пасхи. Что с ним? У него такой жалкий, растерянный вид…
А я и сегодня взяла тот же тон, какого держалась раньше. Но теперь он уж слишком резок, слишком груб. Надо будет быть помягче…
Он (Гриша), говорят, участвовал в славянской манифестации91. До сих пор я была не в курсе этого дела, а теперь папа рассказал, что манифестанты, по случаю взятия Адрианополя и еще некоторых местностей, устроили шествие из Казанского собора в церковь «Воскресения на Крови», а оттуда – в Петропавловский собор, где возложили на гробницы Царя-Освободителя и Александра III венок и крест из цветов. Во все время шествия пелся гимн «Боже, Царя храни!» и «Спаси, Господи…»92. И за всё это их похлестали нагайками, помяли лошадьми и многих заарестовали. Вот – безобразие! За национальную манифестацию – нагайки и арест! Как не стыдно!.. Я бухнула на это:
82
Бровкина Мария – одноклассница автора «Дневника…» в ВМЖГ. Из семьи Ф. А. и Л. И. Бровкиных. Бровкин Федор (Теодор) Аристархович – врач, выпускник медицинского факультета Харьковского университета. Бровкина (Лидина) Лидия Ивановна – преподаватель пения в учебных заведениях города Вятки / Кирова; член правления Вятского музыкального общества (1909); бывшая солистка Пермской оперы (контральто). (Заруская С. В. Воспоминания о Вятке1920–1930-х годов.)
83
Предположительно стихи собственного сочинения автора «Дневника…».
84
Перцева Екатерина Илларионовна (1874 – ?) – преподавательница русского языка и словесности ВМЖГ (затем – 2-й единой трудовой советской школы) – в 1911 – 1919 годах. Гимназическое прозвище – «Перчиха». Родилась в Казани, дочь крестьянина. Окончила Казанскую Мариинскую женскую гимназию. Прослушала восемь семестров Казанских высших женских курсов. Награждена светло-бронзовой медалью – «в память 300-летия Дома Романовых» (1913). Более благожелательный, нежели у Н. Е. А – овой, отзыв о Е. И. Перцевой содержится в дневнике бывшей ученицы ВМЖГ Ольги Филипьевой: «По словесности у нас, о радость! – Перцева! Она, придя в класс, читала Островского “Лес” как самая первая драматическая актриса! Все в восхищении от Перцевой, только “задник” (второгодницы) улыбаются: “У-у, чертова перечница”, – иначе они ее и не зовут…» (Цит. по: Пономарева К. А. Девичий дневник как источник бытописания жителей Вятки конца XIX – начала ХХ вв. // Личность и время. Материалы региональной научной конференции, посвященной 180-летию со дня рождения П. В. Алабина. – Киров, 2005. С. 61.) В 1919 году отошла от педагогической деятельности. Из заявления Е. И. Перцевой от 4 августа 1919 года в школьный совет 2-й советской школы – об увольнении «по собственному желанию»: «…Вследствие слабого состояния здоровья и упадка сил я не могу быть деятельным работником в деле строительства новой школьной жизни».
85
Бунякина (урожденная Дружинина) Александра Николаевна (1860 – ?) – надзирательница ВМЖГ, а затем – техслужащая 2-й единой трудовой советской школы (1910 – 1919). Родилась в Вятке, дочь чиновника. Окончила ВМЖГ в 1877 году – со званием «домашней учительницы». Состояла учительницей Великоречинского и Соломинского начальных народных училищ (1877 – 1896). Награждена светло-бронзовой медалью – «в память 300-летия Дома Романовых» (1913).
86
Петрова Александра (Шура, «Шурында») – окончила восемь классов ВМЖГ в 1914 году; ее младшая сестра – Петрова Вера – окончила семь классов той же гимназии в 1915 году. (Дневники вятских гимназисток… С. 107.)
87
«Бутоньерка» (от фр. «bouto
88
Это преподавательница истории (фр.).
89
Сиднева Екатерина Ивановна (1881 – ?) – преподавательца истории и географии ВМЖГ (затем – 2-й единой трудовой советской школы) в 1911 – 1919 годах. Дочь крестьянина. Окончила Симбирскую Мариинскую гимназию и Казанские Высшие женские курсы – по отделу историко-общественных наук (1914). В 1900 – 1904 годах была учительницей Тотьминского сельского училища Карсунского уезда Симбирской губернии (ныне Карсунский район Ульяновской области). Награждена светло-бронзовой медалью – «в память 300-летия Дома Романовых» (1913). Из отзыва школьного совета 2-й единой трудовой советской школы от 12 июня 1919 года: «…Во время своей службы обнаружила полную добросовестность и аккуратность в исполнении своих обязанностей, знание и умение в преподавании истории и географии и в ведении практических работ в 8-м классе. На уроках умеет заинтересовать и пробудить самодеятельность учащихся. Со стороны учащихся и товарищей-сослуживцев пользовалась полным уважением». Гимназическое прозвище – «Катя-верхняя».
90
Христофора Колумбовна – гимназическое прозвище М. Х. Китовской (урожденной Шестаковой) Марии Христофоровны (1878 – ?) – преподавательницы русского языка и словесности ВМЖГ (2-й единой трудовой советской школы) в 1911 – 1919 годах. Родилась в поселке Холуницкого завода Слободского уезда (ныне город Белая Холуница в Кировской области). Окончила Петроковскую гимназию (ныне город Петркув-Трибунальски Лодзинского воеводства, Польша) и Санкт-Петербургские Высшие женские («Бестужевские») курсы. Награждена светло-бронзовой медалью – «в память 300-летия Дома Романовых» (1913). Попечитель Казанского учебного округа в своем предписании от 9 июля 1914 года предлагал руководству ВМЖГ обратить внимание на «неудовлетворительность ее (Китовской) преподавательской деятельности» и предупреждал о принятии «соответствующих мер» – в случае, «если не будет улучшений».
91
Манифестация в поддержку Балканского союза, в который входили Болгария, Сербия, Греция, Черногория. Первая балканская война между Балканским союзом и Турцией продолжалась с 9 октября 1912 года по 30 мая 1913 года.
92
«Молитва Животворящему Кресту» («Канон Святому и Животворящему Кресту» – «Тропарь Кресту»), глас 1: «Спаси, Господи, люди Твоя, и благослови достояние Твое, Победы православным христианам над сопротивныя даруя, и Твое сохраняя Крестом Твоим Жительство. Аминь».