Страница 68 из 98
— Что это? — спросила она.
— Героин. — Я поморщился. — Можно не сомневаться, что это был специальный заказ, предназначенный специальному клиенту.
— Что это значит, Рик?
— Джейрофф использует ваш кинопрокат для рассылки не только фильмов, но и наркотиков, — усмехнулся я. — Сколько коробок с фильмами ежедневно рассылается в разные кинотеатры по стране? Теперь-то вы понимаете, почему документальные ленты Харпера и скабрезные фильмы Колверта все еще пользуются поразительной популярностью? Они являются своеобразным кодом на заказ. Как я думаю, определенное название фильма означает тот или иной наркотик, ну а число коробок — его количество. — Я задумчиво покачал головой. — Интересно знать, как давно Джейрофф занимается этим бизнесом и сколько денег он успел таким образом нахапать?
— Рик, — Сейра чуть не плакала, — что теперь будет? С кинопрокатом, я имею в виду?
— Несколько недель вам не будет давать покоя бюро по борьбе с наркотиками, — откровенно ответил я. — Очень может быть, что они пожелают перепроверить все до одной коробки с фильмами, которые будут сюда приходить и отсылаться отсюда в течение какого-то времени. Но вы невинная жертва, точно так же, как, вероятно, девяносто девять процентов вашего персонала. Так что самое скверное, что вам грозит, это некоторые неудобства, и не более того.
— Вы намерены позвонить в бюро по наркотикам немедленно?
— Я собирался просить вас в связи с этим об одном одолжении. Не согласитесь ли вы запереть героин и разбитую мною катушку к себе в сейф на ночь и до утра позабыть об этой истории? Помогите мне, немного солгав. Сделаем небольшой сдвиг во времени о случившемся для властей, пусть все произойдет лишь завтра утром.
— Чего ради? — нахмурилась она.
— Лично я считаю, что для многих людей это будет крайне важно, в том числе для блондинки-статистки и карлика! Мне необходимо дополнительное время, Сейра!
Помедлив, она наконец кивнула:
— Хорошо, Рик. Договорились.
— Огромное спасибо!
— Смотрите не забудьте, что вы мой должник, ясно?
— Всегда буду помнить.
— И если я обращусь к вам за курсом психотерапии, не прыгайте на другой конец постели только потому, что я не клялась вам в любви.
— Если я и прыгну, когда вы обратитесь ко мне по этому поводу, то вовсе не на другой конец постели, Сейра, — усмехнулся я. — Вы уверены, что выдержите нагрузку?
— Не будьте вульгарным, Рик, — проговорила она нервно, и четки лихорадочно защелкали, словно клавиши пишущей машинки.
— Дело не только в обилии плоти, — продолжал я развивать свою тему. — В равной степени необходимо и кое-что другое — подвижность, выносливость, способность к импровизации.
Лицо ее стало пунцовым.
— Если вы сейчас же не замолчите, Рик Холман, — пробормотала она, задыхаясь от смущения, — я не стану ради вас нарушать правила пожарной безопасности.
— Какие еще правила? — не понял я.
— Вы же хотите, чтобы я до утра продержала эту пленку в моем сейфе. — Почувствовав себя на безопасной почве, она заговорила уверенней. — Разве вы не знаете, что все тридцатипятимиллиметровые пленки легко воспламеняются? Полагается каждую пленку на ночь убирать в огнестойкий подвал. Штрафы колоссальные, если будет обнаружено, что ты не выполняешь это постановление. Так что лучше помалкивайте, Рик Холман!
— Вы хотите сказать, что все люди, имеющие дело с пленками, должны иметь специальные хранилища?
— Странный вы человек. Не знаете простых вещей, а выглядите таким осведомленным.
— Вы тоже выглядите весьма сексуальной, но, как оказалось, исключительно в психотерапевтическом плане, — ответил я галантно комплиментом на комплимент.
— Вы невыносимы, немедленно убирайтесь, потому что у меня уйма дел. Но не забудьте вернуться утром, чтобы мы могли снова «обнаружить» этот бизнес по распространению наркотиков.
— Я приду рано. Хорошенько выспитесь, Сейра, чтобы быть готовой к утренним треволнениям.
— А вам приятных психотерапевтических сновидений, Рик Холман! — огрызнулась она, когда я уже выходил из офиса.
Вообще-то я ничего не знал о строгих правилах пожарной безопасности. Учитывая, что я столько лет проработал в «целлулоидовом городе», это было непростительной оплошностью с моей стороны. Тысячи подвалов по всему городу, заполненные миллионами футов легковоспламеняющейся пленки. Человеческие эмоции в их бесчисленных проявлениях, укрытые в непроглядной тьме холодных, лишенных воздуха хранилищах, где они остаются ночь за ночью, а многие — долгие годы. И тут у меня словно что-то щелкнуло в мозгу, и всплыло воспоминание: я сидел в машине, направляясь из Малибу в Венис, и на ум мне почему-то взбрела поговорка о птичке в руке, но это не то, что мне сейчас надо. Есть какое-то другое расхожее выражение, связанное с пернатыми. А, вспомнил: «Одним камнем убить двух птиц».
Вместо того чтобы перейти через улицу к своей машине, я вернулся по пандусу в подвал отдела доставки и чудом разыскал мистера Малхолланда, прежде чем окончательно запутался среди бесконечных стеллажей.
— Извините, что вынужден вас снова беспокоить, — заговорил я, — но нельзя ли проверить, отправлял ли мистер Джейрофф заказ кому-то из своих избранных клиентов накануне отъезда в отпуск?
— Нет проблем, мистер Холман, — ответил старик. — Я это выясню через пару минут.
— Замечательно!
На это у него ушло целых десять минут, но ведь на свете не существует идеальных людей.
— Был отправлен всего один заказ по распоряжению мистера Джейроффа в тот день, — с торжествующим видом сообщил Малхолланд, — в «Колверт продакшнс». По одному экземпляру одной из их самых первых картин, всего двенадцать коробок, адресованных лично мистеру Пирсу.
— На это, вероятно, понадобилось бы два посылочных ящика?
— Но не на местной подъездной дороге, где мы можем подкатывать ящики прямо к грузовикам, и поэтому используем контейнеры огромных размеров. Представляете, семь футов на два фута.
— Спасибо, мистер Малхолланд, — задумчиво произнес я, — огромное спасибо.
Глава 9
Я вернулся домой в Беверли-Хиллз около половины шестого. Позвонил в «Колверт продакшнс», где мне сообщили, что мисс Джоди Риммел уехала полчаса назад вместе с мистером Пирсом. Может статься, Глория так рассвирепела на меня, что взяла себе в союзники Пирса? Или же он ей потребовался просто для того, чтобы добраться домой и вернуться к своей подлинной личности? В любом случае у меня просто не было времени тревожиться об этом, так как предстояло заняться другими вещами.
Я позвонил Дейвису Дейвису и вынужден был терпеливо выслушать его витиеватые извинения за утреннюю сцену. После чего получил возможность сообщить, что нам с ним предстоит этим вечером кое-куда отправиться, так что я заеду за ним около половины девятого. Я также посоветовал ему одеться во что-то попроще и не очень новое, поскольку намечается экскурсия как бы по подвалам. Он заявил, что страшно заинтригован, поблагодарил меня за приглашение, затем робко поинтересовался, могу ли я похвастать хоть какими-то успехами. Я тихонечко повесил трубку, не сомневаясь, что в течение следующего часа он будет орать всяческие оскорбления по моему адресу в молчащую трубку.
Я поджарил большую яичницу и съел ее, запивая бурбоном и пытаясь думать о чем-то веселом. Но в этот момент даже мысли о шраме Глории не воодушевили меня. Я переоделся в старый темный костюм, который произвел бы устрашающее впечатление на Дракулу, если бы с ним случайно повстречались в тот момент. Тридцать восьмой занял свое обычное место под пиджаком, и в то же мгновение ко мне вернулось унылое настроение, которое почти не покидало меня весь день.
Я был полностью готов за целый час до того времени, когда должен был заехать за Дейвисом, поэтому решил позвонить на квартиру Фредди Хоффману.
— Не хочу показаться занудой, Рик, — злым голосом зашептал он в трубку, — но своим безответственным звонком вы окончательно лишили меня шанса соблазнить до обеда одну крошку.