Страница 59 из 99
Вестник наступающего дня — луч утреннего солнца — просочился сквозь плотно закрытые ставни, и Лэндел с раздражением отвернулся, когда он упал ему на лицо.
— Не вижу, чего ради вы утруждали себя поездкой в такую рань, Бойд. — Он вздохнул. — Насколько понимаю, вы еще не — добились никакого прогресса. Сообщаете мне, что Бэйкер позвонил Беверли Гамильтон и потребовал пятьдесят тысяч долларов в обмен на ее историю болезни, отказавшись при этом наотрез, чтобы вы были ее курьером. Поэтому рухнул ваш единственный шанс перехватить инициативу. И это все, что вы можете мне сказать!
— Я приехал сюда не затем, чтобы давать ответы, — возразил я, — а лишь за тем, чтобы задать вам несколько вопросов.
— Хорошо, но пожалуйста, будьте кратки: у меня сегодня напряженный график.
— Беверли Гамильтон ни черта нового так и не сообщила мне о Бэйкере, кроме как самого общего описания его внешности, которое ничем не отличается от того, что вы мне уже дали, — пожаловался я. — Зато позже, по возвращении к себе домой, меня удостоила визитом Эллен Драри. Она заявила, что вообще никогда не встречала Пола Бэйкера и не имеет никакого понятия о том, как он выглядит. Ее мужской суррогат был во всем отличен от него, ну разве что кроме неутомимости.
— Она сказала — что? — Лэндел уставился на меня с отвисшей нижней челюстью.
— Да то, что вы только что слышали, — огрызнулся я. — Она решила, что вы попросту ошиблись, когда сказали мне, что во всех трех случаях присутствовал один и тот же мужской суррогат. Поэтому она предложила мне уточнить этот аспект лично у вас.
Лэндел медленно потер лоб длинными гибкими пальцами.
— Вы вконец поставили меня в тупик своими словами, Бойд. Конечно, это был Бэйкер во всех трех случаях. Я… — Он внезапно принял решение и нажал кнопку на устройстве внутренней связи. — Мисс Уинтур?
— Доктор? — прошелестел из динамика голос.
— Пожалуйста, прямо сейчас зайдите ко мне в офис. — Он отпустил кнопку и полыхнул на меня взглядом: — Это, случайно, не проявление чувства юмора в вашем понимании, Бойд?
Джейн Уинтур пожаловала в офис спустя пару секунд, избавив меня тем самым от проблемы: придумывать глупый-глупый ответ на еще более глупый вопрос. Она была облачена в ту же самую ослепительно белую униформу, что и в день моего первого визита в клинику, и испытывала те же трудности: не дать упругим пышным грудям прорваться сквозь тонкую ткань халата. Большие темные глаза глянули на меня, прожгли насквозь и наконец обратились на Лэндела.
— Мисс Уинтур, — резко спросил тот, — вы помните пациентку по имени Эллен Драри?
— Да. Была у нас около трех месяцев назад и провела в клинике пять недель.
Лэндел забарабанил пальцами по крышке стола:
— Кто ей был назначен во время курса лечения в качестве мужского суррогата?
— Пол Бэйкер, — последовал уверенный ответ.
— И никто больше?
— Конечно нет. — Ее брови поднялись ровно настолько, чтобы на лбу не образовались морщинки. — Это одно из строжайших правил нашей клиники. Только один мужской суррогат может быть назначен любой пациентке на все время ее пребывания в клинике.
— Это может служить ответом на ваш вопрос, Бойд? — буркнул Лэндел, обращаясь ко мне.
— Кто знает? — пробурчал я в свою очередь. — Зачем бы Эллен Драри тогда лгать?
— Откуда, во имя дьявола, мне знать — зачем ей это понадобилось! — Он до боли стиснул кончик мясистого носа, чтобы вернуть себе самообладание. — Прошу прощения, Бойд, за то, что сорвался, но…
— Сколько всего здесь у вас работает людей, доктор? — прервал я.
— Даже не знаю. — Он часто заморгал. — Около пятидесяти, полагаю.
— Есть мисс Уинтур, — бойко подсказал я, — и еще регистраторша, которую я тоже уже встречал.
— Целый штат медсестер, — продолжил он, — кухня, прачечная, штат уборщиц, садовник…
— Большая клиника, — не мог не согласиться я. — Должно быть, влетело в немалую сумму одно только строительство, не говоря уже о выкупе земли. Да и обзавестись клиентурой тоже, наверное, обошлось недешево. А сколько точно у вас в штате мужских суррогатов?
Его пальцы вновь выбили барабанную дробь на крышке стола.
— Их число… уф… варьируется.
— В каких пределах? — не отставал я. — Между двумя и тремя? От пяти до шести?
— Что кроется за вашими вопросами, Бойд? — желчно спросила Джейн Уинтур, придя на помощь Лэнделу.
— Просто у меня возникла дикая мысль, — признался я. — А что, если за все время с момента открытия клиники и по сей день в ней побывало всего лишь три пациентки? Причем все три в разное время, и самая первая была Эллен Драри. Затем, когда она выписалась, прибыла Беверли Гамильтон, и после того, как та покинула клинику, сюда заявилась Эврил Пэсколл. Одного мужского суррогата вполне могло оказаться достаточно для всех трех пациенток, разве не так?
— Почему бы вам не предложить ему не лезть не в свое дело? — обратилась к доктору мисс Уинтур звенящим от возмущения, как туго натянутая струна, голосом. — У него не только скверные манеры, но он к тому же совсем некомпетентен!
— Мне понятны ваши чувства, мисс Уинтур, — сдавленным голосом ответил Лэндел. — Но я также думаю, что Бойд вправе рассчитывать на нашу откровенность. — Он взглянул на меня, не скрывая ненависти в глазах. — Вы правы: здесь был только один мужской суррогат — Пол Бэйкер.
— И только три женщины-клиентки?
— Да!
— А как вы объяснили внезапное исчезновение Бэйкера Эврил Пэсколл?
— Я сказал ей, что у него обнаружили вирус, и нам пришлось на несколько дней положить его в изолятор.
— Беверли Гамильтон то ли не может, то ли не хочет рассказать мне о Бэйкере, — начал я рассуждать вслух. — Эллен Драри наотрез отрицает, что вообще знает его. Остался шанс, что с Эврил Пэсколл мне повезет больше, и она окажется в состоянии сообщить хоть что-то о нем.
— Например, цвет глаз, — процедила сквозь зубы мисс Уинтур.
— По моему разумению, даже самый профессиональный суррогат может иногда расслабиться с женщиной, с которой спит по долгу службы, и сболтнуть ей о себе лишнего, — предположил я.
— Согласен, — резко произнес доктор Лэндел, — но мы никак не можем позволить мисс Пэсколл никоим образом узнать о происходящем! — Его даже в дрожь бросило при одной этой мысли. — Она истеричка. Если ей станет известно, что Бэйкер исчез, похитив ее историю болезни…
— Вы правы, — весело подхватил я. — Но есть один способ сделать так, чтобы она стала говорить со мной и при этом совершенно забыла о Бэйкере.
— Это какой же? — Лэндел недоуменно уставился на меня.
— Скажите ей, что вирусная инфекция Бэйкера усилилась, — начал объяснять я, — и уже перешла в четырехстороннюю пневмонию, так что ему придется проваляться на больничной койке минимум шесть недель. Поэтому вы подыскали ей нового суррогата, — я постарался напустить на себя скромный вид, произнося заключительные слова, — некого Дэнни Бойда.
Глава 6
Мисс Уинтур захлопнула за нами дверь своего офиса, затем резко повернулась ко мне, ее большие темные глаза пылали ненавистью.
— Меня все еще не покидает мысль, что доктор Лэндел не иначе как спятил, дав согласие на этот дурацкий маскарад, — в бешенстве выговорила она.
— Может, он и выжил из ума, — не стал я спорить. — Но если нам не удастся быстро найти Бэйкера, то Лэнделу придется распроститься с клиникой, а вам с работой.
— Возможно, вы и правы. — Плечи женщины как-то поникли. — Во всяком случае, ему не в чем будет винить меня, если что-то случится, так как эта безумная идея целиком принадлежит ему и вам.
— Как это понимать, если что-то случится? — насторожился я.
Уголки ее губ изогнулись книзу, придав улыбке зловещий вид.
— У Эврил Пэсколл проблема особого рода. Не будет преувеличением, по-моему, отнести ее к разряду уникальных.
— И что же это за проблема?
— Очень скоро узнаете сами. — Ее улыбка уже стала не просто зловещей, но садистской. — Доктор всегда придерживается политики: не давать суррогату никакой предварительной информации о пациентке, с которой предстоит работать. Он считает, что сведения подобного рода способствуют созданию предвзятого отношения, а это не принесет обоим ничего, кроме вреда.