Страница 120 из 166
Коннар без лишних слов подал мне сумку с Камнем, сиротливо валяющуюся неподалеку, и тронулся в путь первым.
***
Осознание того, что путь к заветной цели сокращается шаг за шагом, пьянило. Поглощённая мыслями о каменной флейте, я совершенно забыла о драконидах, сбежавших в лес накануне. Вспомнив же о них, я приуныла: с исчезновением скакунов шанс в скором времени добраться до монастыря становился ничтожным. Учитывая, что факелы потерялись где-то на страшной пустоши, а без драконидов время в дороге грозит растянуться вдвое, если не втрое, мысли приобретали всё более и более мрачный оттенок. На чудо я не надеялась и пребывала в твёрдой уверенности, что скакуны уже далеко и наверняка закончили жизни в желудках хищников.
Именно поэтому вид двух драконидов, мирно разгуливающих между деревьев у самой кромки леса, поразил до глубины души. Судя по расширившимся глазам северянина, он тоже этого не ожидал.
- Пожалуй, стоит послать драконюху пару дориев, - хмыкнул он, седлая животное. - Наверное, та зубастая тварь решила оставить их на закуску, только добраться сюда уже не смогла.
- Либо мы показались ей более вкусными, - в тон ему поддакнула я, вставляя ногу в стремя. Продырявленную ладонь кольнуло, и голова закружилась: продолжало сказываться забытье на столбе. Неуклюже балансируя, я запрыгнула в седло и взяла поводья, вопросительно взглянув на Коннара. Тот почему-то медлил.
- Скажи, Кошка, - задумчиво проговорил он. - Ты по-прежнему хочешь продолжать путешествие, несмотря на всё, что случилось? Впереди ведь могут ждать вещи и пострашнее.
Я в изумлении прикусила губу и нахмурилась. С чего бы это моего спутника потянуло на такие расспросы?
- Этот путь я выбрала сама и пройду его до конца. Каким бы он ни был, что бы ни ждало впереди – я должна. Иначе жизнь потеряет смысл!
Голос задрожал от волнения, а фразы стали отрывочными. Внезапное желание излить душу на мгновение накрыло с головой, но я вовремя спохватилась и одёрнула себя. Капитану Коннару незачем много знать о Дикой Кошке Мелиан. Впрочем, он особо и не возражал. Уставившись в пустоту, он выдержал паузу и глухо произнес, словно говоря сам с собой:
- Сейчас я даже рад, что Феррг(181) скрестил наши дороги, Кошка. Я пойду с тобой до конца, и если случится так, что мне суждено преждевременно попасть в Серебряный Чертог Амальганны(182), то я хочу, чтобы последним, что я увижу, была ты.
Не дождавшись моего ответа, северянин подстегнул драконида и поскакал вперед. Его неожиданная откровенность застала меня врасплох, но я быстро справилась с собой. Бросив прощальный взгляд на кладбище омнийцев, я всадила пятки в бока драконида, и тот послушно порысил следом за удаляющейся спиной наёмника.
Отложим наш задушевный разговор, капитан. Сейчас не самое подходящее время.
***
Ткань рвалась с сухим треском, беспомощно повисая на ладонях северянина широкими лентами.
- Из телохранителя я превращаюсь в горничную, - угрюмо проворчал Коннар, расправляясь с очередным лоскутом материи. - Сначала помоги выбрать платье, потом – заплети косу... Что дальше? Прикажешь стирать белье?
Я только неопределённо хмыкнула, оставив наёмнику простор для фантазий, и сделала ещё один виток материи вокруг лица. Идея замаскировать лицо, плотно забинтовав его тряпками, пришла нам почти одновременно. Попрепиравшись некоторое время (наёмник горячо убеждал, что история о пострадавшем в бою выглядит убедительнее), мы разработали легенду. Исходя из неё, я была юным уроженцем Северных земель, с рождения страдающим от неизлечимого недуга, превратившего моё лицо в уродливую маску. Вдобавок ко всему, мой герой был немым, на что северянин саркастически заметил, что "такого доходягу в нашем посёлке утопили бы в бадье с водой сразу после рождения".
Коннару досталась роль "моего" старшего брата. По сути, от него всего лишь требовалось оставаться самим собой с поправкой на наличие безголосого родственника.
- У вас были случаи, когда приходилось обращаться к чужим богам? - спросила я наёмника, когда мы почти закончили приготовления. Память надёжно хранила презрение, с которым Коннар высказывался о Лиаре. Северянин задумался на удар сердца и ответил, пренебрежительно скривив губы:
- Никогда. Отвернуться от Владык Амальганны – всё равно, что всадить нож в спину отца!
Я скептически подняла бровь. Яростные вспышки религиозности всегда настораживали меня, не привыкшую полагаться ни на кого, кроме себя. Но, в конце концов каждый имеет право верить, во что хочет: хоть в уродливых карликов второго континента, хоть в суровых воинственных божеств, рождённых северными лесами.
Я затянула последний узелок на затылке. Широкие полосы ткани плотно закрывали всю голову и лицо, выпуская наружу только косу и оставляя неширокую прорезь для глаз. Дыхание быстро сделало плотную материю горячей и влажной. Я поняла, что первое время мне предстоит бороться со страстным искушением стянуть с лица маскировку. Коннар придирчиво наблюдал за моими манипуляциями.