Страница 38 из 88
— Стоп. Достаточно и пальто. Не хочу покупать еще и сапоги. Мне нужно время, чтобы привыкнуть. Может быть, в следующем месяце. — Но правда в том, что мне придется покупать новые сапоги, потому что я брезгливо отношусь к поношенной обуви. А для этого нужно поднакопить денег.
— Ты права, будешь быстрее бегать, — шутит Гас.
— Нужно ли мне напомнить тебе, что этой зимой у тебя турне по США, и оно охватывает холодные северные штаты? Знаешь, тебе тоже придется прикупить теплое пальто.
Он громко выдыхает через крепко сжатые зубы.
— Знаю. Я все еще на стадии отрицания.
— Отрицание, это конечно, хорошо, но нельзя жить так вечно, дружище. — Может, стоило бы прислушаться к собственному совету?
— Опти, ты цитируешь Конфуция или Джона Кеннеди? Звучит знакомо. — Даже не видя его, я знаю, что он нацепил на лицо глупое выражение, которое всегда веселило меня.
— Дружище, думаю, это слова Йода из Звёздных Войн. Эпизод V: Империя наносит ответный удар.
Мы оба разражаемся смехом. Гас и Грейс обожали Звездные Войны. Мы смотрели их столько раз, что я сбилась со счета.
Отсмеявшись, он говорит:
— Опти, меня уже зовут. Думаю, все готовы к саундчеку. Извини, но не могу больше говорить. Я просто хотел услышать твой голос.
— Не переживай. Звони.
— Ты тоже.
— Люблю тебя, Гас.
— И я тебя.
— До встречи.
— До встречи.
Четверг, 13 октября
Кейт
Вернувшись домой после обеденной лекции, обнаруживаю на двери стикер:
«Посылка для Кейт Седжвик на стойке администратора». — Вроде бы, почерк Джона.
Странно.
Забираю посылку. Думаю, это какая-то ошибка. Отправитель — онлайн компания спортивных товаров, о которой я никогда не слышала.
Вернувшись в комнату, открываю коробку. Внутри, под двумя слоями белой упаковочной бумаги лежат высокие, легкие, теплые зимние сапоги.
Нахожу карточку.
«Носи на здоровье. Хорошо, что мы не на твоем месте. С любовью, Гас и Одри»
Быстро снимаю туфли, чтобы примерить обновку. Как раз. Сразу же появляется чувство, что ноги завернули в меховое пальто. Они такие теплые. Я счастлива, как будто выиграла в лотерею. Никогда бы не смогла купить их сама.
Звоню обоим, но натыкаюсь на автоответчики. Оставляю огромные «спасибо».
Я очень благодарна им, и не только за сапоги, а просто за то, что они есть в моей жизни.
Понедельник, 17 октября.
Кейт
По дороге из столовой получаю смс от Клейтона:
«Пошли сегодня в Спектэкл? Очень тебя прошу»
Мы уже давно нигде не зависали вместе, поэтому соглашаюсь.
Как обычно, Спектэкл забит под завязку. Моррис работает, поэтому большую часть вечера Клейтон в моем личном пользовании. Я скучала по нему. Мы поем, танцуем и смеемся. Не успеваем оглянуться, как уже два часа утра: время закрытия.
Ждем, пока Моррис все закроет, чтобы вместе пойти к парковке.
Как только выходим на улицу через заднюю дверь, Моррис вспоминает, что забыл телефон в офисе.
— Я быстро. Ждите меня на дороге. Не хочу, чтобы вы стояли здесь.
Улицу освещает только одна тусклая лампочка над дверью. Темно. И страшно.
Хватаю Клейтона за руку, и он немного расслабляется. Мы даже не сделали и десяти шагов, как я увидела двух парней, медленно идущих по дороге, к которой мы направляемся. Увидев нас, они останавливаются. Я начинаю покрываться мурашками. А когда они поворачиваются и идут к нам, мое сердце уходит в пятки. Я испугана.
Когда один из них открывает рот, я понимаю почему.
— Посмотри-ка кто у нас тут. Молоденький пидорок.
Первым делом молюсь. Боже, пожалуйста, сделай так, чтобы они не причинили нам вреда. А потом начинаю кричать и поворачиваюсь, чтобы бежать, одновременно толкая Клейтона впереди себя.
Буквально через пять футов оба мужчины берут Клея в тиски.
Я в панике, но не замираю на месте. Вместо этого начинаю орать как бешеная,
— Прекратите! Отстаньте от него, ублюдки! Прекратите. — Прыгаю одному из парней на спину, поднимаю правую руку и бью его в ухо, так как это, на мой взгляд, самое больное место до которого я могу дотянуться. От него сильно пахнет алкоголем и у меня скручивает желудок. Под моим весом он спотыкается.
Восстановив баланс, отдирает мои руки со своей головы и скидывает на землю.
— Сучка!
Падение на бок выбивает весь воздух из легких. С хрипом, пытаюсь сделать хоть один вдох. Перед глазами темнота, должно быть, я повредила голову. Кожа на щеке содрана. Резкие, короткие вспышки боли пронзают живот, бедра и прекращаются еще до того, как я понимаю, что он пинает меня. Потом ублюдок поворачивается к Клейтону. Я смутно вижу, что второй мужчина сидит на Клейтоне, зажимая его коленями. Просовываю руку в сумку, висящую у меня на груди и достаю перцовый баллончик. Крепко его сжимаю и брызгаю в лицо своему нападавшему, пока он не присоединился к дружку. Он начинает кричать и тереть руками обожженные глаза.
Кидаюсь к мужчине, держащему Клейтона, и пинаю его со всей силы в бок.
— Слезь с него, ты, сукин сын! — Пинаю его снова и снова. Не могу брызнуть в него из баллончика, потому что есть риск задеть Клейтона. Но он хотя бы перестал его бить. Вместо этого ублюдок хватает меня за ногу и сбивает с ног.
Вдруг раздается голос Морриса:
— Убери от него руки, козел. — Со своего места я вижу, как Моррис расстегивает пиджак и достает пистолет.
Парень поднимает руки и медленно встает. Мой нападавший начинает пятиться назад. Даже у пьяных идиотов есть чувство самосохранения.
Голос Морриса кажется сдержанным, но ярость так и сочиться из него.
— Убирайся отсюда, или клянусь Богом, я отстрелю вам бошки.
Они поворачиваются и, не оглядываясь, убегают.
Моррис садится на колени и помогает Клейтону, держащемуся за ребра, сесть.
Нежным, мягким голосом, но с трясущимися руками, он спрашивает:
— Ты в порядке, моя любовь?
Щеки Клейтона мокрые от слез.
— Ага, дай мне минуту. — Oн ощупывает себя. — Ничего не сломано. Просто болит.
Это не убеждает Морриса.
— Нужно поехать в больницу, Клейтон.
Клейтон хлюпает носом. Слезы уже прекратились.
— Дорогой, меня били много раз, так что поверь, я знаю, нужен мне госпиталь или нет. По шкале ударов, я бы поставил им четвертку. Скорее всего, будет пара синяков на ребрах. Через несколько дней я буду в порядке.
Меня тошнит, и сердце бьется как сумасшедшее. Я видела, что Клея били, но не видела насколько сильно.
— Нужно позвонить в полицию. Нельзя позволить им остаться безнаказанными.
Клейтон смотрит на меня так, как будто я говорю чушь.
— Кэтрин, мой парень только что угрожал оружием. Так что это не лучшая идея. К тому же, мы даже не знаем, кто эти парни. Это случайное преступление на почве ненависти. Если мы вызовем копов, то просто потратим время зря.
Сажусь на колени рядом с Клейтоном и стираю кровь с его нижней губы своей футболкой.
Клейтон хватает меня за руку.
— Кэтрин, не надо. Ты загубишь футболку.
Моя рука трясется в его.
— Клей, футболка — последнее, что меня беспокоит сейчас. — Я только что наблюдала за тем, как один из моих любимейших друзей был избит за свою сексуальную ориентацию. Людское невежество и склонность к насилию убивают меня.
— Но это твоя любимая футболка. Она великолепно сочетается с цветом твоей кожи.
Закатываю глаза, потому что только Клейтон мог сказать нечто подобное в такой момент.
— Дружище, я могу купить другую футболку. А вот ты другую губу нигде не достанешь.
Он фыркает, но позволяет мне закончить начатое.
Моррис с диким выражением лица смотрит на Клейтона. Он абсолютно не понимает, что делать дальше.
— Мне так жаль. Я не должен быть позволять вам идти одним так поздно. — Его темные обеспокоенные глаза находят мои. — Ты в порядке, Кейт?
Вместо этого я показываю на пистолет и отвечаю вопросом на вопрос: