Страница 22 из 34
— Может быть, вас заинтересует, — спокойно продолжал Инглез, — что, кроме того, что он обманул вас, он хочет вас убить?
— Это ложь! — вскричал Мэйн и тут же, пытаясь усмешкой смягчить слишком страстный возглас, прибавил:
Как же я намерен убить ее?
Инглез улыбнулся. Он по-прежнему обращался только к Карле.
— Канатная дорога. Небольшое повреждение зубчатой передачи. Несчастный случай. И вам, Карла, вместе с Вальдини пришел бы конец,
— Вы, должно быть, спятили, — Сказал Мэйн. Губы у, него побелели. — Сперва придумали историю с Блэйром, а теперь еще приплели Карлу с Вальдини. Не могу поверить, что вы это всерьез.
— Вполне всерьез, — медленно отозвался Инглез и вдруг стремительно наклонился вперед. Казалось, он хочет броситься на собеседников. — Вчерашнее ваше покушение на жизнь Блэйра равнозначно попытке перерезать ему глотку.
Мэйн неестественно рассмеялся.
— Попробуйте доказать. Боже мой, Инглез, если бы мы были в Англии, я подал бы на вас в суд за клевету.
— Если бы мы были в Англии, друг мой, вы бы находились в камере смертников, ожидая казни.
Мэйн пожал плечами.
— Вы просто сумасшедший, — сказал он, наливая себе коньяк.
На этом все бы и закончилось, потому что, как мне казалось, Инглез не хотел больше подливать масла в огонь. Но тут внезапно в игру вступила Карла.
— Джильберт, — сказала она шелковым голосом, — Джильберт, почему вы хотите убить меня?
Мэйн залпом выпил коньяк и сказал:
— Откуда мне знать? Спросите Инглеза. Ведь это его сценарий. Может быть, он сумеет ответить вам.
— А может быть, мне незачем спрашивать его, — мурлыкала Карла, но в этом мурлыканье слышалась ненависть, — Может быть, я сама знаю...
Мэйн был весь внимание, его серые холодные глаза сощурились.
— Так почему же я должен желать вашей смерти? — спросил он.
— Потому что я больше вам не нужна, а мне слишком многое известно... — Она повысила голос. В нем звучало озлобление и горечь. — Сперва вы пытались шантажировать Гейндриха, а когда он отказался сказать вам, где все спрятано, вы подстроили так, что его арестовали. Вы грязный, мелкий доносчик! Вы убили моего бедного Гейндриха.
— Вашего бедного Гейндриха! Вы его ненавидели. А он вас презирал!
— Неправда! — вспыхнула она. — Он любил меня... всегда...
Мэйн рассмеялся.
— Любил вас? Презирал! Он держал вас потому, что вы были ему нужны. Он был беглецом в чужой стране, а вы прятали его. И вы оставались с ним потому, что ваша маленькая алчная душонка была влюблена в миллион золотом!
— Почему ты оставил меня, Джильберт? — неожиданно тихо, голосом, в котором звучало отчаяние, произнесла сна. Мы могли бы быть счастливы... Почему ты оставил меня.
— Потому что, как вы совершенно справедливо заметили, вы перестали быть мне нужны, — холодно ответил он. —- Вы даже не знаете, где спрятано золото, не так ли, Карла? —Ваш бедный Гейндрих, который так любил вас, не сказал вам об этом. Он погубил много людей, чтобы завладеть этим золотом. Он застрелил их и похоронил здесь.
— Ах, ты... — молниеносным движением руки Карла отбила край бокала о медную стойку бара и ткнула острым концом в лицо Мэйну.
Однако Мэйн оказался проворнее. Он поймал Карлу за руку и вывернул так, что она оказалась спиной к нему.
В этот. самый момент вернулись Вальдини и Керамикос. Я даже не, заметил, как в руке у Вальдини оказался пистолет. Он молниеносно выхватил его привычным движением. Он вошел следом за Керамикосом и так же, как грек, замер на месте при виде странной сцены. Карла что-то крикнула по-итальянски, а может быть по-сицилийски, я не понял. И в то же мгновение маленький черный автоматический пистолет оказался в руке Вальдини.
— Не двигайтесь джентльмены, — произнес он, и в его вкрадчивом голосе послышались властные нотки. — Я стреляю без промаха. Не двигайтесь, пожалуйста. А вы, мистер Мэйн, отпустите графиню!
Мэйн разжал руку, и Карла упала на пол, но тут же поднялась и схватила сломанный бокал. Она медленно приближалась к Мэйну. Челюсть Мэйна с побелевшим от нервного напряжения шрамом подрагивала. Никто из нас ничего не мог поделать. Было очевидно, что при первом нашем движении Вальдини не задумываясь начнет стрелять.
И в этот самый момент в комнату вошел Джо, разглядывая какие-то негативы, которые он держал в руках. Первое, что он увидел, был Вальдини с пистолетом.
— Разве можно направлять оружие на людей, черт побери! -г- воскликнул Джо. — Ведь пистолет может выстрелить! А ну, посмотрим, не заряжен ли он... — и, протянув свою ручищу, взял пистолет у Вальдини.
Всё онемели от удивления. Но больше всех был удивлен сам Вальдини. Понимаю, это звучит неправдоподобно, но, уверяю вас, именно так и было. Джо Вессон вошел в комнату и взял пистолет из рук Вальдини. И Вальдини даже не пикнул. Все это можно объяснить только тем, что Джо не боялся. Ему и в голову не могло прийти, что тут происходит и что Вальдини в любой момент готов начать пальбу. Джо не проявил никаких признаков страха. Вальдини потерял самоуверенность. Джо вынул обойму и сердито посмотрел на Вальдини.
— Вы понимаете, что эта штука заряжена?!
Покачав головой, он пробормотал «дурацкие шутки» и протянул пистолет и обойму Вальдини.
Напряжение сразу спало. Мэйн снова взялся за бокал. Все начали двигаться и разговаривать, словно вдруг ожила группа марионеток. Сама комната, казалось, издала вздох облегчения.
— Вы пришли в самое время, Джо, — сказал Инглез. — Вальдини показывал нам, как сицилийские гангстеры обращаются с оружием. Что вам налить? — спросил он, не обращая внимания на мрачный взгляд, который бросил на него Вальдини.
— Коньяк, — буркнул Джо. На лице у него была брезгливая гримаса. — Не понимаю, почему вы позволили этому негодяю дурачиться с оружием? — прошептал он, становясь между мной и Инглезом. — В этой стране все, кому не лень, носят с собой оружие. Но с оружием шутки плохи.
Он протянул Инглезу два ролика с пленкой.
— Несколько снимков канатной дороги и интерьеров отеля, — Третий ролик он протянул мне. — Хотите взглянуть, как вы выглядели, когда потеряли сознание? Нужно бы побольше света, но все равно снимки получились. Прямо хватают за душу. — Он выпил коньяк и поставил бокал. —Пойду проявлять остальную пленку. Больше в такую погоду нечем заняться. Жаль, что у меня не было с собой аппарата, когда я вошел сюда. Отличный получился бы кадр — Вальдини с пистолетом. Вы все словно окаменели. Очень уж все было естественно.
Джо ушел.
Я оглядел комнату. Все выглядело мирно. Мэйн за пианино тихо наигрывал какую-то мелодию. Карла шепталась с Вальдини. Керамикос посасывал анисовую настойку.
— Котелок закипает, — шепнул мне Инглез. — Еще одна такая сцена, и впрямь начнется стрельба. Оружие имеется не только у Вальдини. Я в этом уверен.
— Что это за разговоры о золоте? — тихо спросил я.
Нашу беседу заглушали звуки пианино.
— Помнишь вырезки из газеты «Курьер Венеции», которые ты мне прислал? Одна из них имеет к этому непосредственное отношение. Та, что о грузе золота коммерческого банка, часть которого исчезла в пути как раз на перевале Тре Крочи. Золото — вот причина, по которой сюда слетелась вся эта стая. Мэйн, Керамикос, Карла и Вальдини — все они знают об этой истории. Они уверены, что золото находится где-то здесь. Интересно только, кто из них знает, где оно спрятано.
— А ты ? — спросил я.
Он покачал головой.
— Нет, у меня лишь одни догадки, основанные на том, что Щтельбен владел «Кол да Варда». Видишь ли, я допрашивал Штельбена, когда его схватили в Милане. Нас, конечно, интересовала история с золотом. Я много времени отдал этому делу. Даже ездил в Берлин и там видел...
В этот момент Мэйн перестал играть и наступила тишина. Только ветер завывал снаружи. Вьюга не прекращалась.