Страница 82 из 116
народа.
Надо было бороться и с этим врагом.
ОЧЕРЕДНОЙ ПРОВАЛ
Аннакули Курбансаидов вначале растерялся в большом восточном городе. Очень богатый город, с
яркими магазинами, шикарными отелями, шумными улицами.
Аннакули постоял возле многоэтажного отеля. Понаблюдал. Выходили люди, полные собственного
достоинства. Они как-то легко и просто садились в экипажи, автомобили, коротко приказывали...
Штатские в изящных костюмах. Офицеры подтянутые, словно подготовились к параду или королевскому
приему.
- Пошли... - напомнил провожатый.
Аннакули не двинулся с места. Он продолжал рассматривать обитателей отеля.
Господин в светлом костюме вышел твердым, каким-то подчеркнуто парадным шагом. Нетрудно в нем
угадать офицера. Наверное, сотрудник контрразведки. Живет открыто, в центре, не прячется по темным
переулкам пригорода.
Слишком пристально смотрел Аннакули на этого господина. Тот почувствовал взгляд и мельком, за
какую-то секунду, осмотрел Аннакули с ног до головы. Словно щелкнул затвор фотоаппарата, и
Курбансаидов остался в памяти, как на снимке, с недобрым, настороженным лицом, в запыленной
одежде.
«Разведчик», - окончательно решил Аннакули. И почувствовал, что по спине поползла струйка пота,
незаметная, противная, липкая.
- Пошли... - повторил проводник.
Аннакули ненавидел проводника. И очень боялся его. На коротких ночевках Аннакули не мог по-
настоящему заснуть. Вздрагивал при каждом шорохе. Проводник - на вид хилый парень - был
энергичным, совершенно неутомимым человеком. Он поторапливал Аннакули одним своим любимым
словом: «Пошли!»
В городе этот парень чувствовал себя скованно. Но, когда Аннакули решал прогуляться, парень
преображался, даже ноздри почему-то раздувались. Он будто собирался на какую-то опасную охоту.
Не поселится Аннакули в этом богатом отеле. Не выходить ему к экипажу ленивой, небрежной
походкой. Должен он возвращаться на окраину города, к злому старому человеку. Хозяин маленького
дома принял Аннакули. Рекомендация от муфтия - короткая записка рассеяла все подозрения. Руки у
старика перестали дрожать, он осмелел, даже, как показалось Аннакули, обнаглел. За первой же пиалой
чаю хозяин ехидно прошипел:
- Отошел от Советов? Я же помню тебя...
Аннакули лениво кивнул, давая понять, что не хочет вести разговор на эту тему.
- Плохо пришлось у Советов? - не унимался вредный старик.
Угощение он выставил нищенское. Аннакули с подчеркнутой брезгливостью брал какие-то липкие
конфеты, черствый хлеб. Хозяин явно решил отделаться одним чаем. Никакого сытного запаха не
доносилось из кухоньки.
Аннакули не хотел пока тратить деньги. Неизвестно, как сложится дальнейшая жизнь. Он
рассчитывал, что рекомендация муфтия не только предоставит крышу над головой, но и приличные
условия. Оказывается, в услужении у этого всесильного муфтия остался нищий, вымирающий сброд.
Аннакули с трудом сдерживал себя. И все-таки не сдержался. Небрежно кивнув на стол, усмехнулся:
- Так и живете, отец?
Удар был рассчитан точно. Старик взвился. Он хотел что-то сказать, наверное обидное, но
закашлялся. Кашель душил его. Старик даже схватился за горло.
Аннакули воспользовался этим моментом. Он вытащил деньги и небрежно швырнул на стол. Хозяин
дома давно не видел таких ассигнаций. Он с удивлением посмотрел на них. Власть и деньги были той
силой, которая могла поставить старика на место.
- Хорошо! - прошипел он. - Все сейчас сделаю. Ваш слуга пойдет со мной.
- Пусть идет. . - не скрывая радости, согласился Аннакули.
144
Хотя бы несколько минут побыть одному. Но проводник, поняв, в чем дело, отчаянно замотал головой.
Он встал из-за стола, швырнул свой халат рядом с дверью и улегся, как упрямый пес. Аннакули довольно
спокойно отнесся к этой выходке. А что поделаешь?
Старик махнул на проводника рукой, выругался и торопливо засеменил из комнаты. Он сам давно
скучал по вкусной, сытной пище. Сам еще не так давно заглядывался на витрину богатых магазинов.
Теперь, чтобы не травить душу, перестал ходить на прославленный базар, где даже от запахов и дыма
кружилась голова.
Вечером за ужином Аннакули, не откладывая, приступил к основному разговору...
Старик, не дослушав до конца, испуганно замахал руками.
- Вы что? Вы что? - визгливо кричал он. - Убить меня хотите?
- Спокойнее... Спокойнее... - уговаривал Аннакули, с тревогой поглядывая на дверь.
Когда старик тяжело дыша пришел в себя, Аннакули сказал:
- Забудем о разговоре.
- Забудем, - согласился старик и вдруг рассудительно заговорил: - Я встречал этих парней, узбеков и
таджиков, в красноармейской форме. Советую и вам на них посмотреть. Это совсем другие люди. С ними
вы не сможете даже поговорить. Они возьмут вас за руки и отведут в свою комендатуру.
Аннакули с удивлением посмотрел на старика. Не такой он простачок, каким вначале прикидывался.
- Нам хотя бы с одним познакомиться. Постепенно… ну, приблизить к себе.
- Это очень опасно, господин, - твердо сказал хозяин. - И бесполезно.
Проводник поел и опять улегся на свой халат.
- Мудрый человек... - усмехнулся старик. - Он не знает политики.
- Он умеет убивать... - зачем-то сказал Аннакули.
Вместо ответа старик предложил:
- Давайте спать.
Уже укладываясь на жесткую постель, хозяин дома закончил разговор:
- Местное население уважает красноармейцев. Эти парни хорошо относятся к простым людям. Здесь
трудно будет кого-то из парней перетащить на свою сторону.
- А если... - Аннакули посмотрел на спящего проводника. - А если...
Старик помолчал, потом спокойно произнес:
- Можно! Это можно сделать. Но тогда вы должны уйти из моего дома.
Аннакули не ответил. Он долго не мог заснуть. Что-то нужно предпринимать. Но прежде необходимо
уйти из этого дома...
Аннакули встречал на улицах города красноармейцев. По их смуглым лицам он узнавал, откуда эти
парни в полевых гимнастерках. Не было секретом, что некоторые воинские части раньше
дислоцировались на территории советских республик Средней Азии.
Однажды Аннакули столкнулся с красноармейским патрулем. Он невольно остановился. Потом
торопливо нагнулся, сделал вид, что завязывает шнурок на ботинке. Кажется, он испугался этих парней.
Да. Испугался. Надо признаться себе. Никаких, как видно, встреч у него не получится. Он не сможет не то
что заговорить с ними, даже поздороваться.
Мысль об обыкновенном убийстве теперь не давала ему покоя.
Его проводник сумеет ловко всадить нож в спину любому из красноармейцев. Это убийство,
несомненно, припишут местному населению. Потом еще одно убийство. Потом третье...
Тогда Аннакули будет что доложить капитану Дейнцу о событиях, происшедших в большом городе.
Проводник, как знает Аннакули, должен беспрекословно выполнять его приказания. Не только следить за
ним, но и работать. Пусть поработает. .
Аннакули после долгих мытарств наконец осел на квартире, хозяин которой очень ему подходил. Он
начал швыряться деньгами, обещал хозяину спокойную жизнь в соседней стране. Тот разглаживал свою
бороду, соглашался, что нужно бороться с Советами. Бороться, кто как умеет. .
- А мы еще сильны! - бодрился Аннакули.
- Сильны... - соглашался хозяин.
К главному разговору Аннакули еще не приступал... Ждал удобного момента, прощупывал
осторожными вопросами. Наконец хозяин не выдержал и угрюмо спросил:
- Зачем приехал-то?
Аннакули попытался улыбнуться. Как ни странно, прямой вопрос застал его врасплох.
- Надо... Присмотреться.
- Присмотреться... Ты что, невесту выбираешь? Шляетесь тут, болтаете о борьбе. Что вот ты можешь