Страница 39 из 123
- Ольга! Успокойся! - встревожилась Натин.
- Вот! Сейчас ка-ак успокоюсь! - продолжала яриться Ольга. - Только слетаю и совсем успокоюсь!
Говорила она негромко. Только от этого Натин стало страшно. Она поняла: Ольга в крайней ярости. Если сейчас оборвать, задавить авторитетом -- может сломаться. Но если не удастся передавить -- наделает много глупостей. И бед.
Требовался другой подход.
Натин легко догнала Ольгу и посмотрела ей в лицо.
Выглядела та не только разъярённой, но и изрядно обиженной. В голосе же бушевала ярость.
- Всё равно успокойся. - Неожиданно холодно и каким-то полументорским тоном, как читают приговор уставшие от жизни прокуроры, выговорила Натин. - Летать надо на холодную голову. Иначе убьёшься. И ничего не докажешь этому жирдяю.
Её слова ложились на душу Ольге тяжело и... неотвратимо. Натин ещё чего-то говорила, но она будто слегка оглохла. В голове внезапно прояснилось и наступила холодная решимость. Как при очень кропотливой и ответственной работе. Которую нужно выполнить во что бы то ни стало. Но в которой эмоции только помешают. Она остановилась.
- Я понимаю, ваше высочество. Я исполню. Как надо. - также тихо ответила Ольга. - Но доказать надо сейчас!
Натин подошла ближе, взяла её за подбородок и заглянула в глаза.
- Теперь вижу, что не убьёшься, а будешь летать как надо. - строго сказала она и, отпустив Ольгу, шагнула в сторону.
Натин быстро оценила складывающуюся ситуацию.
Да, полёт Ольги также намечался. Но не сейчас.
Однако складывающаяся обстановка, вот эти скандалящие суфражистки, они сами в "триколоре" тех самых, да оскорблённая в лучших чувствах Ольга, просто диктовали конкретный исход.
Ещё раз окинув взглядом толпу, Натин зашагала вслед за Ольгой, на ходу остановив, шарахнувшегося было за нею полицейского. Тот, опознав в Натин одну из группы русских авиаторов, пробормотал "пардон", и отступил.
Ольга подошла к Григорию, и что-то сбивчиво стала ему объяснять. Григорий ничего не понял. Кроме как того, что Ольге вдруг приспичило прямо сейчас слетать на дельтаплане. Он обескураженно замотал головой и потребовал детальных и спокойных объяснений. С каковыми и подоспела Натин.
Та уложилась по-спартански. Всего в двух фразах объяснила ситуацию.
Григорий нахмурился, пристально посмотрел на мрачную Ольгу, на почти дошедших до открытия боевых действий суфражисток, продолжающих обгавкивать пьяного толстяка, на толпу внимавшую Василию. И расплылся в ядовитой ухмылке.
- Годится! Но...
Григорий уже жёстко глянул в глаза Ольги и спросил.
- Справишься?
- Да. - коротко ответила она.
- С собой! - тут же уточнил Григорий. - На горячую голову такое лучше не делать.
- Я уже спокойна. - деревянным и скрипучим голосом, сквозь зубы процедила Ольга. Григорий с сомнением посмотрел на неё, но быстро стёр всякие эмоции с лица.
- Хорошо. Но тогда тебе категорический приказ! - начал жёстко инструктировать её Григорий. - Держись подальше от башни. Возле неё очень неприятные потоки. И не пытайся пролететь как Вася, под башней. Тебе сейчас надо всего-то продемонстрировать что ты можешь летать.
На секунду, Григорий запнулся.
- Впрочем кое-что ты можешь сделать. Есть рекорд, который прямо просится. Когда облетишь выставку, подними аппарат на пятьсот метров по альтиметру. Но там не задерживайся. Сейчас там ну очень холодно. И больше ничего не надо делать. Уже это произведёт фурор.
Ольга, как было видно, постепенно успокаивалась. Сев в кресло пилота она быстро приобрела свой строго-серьёзный вид и теперь как прилежная ученица строгому учителю, кивала Григорию. Увидев это, он понял -- Ольга не подведёт и сделает так как надо.
- И ещё... - хитро улыбнувшись сказал Григорий и подмигнул Ольге. - Помнишь как съесть слона?
- По кусочкам! - тут же подхватила Смирнова.
- Вот ИМЕННО! - тут же зажёгся Григорий. - Так что не будем выдавать публике всё сразу. Сегодня только взлёт, набор высоты до пятисот метров и посадка. Заходить на посадку будешь с той стороны.
И указал.
Натин, увидев решимость Ольги открыла было рот, чтобы остановить во избежание конфуза, но тут толпа восторженно заорала, знаменуя окончание пламенных речей Василия. Это отвлекло внимание собирающих Ольгу в полёт. Также как и её саму.
Полиция уже еле сдерживала порывы граждан ломануться вперёд. Но передние, сообразив, что полёты ещё не закончены сами не желали выходить на полосу. И по большей части препятствовали другим сделать это.
Василий обернулся, увидел что творится с аппаратом и вокруг него. Понял, что происходит. Сначала открыл рот, но потом просто рысцой подбежал к дельтаплану.
- Ольга! Так не пойдёт. Вылезай на минуту.
Та подумала, что он ей запрещает и немедленно надулась, но тут уже и Григорий догадался. Хлопнул себя по лбу и обозвал дураком.
- Да, Оленька, погодь. Вставай. Он прав. Наверху не тепло.
Меж тем Василий уже снимал с себя свою скрипящую кожей косуху.
- Надевай!
Ольга быстро вскочила и скользнула в придерживаемую Василием куртку. Быстро, со знанием дела, застегнула на все пуговицы, застегнула рукава и воротник. К тому времени, Василий снял свои перчатки и протянул так, чтобы было удобнее надевать.
- Поверх своих беленьких и тоненьких надевай! - с улыбкой добавил Василий. - Зато руки не окоченеют.
Ольга по деловому воткнула руки в перчатки и быстро затянула ремешки на запястьях. Перчатки были слегка велики, но не настолько, чтобы совсем болтались.
Публика притихла, наблюдая за священнодействием приготовлений к полёту. И то, что на этот раз должна была полететь дама... многие не верили своим глазам.
К авиаторам подбежал некий полицейский, явно не маленького чина.
- Дама полетит?!! - выпучил он глаза.
- Это запрещено законами Парижа? Законами Республики? - подчёркнуто вежливо, но ядовито справился Григорий.
- Нет, но...
- Значит, разрешено! - заключил Григорий и тут же переключился на продолжение экипировки Ольги.
Чин обалдел. Постоял, но не найдя что сказать, отвалил.
А суфражистки всё также увлечённо продолжали лаяться не замечая что происходит буквально рядом. Главполицай с омерзением посмотрел в их сторону, но оценив наличные силы полиции и стоящие перед ним задачи, смирился с балаганом, как с неизбежным злом.
Василий наконец снял свой шлем и полётные очки. Протянул их Ольге. Та так же по деловому, сняла свою ослепительно белую шляпу с цветочками и бантами и обменялась головными уборами с Василием. Так же быстро и умело нацепила шлем на голову, застегнула и подняла очки на лоб.
Василий же не нашёл ничего лучшего кроме как размахивать шляпкой на манер веера. Ибо девать её было некуда.
Публика меж тем оценила скорость облачения и то, что для Ольги это явно не впервой. Что подогрело ажиотаж и породило шум обсуждений и догадок.
Когда все переодевания были закончены, Ольга наконец скользнула в кресло пилота.
- Ты ничего не забыла? - тут же с сарказмом поинтересовалась Натин.
- Я забыла?... - удивилась Ольга. Но Натин стёрла сарказм с лица и рука её скользнула к собственному затылку.
Чуть придержав свою шляпку она выдернула из аккуратно уложенных волос две стальных спицы. И протянула Ольге. Причём протянула так резко, как будто собиралась ими ударить. И ведь держала их так, что обе торчали между пальцев сжатого кулака. Грива каштановых волос принцессы, лишённая заколок скользнула вниз расправляясь.
- Заколи платье у лодыжек. - пояснила она. - Иначе набегающий поток тебе его на голову задерёт.
- Ой! - вздрогнула Ольга и покраснела представив конфуз.
Обеими руками взяла спицы и нерешительно уставилась на полы платья.
- Протыкай! Не бойся! - подбодрила её Натин. Потом рюшечками залатаешь. А если исправить будет невозможно -- новое купим.
Паола, поняв, что надо сделать, немедленно кинулась помогать Ольге.