Страница 31 из 50
Я киваю, не в состоянии что-либо сказать. Дыхание становится прерывистым, и сердце бешено стучит.
— Ну, когда я снова открыл дело, то просмотрел старые заметки и файлы, чтобы убедиться, что ничего не пропустили. Мне не много удалось найти. Я нашел старые имена и телефоны и начал звонить по ним.
— И? — шепчу я.
Он вздыхает, опускает голову и смотрит на свои руки.
— Я выяснил кое-что. Некоторую информацию не до конца проработали.
— Макс, пожалуйста, — умоляю я, руки трясутся. — Просто скажи.
— Хозяин отеля уехал за неделю до исчезновения твоей мамы. Только через ее старых друзей и жителей города я узнал его имя.
— И как хозяин отеля связан с этим, Макс?
Его взгляд смягчается, и я знаю, что он подготавливает меня к чему-то большому, чему-то жестокому.
— Ну, ты думаешь, что это не связано, но он был мужем одной из подруг твоей мамы. Тогда он молчал по личным причинам, но когда я снова с ним связался, он дал мне некоторую информацию, которая навела на новые варианты.
— Макс, — говорит Келли, когда входит в комнату, его голос мрачный. — Не ходи вокруг да около, просто скажи ей.
Макс закрывает глаза и снова открывает их.
— Причина, почему он ничего не говорил, Эйвери — это последствия, которые будут у твоей семьи и твоего отца. Вы бы много потеряли. Это информация о том, что некий мужчина, снимал номер дважды в неделю на весь день. Хозяин отеля видел, как Тайла три раза входила в этот номер, пока тот был там. Он сказал, что она оставалась от двух до пяти часов.
Сердце замирает, голова наполняется гулом и кожу покалывает.
— Я достал контактные данные и навестил этого мужчину. Его зовут Мэтью Джексон. Я упомянул Тайлу, и он побелел. Он впустил меня и все рассказал...
— Макс, — говорит Келли, его голос жесткий — Просто скажи ей.
— Он сказал, что он и Тайла... ну... у них был роман.
Разум затуманивается, и в глазах темнеет. Я не могу дышать. Не могу думать, все тело немеет.
— Он сказал, что они встречались около года, и она планировала уйти от твоего отца. Он упомянул, что в день, когда она пропала, был последний, когда они виделись. Они приехали в отель, но ей позвонили, так что она уехала. Это был последний раз, когда ее видели.
— Ты неправильно понял, — бормочу я, горло сдавливается. — Она бы не сделала этого.
— Улики указывают на то, что он прав, — ласково говорит Макс.
— Ты врешь! — кричу я, вскакивая на ноги и отодвигая свой стул.
Слова Лиама звенят у меня в голове. Он недавно сказал о том, что отец говорил, что у мамы был роман. Этого не может быть — она не такая. Она была любящей, верной и красивой. Она была той, кем я не являюсь. Она любил папу, любила нас. Она не могла. Они не правы.
Я пячусь назад, слезы льются по щекам. Келли и Макс встают, но я не хочу их видеть. Я хватаюсь за голову и мотаю ею.
— Оставьте меня одну, — еле выдавливаю из себя я, разворачиваюсь и выбегаю из дома, хватая свою сумку со столика у двери.
Мой мир только что разрушился.
***
На улице ливень, я сижу на крыльце, промокшая до нитки, волосы прилипли к лицу. Я замерзла, и зубы начинают стучать от холода, так что я растираю руки, пытаясь как-то вернуть в тело тепло. Я не знаю, куда пойти. Если пойду домой, Келли и Макс будут ждать меня там, если пойду к Лиаму, то услышу только «я же говорил». Остается только один вариант, и этот вариант я даже не должна рассматривать.
Нейт.
Он в городе за пятьдесят миль от меня, остановился в отеле, потому что там у него завтра утром будет гонка. Я заплачу кучу денег, чтобы добраться до него, но сейчас он единственный человек, которого я хочу видеть, единственный, кто мне нужен.
Я встаю на ноги и тащу свой изможденный организм по дороге. Я нахожу автобусную остановку и достаю телефон. Он был под моей одеждой, в кармане. Невероятно, но даже там мокро. Я вижу несколько пропущенных звонков от Келли и Макса и еще несколько от Лиама. Я не обращаю на них внимания и ищу номер такси. Набираю его и жду.
Мне не удается согреться, но к тому времени, как подъезжает машина, с меня больше не течет вода. Я просто мокрая и еще больше замерзла. Я открываю дверь и сажусь на заднее сиденье, назвав гостиницу, в которой остановился Нейт. Я волнуюсь из-за того, что еду к нему, потому что, когда он говорил, где остановился, он предупредил меня: «В экстренных случаях я буду здесь». Это было сказано глубоким голосом, который означал, что он говорит мне это буквально для экстренных случаев, а не для тайных встреч.
Он едва говорил со мной с той ночи, все еще злится, и я понимаю за что. Я оскорбила его и причинила боль. Это было несправедливо по отношению к нему. Он рисковал всем ради меня, и я заставила его чувствовать, будто я не верю ему. На самом деле, я верила. Я обожаю Нейта, возможно люблю его, и я была не права, расспрашивая его. Я не знаю, каково быть на его месте. Я не представляю, как тяжело ему.
— Мисс, вы выглядите замерзшей, — произносит пожилой водитель такси, пока мы двигаемся по шоссе.
— Я попала под дождь, — грубовато отвечаю я.
— Вот, — говорит он и включает кондиционер.
— Спасибо, — благодарю я, чувствуя, как тепло наполняет заднюю часть машины.
Рай.
Я откидываюсь на сидение, позволяя теплу окутывать меня, и думаю о том, что Макс сообщил мне сегодня. Я доверяю ему и люблю его, как отца, которого у меня уже давно не было, но он не может быть прав насчет мамы. Она бы не поступила так с нами. Она бы не причинила столько боли. Но потом я думаю о себе и ситуации, в которую попала и понимаю, что даже самые лучшие люди делают ошибки. И я не идеальна. Я еду к женатому мужчине, с которым начала роман. Я даже не думала, что позволю себе подобное.
Слезы катятся из моих глаз, когда в голову приходит мысль о том, что моя красивая мама влюбляется в другого мужчину. Он ранил ее? У него была жена, о которой она узнала? Ужас наполняет мою грудь, когда я понимаю, как на самом деле ситуация могла отразиться... на мне. Я пытаюсь заблокировать эти мысли, не позволяя им проникнуть в мой мозг, который уже и без того расшатан. Я зажмуриваюсь, прикрываю лицо руками и сижу так, пока такси не останавливается.
— Приехали, мисс.
Шея болит из-за долгого сидения в одном положении, когда я, поднимая голову, выглядываю в окно и вижу маленький, уютный отель с горящим красным указателем «Отель Оазис». Я протягиваю водителю деньги и быстро забираю сдачу. Я благодарю его и выхожу, обнимая себя за плечи. Замираю на секунду, ожидая, когда такси исчезнет во мраке ночи. Должна ли я быть здесь?
Я медленно иду к стойке регистрации отеля, мои ноги трясутся. Я не должна быть здесь, должна развернуться и уехать домой. Возможно, он не хочет меня видеть. Что, если Лена с ним? Что я делаю? Я кладу руку на дверную ручку и медленно поворачиваю ее, заставляя ее открыться. Пожилой мужчина стоит за стойкой, его очки сдвинуты на нос, и он изучает путеводитель. Он смотрит на меня, когда звенит колокольчик.
— Здравствуйте, — говорит он. — Чем могу помочь?
— Я приехала встретиться с другом. — я выдавливаю улыбку. — Он сказал мне название отеля, а номер не назвал.
Старик поднимает брови.
— Его зовут Натаниэль Александр.
Он наклонил голову и кивает.
— Я позвоню ему, узнаю, ждет ли он вас.
Черт.
Он берет телефон и набирает номер.
— Мистер Александр, да, это Тимоти с ресепшен. У меня здесь юная леди говорит, что вы ждете ее.
Долгая тишина.
— Как вас зовут, мисс? — спрашивает мужчина, уставившись на меня.
— Эйвери, — шепчу я.
— Она говорит, что ее зовут Эйвери.
— Очень хорошо, — говорит он, несколько раз кивнув, и положив трубку, поворачивается ко мне. — Он во втором номере. Выйдите и поверните налево, идите, пока не увидите его.
— Спасибо, — отвечаю я, разворачиваюсь и спешу на улицу.
Я иду, как он и сказал, пока не подхожу к выцветшей желтой двери с ржавой «2» на ней. Моя рука застывает в воздухе. Сделала ли я правильный выбор, приехав сюда? Прежде чем я успеваю постучать, дверь открывается, и я вижу Нейта. Его глаза расширяются, когда он видит мое состояние и одежду. Я знаю, что выгляжу так, будто вернулась из ада.