Страница 76 из 99
— Мы и так уже слишком много попусту потратили драгоценного времени, — окрысился на нас Чак. — Теперь нам осталось лишь одно, Кэрол, — пуститься в бега.
— И куда же? — лениво поинтересовалась она.
— Подальше отсюда. В нашем распоряжении еще почти сутки, а то и больше, пока нас хватятся.
— И кто же пустится в бега — ты и я на пару? — Брови Кэрол слегка приподнялись, когда она пристально взглянула на Чака.
— Ну а кто же еще?
— А как же Дэнни? Разве ты не собираешься прихватить его с нами? — процедила она сквозь зубы.
Губы Чака сжались.
— Если бы Бойд не совал свой нос куда не следует, мы бы сейчас не оказались в столь отчаянном положении. Я собираюсь позаботиться о нем, когда будем готовы отчалить отсюда. Тебе лучше, Кэрол, начать в темпе собирать свои вещи.
— И как же вы собираетесь позаботиться о моей скромной персоне, Чак? — полюбопытствовал я подчеркнуто вежливо.
— Я собираюсь убить вас, Бойд, — ровным голосом ответил он. — И поверьте, мне это доставит несравненное удовольствие.
— Вы жалкий дилетант, Чак, — бросил я ему в лицо. — Вы уже пытались однажды пристрелить меня совсем недавно в хижине. Вспоминаете, что тогда произошло?
— Я промахнулся! — Глаза карлика с горящей в них жаждой мести уставились на меня. — Но здесь я не промахнусь, с такого расстояния — нет!
— Но ведь было и еще кое-что, имевшее место там, в хижине, помните? — с издевкой спросил я.
— Вы даром тратите время, Бойд. Ничто не может заставить меня сейчас изменить свое намерение.
— Подумайте, Чак. — Я осуждающе покачал головой. — Это исключительно важно для вас! Вы стреляли в меня и промахнулись. Что произошло потом?
— Вы выстрелили в меня и тоже промахнулись. Потом, когда я вышел через заднюю дверь наружу и… — Тут его лицо вытянулось.
— Похоже, до вас наконец дошло, — сказал я ободряюще. — Я выстрелил в вас из пушки. Теперь вы понимаете, почему я обозвал вас жалким дилетантом? С того самого момента, как вы приставили дуло пистолета к моей спине на даче, и вплоть до этой секунды вы даже и не вспомнили, что у меня тоже есть оружие.
— Где оно? — хрипло спохватился Чак.
— В кобуре у меня под левой подмышкой, — . ответил я. — Хотите, чтобы я вынул пушку и показал ее вам?
Его палец слегка надавил на спусковой крючок.
— Не двигайтесь ни на дюйм, Бойд, или я влеплю в вас пулю! Кэрол, возьми у него пушку, но так, чтобы не оказаться между ним и мной.
Кэрол Драри лениво поднялась на ноги, затем потянулась, картинно вытянув руки над головой, и ее пышные груди при этом рельефно обрисовались, натянув тонкую ткань рубашки.
— О’кей, Чак! — произнесла она с улыбкой. — Тебе нет нужды быть столь нетерпеливым.
Она сделала шаг ко мне, тщательно избегая оказаться на мушке Войгта, и запустила руку под мою куртку, после чего вытащила пушку и быстро отступила назад.
— Хорошо! — В голосе лысого гнома прозвучало явное облегчение. — Брось пистолет на кровать и начинай Одеваться!
— Незачем пороть эту чертову горячку! — огрызнулась Кэрол. — А ты знаешь, я впервые в жизни держу в своих руках пистолет! — Она дважды прикинула его на вес. — Даже и не подозревала, какой он тяжелый. Это вот спусковой крючок? Да?
— Без глупостей, Кэрол! — поспешно буркнул я. — Пистолет не на предохранителе.
— Правда? — Ее глаза расширились, когда она взглянула на меня. — Ты имеешь в виду, достаточно мне потянуть за спусковой крючок — и эта штука выстрелит?
— Именно так, — с расстановкой заверил я.
— Кончай дурачиться с оружием, пока ты никого еще не ухлопала! — заорал на Кэрол Войгт.
— Ты имеешь в виду, — она вывернула запястье так, что оружие оказалось направленным на него, — это, что ли?
Кэрол выстрелила трижды подряд, и с расстояния менее шести футов все пули попали в цель. Войгт несколько секунд, будучи уже мертвым, еще удерживался на ногах; ужас застыл в его выпученных глазах, а кровь темными струями хлестала из простреленной груди. Затем он медленно завалился на пол и остался лежать на боку; его глаза пристально вглядывались в нечто неведомое мне, там, во мраке вечности.
Где-то в темной глубине клиники во весь голос завопила женщина, и не составило большого труда догадаться, что это Эврил Пэсколл.
— Думаю, это наилучший выход, — ровным голосом произнесла Кэрол. — Сама мысль о том, чтобы сбежать с этим мерзким коротышкой, могла бы показаться мне смешной, не будь она столь ужасной!
— Отдай мне пушку, Кэрол! — мягко предложил я.
— И кроме того, смерть твоя, Дэнни, если бы он убил тебя у меня на глазах, стала бы слишком тяжелой утратой для бедной Кэрол Драри. — Она улыбнулась, глядя на меня в упор, и ее пухлая нижняя губа непроизвольно скривилась от сожаления. — Я думаю, одна ночь — это еще не то, что запоминается на всю жизнь, но я никогда тебя не забуду, Дэнни Бойд. Ты был так добр и нежен, когда занимался со мной любовью в ту единственную нашу ночь, что это стало поистине уникальным эпизодом в жизни жалкой нимфоманки.
В коридоре все слышнее раздавался топот бегущих ног.
— Бедный доктор Лэндел! — Кэрол невесело рассмеялась. — Похоже, его идея облагодетельствовать женскую половину человечества, создав новое направление в сексуальной терапии, рухнет как карточный домик вместе с клиникой.
— Оружие, Кэрол, — напомнил я и протянул руку, стараясь делать это без спешки. — Пожалуйста, отдай мне пистолет!
— Секундочку! — предостерегла меня Кэрол. — Ты должен знать, как опасно пытаться отнять оружие у такой дилетантки, как я. Вполне возможно, что по неопытности я могу допустить ужасную ошибку — случайно нажать на спусковой крючок или выкинуть еще какую-нибудь штуку.
Дверь в спальню чуть приоткрылась и застряла, упершись в ногу Войгта. Затем из-за филенки послышалось краткое, но сочное ругательство, после чего дверью с силой хлопнули о ноги Чака, и от этого толчка его тело перевернулось на живот. Лэндел сделал шаг в комнату — и застыл как вкопанный, увидев пушку в руке Кэрол, нацеленную прямо на него.
— Я до глубины души огорчена случившимся, доктор, — обратилась к нему Кэрол с легкой горечью. — В следующий раз, надеюсь, вам больше повезет с пациенткой, а пока… — Она повернула голову ко мне — и слезы стали скапливаться в уголках ее глубоких голубых глаз. — Нет, никаких психушек! — прошептала она самой себе, а затем чуть громче произнесла: — Прощай, Дэнни!
Я отчаянно метнулся к ней, поднырнул под руку, но она действовала быстрее: прижала дуло пистолета к горлу под подбородком и спустила курок.
Прошло две недели. Газеты уже не пестрели заголовками о случившемся в клинике Лэндела и на все лады склоняли демонический культ, обнаруженный в Огайо. К настоящему времени местная полиция нашла уже три обезглавленные жертвы, захороненные нелегально на тамошнем кладбище, и ожидалось, что не исключены и еще находки подобного рода.
Я все еще переживал глубокую депрессию всякий раз, когда вспоминал Кэрол Драри и это проклятое дело. Вот уж точно: это была одна не из самых удачных операций Дэнни Бойда. Слишком долго я ходил вокруг да около, а затем под самый финиш вынужден был выступить в роли зрителя, наблюдавшего, как Кэрол сначала убивает Войгта, а затем и себя. Концовка всей этой истории обернулась для меня тем, что я остался на бобах: доктор Лэндел в связи со скандалом, разразившимся вокруг клиники, остался без средств и не смог уплатить мне ни цента. Морган также отказался наотрез под тем предлогом, что я-де так и не вернул историю болезни Беверли Гамильтон. И он был прав, ибо Войгт сжег ее папку вместе с остальными в ту ночь, когда Кэрол убила Бэйкера. И еще Морган не преминул зло добавить, что я стал причиной краха клиники и тем самым разорил и его самого.
Дождь не прекращался последние два дня, и «бабье лето», судя по всему, кануло в Лету. Центральный парк выглядел мрачным, как побитая собака, и все листья на деревьях, словно сговорившись, пожухли за одну ночь. По причине такой погоды и от своих проблем — ей под стать — я пребывал в маниакально-депрессивном настроении. Была суббота, девять часов вечера — жизнь в городе кипела, а мне ничего другого не приходило в голову, как только оставаться в квартире и накачиваться спиртным в гордом одиночестве. Внезапно зазвонил телефон, и я на радостях рванулся к нему из кресла так, что пролил на ковер часть отличного напитка.