Страница 95 из 166
Плач повторился. Надрывный, с частыми хрипами, словно плачущему не хватало воздуха, он временами и вовсе срывался на утробный вой.
Я остановилась на полпути к лестнице, в нерешительности сжимая сумку. Нужно было идти, но что-то останавливало меня, сжимая сердце ледяной рукой. Я кожей чувствовала чужое горе и попросту не могла сдвинуться с места, не предложив своей помощи. Поколебавшись, я решительно развернулась и постучала в дверь, толкнувшуюся под рукой. Плач тут же стих, сменившись свистящим прерывистым дыханием. Я тактично кашлянула и негромко сказала:
- Прошу прощения за вторжение и за то, что, возможно, лезу не в своё дело! Случайно услышала ваш плач и решила спросить, не требуется ли вам помощь...
- Нет-нет, всё в порядке, не стоит беспокоиться! - оборвал меня тоненький девичий голос, в котором угадывались недавние слезы. - Мне... мне не нужна помощь, уверяю вас!
Постояв у двери несколько мгновений, я пожала плечами и направилась к лестнице, спиной ощущая нешуточное напряжение, с которым невидимая плакальщица ожидала моего ухода. Стоило шагнуть на первую ступеньку, как в спину долетел порыв воздуха и уже знакомый голос окликнул:
- Подождите... Пожалуйста!
В дверном проёме стояла, нервно цепляясь за косяк и покусывая тонкие губы, белокурая девушка. В ней я без труда узнала незнакомку, встреченную вчера у дверей. Её миловидное лицо припухло и покраснело от слёз, а лихорадочно блестящие глаза кричали об её состоянии. Поймав мой взгляд, девушка смутилась и, потупив голову, пролепетала:
- Это правда? То, что вы говорили о помощи?
Я ободряюще улыбнулась ей и мягко произнесла:
- Никогда не даю пустых обещаний и не дарю ложных надежд. Выходит, ты всё-таки передумала?
Девушка отчаянно затрясла головой. Волосы заметались по плечам, как щупальца медузы, колышущейся у поверхности воды.
- Я не знаю, что и думать! - запинаясь, истерически выкрикнула она и, с опаской оглянувшись, произнесла уже тише:
- Ужасно боюсь, понимаете? Я запуталась, невероятно запуталась и не вижу выхода из того капкана, в который сама себя и загнала!
Её губы задрожали. Она принялась всхлипывать и прерывисто дышать, словно пытаясь подавить рыдания, рвущиеся наружу. Мне стало её жаль. В этой девушке я внезапно увидела что-то знакомое. Что-то, напомнившее меня саму тогда, в ту ужасную ночь два года тому назад. Я тоже очутилась в ловушке, но рядом оказался Одноглазый Том, протянувший руку помощи. Белокурой незнакомке не приходилось рассчитывать, что ей кто-нибудь поможет.
Кроме меня.
***
- Меня зовут Руанна.
Девушка мяла в руках тонкий батистовый платочек, от слёз превратившийся в жалкий комок. Я кивнула, отчего-то почувствовав во рту привкус хайаньского шоколада, и представилась:
- Кассандра. Так что у тебя случилось? Рассказывай и ничего не бойся.
Покрасневшие от покусываний губы Руанны искривились в жалостливой усмешке. Она хрипло вздохнула и заговорила, заикаясь и путая слова:
- Я из Мерании. Это провинция недалеко отсюда. Вчера я сбежала из дома.
- Почему? - мягко спросила я, увидев, что при этих словах глаза девушки заблестели. Она глубоко вздохнула, явно делая над собой усилие, и с трудом выдавила:
- Я... Я, наверное, убила Марка!
И, разрыдавшись, спрятала лицо в ладони. Удивившись такому откровению (на убийцу Руанна походила в последнюю очередь), я сделала попытку тактично выведать у неё подробности:
- Кто такой Марк?
- Мой отчим, - глухо послышалось из-за плотно стиснутых ладоней. - Мама умерла полгода назад. Выдержав траур, он потребовал, чтобы я заняла её место, как самая старшая. А я его ненавижу, ненавижу, ненавижу, он жирный, как ордол(157) по осени, и у него мерзкая бородавка на носу! А ещё он жестокий и приказывает сворачивать головы нашим кроликам прямо у меня на глазах!
Плач грозил перерасти в истерику. Я рискнула легонько дотронуться до её плеча. Она не отодвинулась, только вздрогнула от прикосновения.
- Прежде всего, тебе нужно успокоиться, - сказала я, поглаживая вздрагивающую спину. - Что именно случилось вчера?
Руанна сглотнула слёзы и низким голосом проговорила:
- Вечером он явился ко мне и сказал, что завтра – то есть, сегодня – мы пойдем в храм Лиара и скрепим наш союз Светом. А так как моя мать не родила ему кровного наследника, то он будет ждать его от меня!
Она прошептала что-то неразборчивое и с омерзением произнесла:
- Видели бы его, Кассандра! От этих слов на меня будто морок какой-то напал. Я схватила тяжелый бронзовый кувшин и запустила ему в голову. Он... Он упал...
Она принялась нервно ломать пальцы.
- На полу, под его затылком, растеклась лужа – тёмно-красная, блестящая. Он пытался подняться, но не смог и упал обратно. И эти глаза...
Девушка больно вцепилась мне в руку скрюченными, как в агонии, пальцами и прохрипела: