Страница 8 из 49
— Я не очень много помню. После аварии я около недели пролежал в больнице. Врачи, прибывшие на место аварии, были сильно удивлены тем, что я остался жив. Осколки стекла порезали мне лицо, у меня было обнаружено незначительное повреждение внутренних органов, и была сломана ключица.
Он чуть сжал свой нос прямо в том месте, где находился шрам, а затем провел пальцами по щетинистому подбородку.
— Я и бриться перестал, чтобы скрыть парочку шрамов,— признался он и посмотрел на меня. — Правда, сейчас они едва заметны, но я так привык к бороде, что решил сохранить ее.
Не удержавшись, я потянулась к нему и взяла его руку в свою.
— Энди, мне жаль. Если ты не хочешь, мы не будем больше об этом говорить.
Не шевеля рукой, он улыбнулся мне.
— По какой-то причине, мне хочется тебе рассказать, — признался он, медленно поглаживая большим пальцем мою ладонь. У него были крепкие, сильные, чистые руки с коротко подстриженными ногтями. Никогда не догадаешься, что он целыми днями возится с машинами.
— А теперь, расскажи о себе, Зоуи, — предложил он, меняя тему разговора.
Испытывая потребность разорвать наш физический контакт, я откинулась на спинку стула и вытащила свою руку из его руки. И чтобы это было не так заметно, я взяла со стола стакан с содовой и отпила глоток.
— Когда мне было четырнадцать лет, семья Джеймсов удочерила меня... — начала я. Казалось, он выглядел заинтригованным, и я продолжила рассказ: — Моя биологическая мать была наркоманкой, отца я не знала, шесть лет мне пришлось скитаться по приемным семьям.
После его рассказа про аварию, в которой погибла вся его семья, мне было неловко делиться историей своей жизни. Ничто из того, что произошло со мной, и близко было не похоже на то, что пережил он, потеряв в мгновение ока свою семью.
— Твой отец упомянул, что ты была замужем. Как давно ты развелась? — нерешительно спросил Энди.
— Около двух лет назад, — ответила я, гадая, зачем отец рассказал ему про это. Я усмехнулась про себя, вспомнив, что отец упомянул о разводе Энди. Неужели он что-то замышлял?
— А я три с половиной года назад, — сказал он. — Не возражаешь, если я спрошу, что случилось?
— Я вышла замуж за человека, который вдруг понял, что не хочет быть моим мужем, когда мы узнали, что я беременна…
— У теья есть ребенок? — спросил Энди, прервав меня. Удивление так и читалось на его лице.
Я покачала головой.
— К сожалению, я потеряла ребенка. Вскоре после этого я оформила развод. Сейчас продолжаю работать в автомастерской и управлять собственным магазином, — я закончила свой рассказ, слегка нахмурившись, хотя внутри меня все сжалось от боли.
— Мне очень жаль, Зоуи. Я представляю, как тебе было нелегко, учитывая, что все это ты прошла в одиночку.
— Спасибо. Я с этим смирилась: правильно говорят, что на все есть своя причина.
— Верно, но ни один родитель никогда не должен терять своего ребенка, — покачал головой Энди.
Я никак не могла понять, почему, черт возьми, я почувствовала необходимость исповедоваться человеку, которого я даже не знаю, особенно после его рассказа о своей семье. Он так много потерял, и осознание этого причиняло мне боль.
— Я с тобой согласна, Энди. Но и ребенок не должен терять своих родителей, — я не могу представить каково это — потерять свою семью. Такое тяжело пережить.
Кажется, прошла вечность, но ни один из нас так и не произнес ни слова; а поскольку я его совсем не знала, мне было трудно понять, о чем он думает.
— Итак, — произнес он через какое-то время, — вне всякого сомнения, мы стоим друг друга.
Мы оба рассмеялись, и напряжение, витающее в воздухе, моментально спало.
— А у тебя есть дети?
— Нет, детей нет, — ответил он. Казалось, он почувствовал себя неловко. — Мы не так долго были женаты, чтобы задуматься о детях.
— Как долго вы были женаты?
— Шесть месяцев, — ответил он, и как раз в этот момент принесли нашу еду.
В очередной раз я пропустила ланч и сейчас чувствовала себя голодной. Я быстро порезала бифштекс на крупные кусочки и вырезала маленький кусочек жира из него. Энди с интересом наблюдал за мной, пока я наливала соус для стейка в свою тарелку.
— Я снова пропустила ланч, — пояснила я. Он ухмыльнулся и покачал головой, а потом приступил к своей еде.
— Ты будешь десерт? — спросил он, доев и отодвинув от себя тарелку.
— Если хочешь, мы можем съесть его пополам, но выбирать тебе.
Я не особо разбиралась в ресторанной еде. Я наелась, но сладкое будет не лишним. Когда официант вернулся забрать наши тарелки, Энди заказал кусок шоколадного торта. Это был мой любимый десерт — шоколадный торт с шоколадной глазурью. Я усмехнулась про себя, вспомнив о своем сне на прошлой неделе. Кто бы мог подумать, что кусок заплесневевшего шоколадного торта сыграет такую роль в моей жизни, и я сейчас окажусь там, где есть? Полагаю, что на это тоже была своя причина...
Когда мы покончили с десертом, официантка принесла наш счет и положила на край стола. Я достала из сумки кошелек, но Энди схватил счет, прежде чем я успела посмотреть свою часть.
— Не надо, — сказал он, покачав головой. — Пожалуйста, я угощаю.
Я хотела оплатить свою часть счета, чтобы не чувствовать себя, как будто на свидании, но вместо этого просто поблагодарила его.
Подъехав к моему дому, на парковке мы разошлись в разные стороны. И пока я возилась с ключами от двери, он подскочил ко мне.
— Зоуи, что ты делаешь завтра? Я не знаю здешних магазинов, а мне нужно кое-что купить. Если у тебя нет никаких планов, не могла бы ты мне еще раз помочь?
— Тебе повезло. Завтра я свободна весь день, и мне как раз нужно купить рождественские подарки.
— Отлично, может, тогда встретимся около девяти утра?
— Конечно, — согласилась я и зашла в холл.
— Спокойной ночи, Зоуи.
— Увидимся завтра в девять, — улыбнулась я ему. Закрыв дверь, я прислонилась к ней. Просто прекрасно, ну я и попала.
Когда я поднялась по лестнице и зашла в свою квартиру, прожужжал домофон. Я нажала на кнопку и ответила.
— Привет еще раз. Это я, — с веселыми нотками в голосе произнес он, а я сразу же узнала его сексуальный акцент. — Я забыл забрать вещи из прачечной.
— О да, конечно, скорее всего, они тебе понадобятся уже сегодня. Поднимайся, — я впустила его и, подперев дверь, оставила ее открытой, а сама направилась в прачечную. От долгого лежания постельное белье слишком смялось, поэтому я снова загрузила его в сушку, чтобы оно там разгладилось. Я упаковала полотенца, которые Энди аккуратно сложил, в корзину для белья, чтобы ему проще их было донести до дома. Только я закончила складывать вещи в корзину, в прачечной объявился Энди.
— Белье помялось, и я снова загрузила его в сушку. Хочешь пива, пока мы ждем?
— Конечно, хорошая идея, — согласился он, и я прошла мимо него по коридору на кухню.
Он прислонился к кухонной стойке, в то время как я доставала из холодильника две бутылки пива и открывала их. Одну я передала ему, затем мы расположились на диване. Я взяла пульт с журнального столика и включила музыку.
Мы сидели на диване, пили пиво и разговаривали о музыке, пока не прозвучал таймер на сушке.
— Пожалуй, мне пора домой. Уверен, ты уже хочешь вышвырнуть меня, — пошутил он, забирая из сушилки корзину с бельем.
Эмм, совсем нет.
— Я снова повторюсь, но не знаю, как отблагодарить тебя и твою семью за то, что вы для меня сделали. Увидимся завтра в девять. Сладких снов.
И он ушел.
Глава шестая
Утром меня разбудил рев будильника, который я специально установила на семь часов, чтобы успеть собраться до прихода Энди. Я приняла душ и надела свое любимое нижнее белье от «Виктории Сикрет». Разумеется, меня никто в нем, кроме самой не увидит, но так я чувствовала себя красивой и немного уверенной.