Страница 28 из 100
Но ручка была цела.
В нее вцепилась рука. Рука с длинными ногтями, окрашенными ярко-розовым лаком.
Глава 2
Доктор Мэрфи вышел, потирая руки, из разоренной комнаты.
— У вас есть спички? — спросил он.
Я вынул коробок и подал ему.
— Вы знаете, что я не курю, — сказал он. — Не имею этой грязной привычки.
— Тогда зачем вы просите у меня спички?
— Чтобы сэкономить.
— Вампир! Стоит взглянуть на вас — и представляешь ритуальную пляску каннибалов!
Он пожал плечами:
— Она была блондинкой. Это, по крайней мере, я могу утверждать. На стене найдено несколько волосков.
— Спасибо.
— Во всяком случае, это нас избавляет от вскрытия, — сказал он и ушел, посвистывая.
Макдональд, эксперт по взрывам, вышел из комнаты с сержантом Полником.
— Вы нажали кнопку звонка и все взлетело? — спросил он. — Так, лейтенант?
— Так.
— Вам чертовски повезло! Бомба была устроена так, что взрыв произошел внутри; иначе вас не было бы в живых.
— Как — внутри?
— Тот, кто ее устраивал, понимал в этом толк. Ее присоединили к цепи звонка. Вы нажимаете кнопку, замыкаете цепь — и трах!
— Она большая, эта бомба?
— Не очень. Весь пакет примерно десять квадратных сантиметров, может быть, меньше. Она не нуждалась в часовом механизме, который, в сущности, и дает объем.
— А кроме того?
— Я взял несколько фрагментов для лаборатории, — сказал Макдональд, — и пришлю вам свой рапорт, как только смогу, лейтенант.
— Спасибо.
— Здорово сморщило девчонку, — продолжал эксперт. Он был заметно бледнее обычного. — Не хотел бы я часто видеть такое зрелище… У меня Впечатление, что мне это будет сниться…
И он тоже пошел по коридору, но не свистел. Надо сказать, что Макдональд — человек, и это отличает его от Мэрфи, врача.
Полник вопросительно посмотрел на меня:
— Что теперь делать, лейтенант?
— Орать и биться головой об стенку.
— А?
— Шериф специально велел мне заняться той особой, что жила там, — объяснил я.
Полник сглотнул:
— Значит, это вы наработали?
Я скромно закурил:
— Остальные все еще там заняты?
— Да, лейтенант.
— Оставайтесь там, пока они не кончат. Сразу видно, что я чересчур занялся этой крошкой. Лейверс преподнес мне сюрприз: отныне он виноват в этом преступлении, так же как и отдел убийств.
— Вы сами будете производить дознание, лейтенант?
— Я подумаю. Когда парни там закончат, обойдите все комнаты в доме. Постарайтесь узнать, знал ли кто-нибудь эту девочку, видели ли ее, посещал ли ее кто, — ну, как обычно.
— Слушаюсь, лейтенант.
— Я буду в «Старлайт-отеле». Когда вы здесь закончите, приходите туда. Спросите меня.
— Есть, лейтенант. — Он моргнул. — Это вы для смеха сказали, что шериф велел вам заняться этой особой, да?
— Кто знает, может, у него были основания? — ответил я. — Я здорово грохнул, а?
Я удалился, слыша за спиной что-то вроде царапанья. Это Полник скреб в затылке. Я спустился, пересек холл и вышел, прокладывая себе путь среди зевак, заполнивших тротуар, сел в «остин-хили» и отбыл.
Через пятнадцать минут я стучал в дверь Паулы Рейд. Она тотчас открыла. Теперь она сменила свой костюм на бледно-голубую шелковую блузку и темно-голубые брюки.
— Послушайте, лейтенант, — сказала она, — у меня нет времени болтать с вами. Мне надо работать над своей передачей и…
— Передачи не будет, — сказал я, — значит, у вас теперь времени сколько угодно. Пожалуйста, позовите мисс Юргенс. Это избавит меня от повторений.
Я прошел перед ней в комнату и констатировал, что мисс Юргенс уже там. Ее глаза круглились.
— Добрый вечер, лейтенант, — нервно сказала она. — Что вас привело сюда? Надеюсь, ничего серьезного?
— Ничего такого, что суд не мог бы уладить, — ответил я.
Паула Рейд с силой захлопнула дверь и ожесточенно посмотрела на меня:
— Если это образец поведения полиции в Пайн-Сити, то я буду жаловаться.
Я закурил:
— Мисс Юргенс была обеспокоена угрозами по вашему адресу. Она официально просила нашей защиты.
— Ах, ты…
Дженис Юргенс остановилась, подыскивая подходящее ругательство.
— Я пришел к ней, — продолжал я, — и она дала мне адрес, где вы спрятали Джорджию Браун.
— Дженис! — Паула бросила ледяной взгляд на свою секретаршу. — По какому праву вы…
Я перебил ее:
— Об этом позже. Она мне сказала, что только двое знают этот адрес — она и вы. Это точно?
— Это было точно! Теперь, я полагаю, вы постарались предупредить журналистов и прочих идиотов…
— Когда вы в последний раз видели Джорджию?
— При чем это?..
Я на минуту закрыл глаза.
— День мой будет долгим и трудным. Не затрудняйте его еще больше.
— Три дня тому назад, — ответила она, — я приехала сюда тайно, экспрессом, чтобы увидеться с ней.
— Экспресс лучше, чем самолет?
— Вы серьезно спрашиваете?
— Абсолютно! Значит, три дня назад. С тех пор вы ее не видели?
— У меня не было времени. Мы приехали только сегодня утром, если вы помните.
Я повернулся к Дженис:
— А вы?
— Я ее видела сегодня утром, — ответила она. — Паула хотела, чтобы я удостоверилась, что с Джорджией все в порядке.
— Так и было?
— Естественно, — ответила Дженис встревоженно. — Она была дома, когда вы туда пришли?
— Да, дома.
— Так что вы с ней сделали? — сухо спросила Паула. — Если все знают, где она находится, эта квартира отныне для нее слишком опасна. Надеюсь, вы ее там не оставили?
— В каком-то смысле да.
— Перестаньте говорить загадками!
— Я постучал, — сказал я, — но никто не ответил. Тогда я позвонил. В результате я замкнул цепь, и взорвалась бомба, установленная внутри квартиры.
Обе смотрели на меня разинув рты.
— Джорджия, — сказала наконец Паула дрожащим голосом. — Она…
— Врач сказал, что она была блондинкой, — ласково продолжал я. — Он заключил это по нескольким волоскам, которые он нашел на стене.
Паула Рейд внезапно разрыдалась.
— О-о… — простонала она умирающим голосом и упала в кресло.
— Дайте ей стакан воды, — сказал я Дженис и как бы случайно добавил: — Мне тоже, по тому же поводу. Виски с капелькой содовой.
Дженис наполнила три стакана, это доказывало, что она умнее, чем я думал. Когда Паула наполовину опустошила свой стакан, ей как будто стало лучше.
Она осторожно промокнула глаза:
— Если бы я не извещала, что она выступит в передаче…
— Если она решила говорить, она сделала бы это любым способом. Ваша передача не более чем совпадение, — сказал я. — Я хотел бы задать вам несколько вопросов.
— Пожалуйста, — она наклонила голову, — я сделаю все, что могу, чтобы помочь вам, лейтенант.
— Почему она хотела участвовать в вашей передаче?
— Чтобы обелить себя, — пробормотала она. — Она устала жить в забвении. У нее не осталось денег, и она хотела возобновить свою карьеру в кино.
— Вы должны были оплатить ее выступление?
— Пять тысяч долларов.
— Не стоило делаться фараоном! — воскликнул я удрученно. — Как вы ее нашли?
— Она меня нашла. Наша телепередача шла в Сан-Франциско полтора месяца назад. Она приехала в отель вечером и сказала мне, кто она…
— Что она сообщила вам о самоубийстве Меннинга?
— Немногое. Она, видимо… ну., что-то умалчивала. Я решила, что она не полностью мне доверяет. Она думала, что, если расскажет слишком много, я, может быть, обойдусь в своей передаче без нее и она не получит денег.
— Но все-таки что-то она должна была вам сказать?
— Прошу вас, лейтенант! — раздраженным тоном вмешалась Дженис. — В такой момент! Неужели вы обязаны продолжать этот допрос? Разве не видите, что мисс Рейд совершенно…
— В настоящее время она в лучшем состоянии, чем Джорджия Браун, — миролюбиво заметил я. — Знаете, чем вы могли бы быть действительно полезной? Дать нам выпить, например.