Страница 15 из 18
Вопреки расхожим мнениям, никаких оргий и пьянок на Гороховой у Распутина не было. Он жил там с двумя незамужними дочерями, и быт в его квартире был как у обычной благочестивой семьи в те времена. Вставал Григорий Ефимович в шесть утра и сразу отправлялся к заутрене. Вернувшись из церкви, пил чай с черными сухарями. Спиртное до 1913 года он вообще не употреблял, если не считать короткого отрезка жизни в молодости. Стоить вспомнить, что в Петербург из Сибири Распутин пришел пешком, причем босиком. А если почитать его записки, то мысли у него были самые благочестивые, он горячо верил в Бога. В 11.00 у Распутина начинался «прием». С утра у его дома уже собирались желающие встретиться со «старцем». Первыми он принимал самых бедных. Остальных – генералов, князей, богатых купцов – во вторую очередь. Каждому старался помочь. Писал записки министрам и другим влиятельным людям на клочках бумаги: «Милый, дарагой, памаги…». Никаких денег за свои услуги никогда не брал. Когда после его убийства в квартире сделали обыск, там не нашли ни копейки. Не было у самого могущественного после царя, какуверяли, человека в России и банковских счетов. Его дочери жили потом на помощь от его почитателей.
О том, как на самом деле жил Распутин и с кем встречался, полиции было отлично известно. Все его окружение: швейцар, дворник, истопник, кухарка, даже извозчики, стоявшие у подъезда, – все были ее агентами. Кроме того, возле дома постоянно дежурили филеры наружного наблюдения. А помимо полиции за Распутиным вела слежку еще и охранка по специальному приказу царя. Так что вся его жизнь была как на ладони.
В те годы это было окружено строжайшей тайной, но теперь причина близости Распутина к царской семье и его невероятного влияния хорошо известна – больной гемофилией царевич Алексей. Его болезнь была неизлечима, мальчик в любой момент мог умереть, врачи оказались бессильны, один Распутин мог ему помочь. Он обладал чудодейственной гипнотической силой, мог заговаривать кровь, не раз спасал царевича от верной смерти.
Кому это было нужно?
А как же оргии? Безумное пьянство, небывалый разврат, которым будто бы прославился Распутин? В столице его стали приглашать в рестораны, на ужины в частных домах. В России в те годы порой гуляли так, что дым стоял коромыслом. Однако ни у кого это удивления не вызывало и сами рестораторы обычно держали шумные попойки втайне. Если пьяные купцы и били у них стекла и зеркала, то тут же доставали бумажник, небрежно спрашивая: «Скольки?». Но стоило во время такого шумного сборища появиться Распутину, как, словно из-под земли, являлась полиция: «Это что за безобразие?». А газетчики тут же начинали описывать «очередную безобразную оргию «святого старца».
Памятна история со скандальной фотографией, на которой Распутин за столом игриво обнимает сидящую рядом сестру милосердия. Когда фото стали изучать, выяснилось, что это искусная ретушь. На плече дамы лежала рука другого человека, изображение которого стерли. Но, конечно же, Распутин не был святым. В Петербурге новые друзья вовлекли его в пьянство, близость к царю вскружила простому мужику голову. Но все дело в том, что его пороки, довольно обычные для деревенского человека, внезапно оказавшегося в столице с ее соблазнами, пытались использовать в своих интересах другие, изобразив из него того, кем он никогда на самом деле не был.
Гнусная ложь
Когда после революции допрашивали дворецких Зимнего, оказалось, что многие его вообще в царском дворце никогда не видели. Таким образом, писал полковник Роман фон Раупах, председатель Чрезвычайной следственной комиссии, которой Временное правительство поручило расследовать «преступления царизма», – фактических оснований для распространения слухов о невероятных эротических похождениях Распутина его поведение и жизнь не давали, а между тем такие сведения упорно распространялись.
«Все рассказы и появлявшиеся в печати намеки на какие-то грязные отношения Распутина к государыне и ее дочерям представляют сплошную и гнусную ложь, – отмечает фон Раупах. – Из камер-фурьерских журналов, в которых записывалось каждое посещение Распутина, видно, что во время войны, например, он вызывался во дворец только тогда, когда царь возвращался к семье, да и вообще установленная расследованием обстановка жизни царской семьи, не оставляла ни малейшего сомнения в нелепости и злонамеренности этих слухов. Эта заведомая лживость и упорство в распространяемой клевете, привели к убеждению в существовании какого-то определенного источника, из которого они исходили».
Что же это был за источник? Кто хотел при помощи Распутина дискредитировать царя и династию? Во-первых, это было выгодно немцам, чтобы ослабить военного противника. На фронте в русские окопы с германских цеппелинов сбрасывали листовки с непристойными карикатурами на царя, царицу и Распутина.
Во-вторых, как отмечает фон Раупах, это делали правые политические партии, в частности, Пуришкевич – его будущий убийца. Попойки и кутежи, в которых участвовал Распутин, устраивались обыкновенно лицами, либо принадлежавшими к этим партиям, либо весьма близкими к ним. Еще одним источником грязных слухов были посольства Англии и Франции, а также их секретная агентура в Петербурге.
Распутин был категорически против войны, и союзники опасались, что он может повлиять на царя и, в конце концов, добиться сепаратного мира. Французский посол Морис Палеолог писал в опубликованном после войны дневнике: «Распутин сказал тогда: «Россия вступила в войну против воли Господа… Я вперед говорю, что гнев Божий будет ужасен!». И в самом деле, еще в 1915 году, когда мысли о скорой революции никому еще не приходила в голову, Распутин заявил: «Погибну я, и вместе со мной погибнет и Россия».
Таким образом, были силы, которым по тем или иным причинам были выгодны и дискредитация трона, и «погибель России». Англичане, французы и их агентура в Петрограде, старались не допустить выхода России из войны, за что ратовал Распутин, монархисты считали, что он компрометирует династию, а революционеры и либералы, расписывая его оргии и безобразия, старались очернить царскую семью. Распутин был слишком неудобен для многих, а потому и был убит.
Версия Солоневича
О причастности к убийству англичан писали давно. «Основное заключается, – отмечал в эмиграции видный русский историк-эмигрант Иван Солоневич, – в вопросе: в какой степени круги английского масонства, кровно заинтересованные в войне «до последней капли крови русского солдата», использовавшие распутинскую версию, стали поперек сепаратному миру и вложили револьвер в нехитрую руку Дмитрия Павловича?»
В этих его словах (а книги Солоневича были опубликованы в России совсем недавно) поражают две вещи: во-первых, упоминание об английских масонах. А во-вторых, о том, что настоящим убийцей Распутина были не Юсупов с Пуришкевичем, а великий князь Дмитрий. Так ли это было на самом деле, наверное, навсегда останется исторической загадкой. Важно другое, что Временное правительство, которое пришло к власти на смену царю, сплошь состояло из масонов. Теперь это уже общеизвестный исторический факт. И первое, что оно сделало – объявило продолжение войны с Германией «до победного конца». Т. е. как раз то, что и было нужно Англии и Франции.
«Если мы начнем слой за слоем смывать с Распутина его голливудский грим, – писал все тот же И. Солоневич, – то под этим гримом обнаружится пьяный, развратный и необычайно умный мужик. Этот мужик был действительно целителем, и он действительно поддерживал своим гипнозом жизнь наследника. Разговоры о его влиянии сильно преувеличены. Основного – сепаратного мира – он так добиться и не смог. Жаль».
О том, что вряд ли Юсупов мог быть убийцей Распутина автору этой статьи рассказала в Афинах родная внучка князя Ксения Николаевна Шереметева-Юсупова, единственная из живущих родственников Феликса Феликсовича. «В нашей семье, – говорила она, – никто не верил, что он убил Распутина. Мой дедушка был очень добрым человеком, мухи не мог обидеть». Скорее всего, он старался сдержать клятву и не выдавать истинного убийцу, потому что Дмитрий Павлович мог стать наследником русского престола. А убийца им стать не мог.